CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная arrow Подшивка arrow 2012 arrow Теоретический журнал "Credo" arrow Дипломатическая служба (история и традиции)
Дипломатическая служба (история и традиции)

Мажиденова Дарико Магауияновна

Зав.кафедрой внешней политики и дипломатии

Института дипломатии, Академии государственного

управления при Президенте РК,

доктор исторических наук, доцент,

Советник 1 класса

 

Mazhidenova Dariko Magauiyanovna

Head of the External policy and diplomacy department,

Institute of diplomacy, Academy of Public Administration

under the President of RK

doctor of historical sciences, associated professor

 

E-mail:dariko69@mail.ru

УДК 327.82

 

Дипломатическая служба (история и традиции)

 

Аннотация: В статье рассматривается история развития дипломатической службы, ее роль в сфере международных отношений. Актуальность темы обусловлено необходимостью комплексного подхода к анализу эволюции дипломатической службы, ее истории как наиболее важной части историко-цивилизационного прошлого человечества.

 

Ключевые слова: эволюция дипломатической службы, дипломатическая миссия, дипломатический агент.

 

 

The diplomatic service (history and traditions)

 

Summary: The article rises the history of diplomatic service, it’s role in the sphere of international relations. The significance of a theme is caused by necessity of the complete approach to the analysis of the evolution of diplomatic service, it’s history as a the most important side of the historical-civilizational past of mankind.

 

Keywords: evolution of diplomatic service, diplomatic mission, diplomatic agent.

 

 

Дипломатическая служба (история и традиции)

 

Прошлое человечества характеризует великое множество больших и малых жесточайших войн, сопровождавшихся большими человеческими жертвами и разрушениями материальных и духовных ценностей.

Конец ХХ века, казалось бы, дал человечеству основания для осторожного оптимизма. В условиях преобладания мира ожесточенный век уходил в анналы истории, унося с собой философию «холодной войны», а значит, и ракетно-ядерное противостояние двух враждебных друг другу военных блоков.

Начало третьего тысячелетия показало, однако, что ситуация в мире чревата всплеском анархии и противоборства вследствие затягивания процесса формирования эффективной системы международных отношений, призванной сменить прежнюю, основанную на балансе сил двух сверхдержав. В разных уголках планеты все чаще вспыхивают вооруженные конфликты. Государства и народы сталкиваются с нетрадиционными вызовами и угрозами. Международный терроризм становится подлинной проблемой безопасности целых регионов. Возросла угроза расползания и применения ядерного оружия.

Тревожна ситуация в Азии и близ нее, где усиливается соперничество за влияние мировых и региональных держав, в том числе и путем пополнения «ядерного клуба». Здесь сохраняется опасность эскалации нелегальной миграции, наркотрафика, противоречий в вопросах эксплуатации трансграничных рек и дна Каспийского моря, экологических и других проблем с перспективой обострения напряженности на большей части евразийского пространства. Вовсе не призрачными представляются десятилетней давности пророчества З. Бжезинского о «евразийских Балканах».

Человечество ныне нуждается в мире не меньше, если не больше, чем много веков назад. «Нет и не может быть счастливого будущего у страны без крепкого и основополагающего мира как необходимого элемента становления национальной экономики, традиционного межнационального согласия и добрососедских и взаимовыгодных отношений с другими странами», – отмечал Президент РК Н.А. Назарбаев, подчеркивая объективную заинтересованность всех государств и народов в новом типе международных отношений [1, с. 285].

Концепция мира означает ныне нечто большее, чем сосуществование стран и народов без войн и насилия. Прочным и устойчивым мир может быть лишь при условии адаптированности стран и народов к глобализации, которая, являя собой нарастание целостности и взаимозависимости мирового развития, влечет множество разноплановых тенденций как позитивного, так и негативного свойства. Расширяется и усложняется структура международных связей, ускоряется процесс их модификации, интернационализации и экономизации. Растет влияние на международную жизнь новых информационных технологий. Воздействие этих и других факторов на межгосударственные связи и в целом на ситуацию в мире со временем будет все более усиливаться.

Отсюда нетрудно предвидеть, что с усложнением процессов современного мирового развития требования к степени профессионализма и организованности кадров в каждом из звеньев дипломатической службы Республики Казахстан, как и других государств, будут неизбежно и неимоверно возрастать.

Между тем очевидна проблемность решения возникающих при этом задач. Как утверждает известный специалист по истории и теории дипломатии
Т.В. Зонова, в условиях краха биполярной системы «дипломатические службы не могли не вступить повсеместно в полосу болезненного кризиса, ибо они впервые столкнулись с необходимостью решать проблемы, которые никогда прежде не возникали перед «классической» дипломатией» [2, с. 5]. Таким образом, ныне имеет место заметное несоответствие между реальными процессами функционирования дипломатических служб и действительными потребностями государств в эффективной дипломатической службе. Этим противоречием, прежде всего, и определяется актуальность укрепления научных основ дипломатии и дипломатической службы.

Одним из путей реализации такой потребности должно стать осмысление накопленного тысячелетиями опыта дипломатической службы. Неслучайно в главнейшем международно-правовом акте о механизме регулирования межгосударственных отношений Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 г. основные статьи предварены тезисом о том, что «народы всех стран с древнейших времен признают статус дипломатических агентов» [3, с. 335]. Тем самым подтверждены, с одной стороны, значимость во все времена хорошо организованной дипломатической службы, а с другой, исключительная важность изучения ее истории как неотъемлемой части историко-цивилизационного прошлого человечества.

Историческая реконструкция организационных аспектов дипломатии необходима и для более полного познания закономерностей, природы и тенденций глобализации, которая в контексте мировой истории раньше, чем где-либо, стала проявляться именно в сфере международных отношений как следствие целенаправленной деятельности профессиональных дипломатических агентов.

Научный поиск, обращенный в историю мировой дипломатической службы, актуален также с позиций его большой практической значимости, поскольку позволяет извлечь уроки из прецедентов минувших эпох, содействует более глубокому освоению современных механизмов урегулирования межгосударственных споров, истоки которых скрыты в хронотопе минувшего, и облегчает решение задач прогнозирования способов внешнеполитических действий стран, исходя из их дипломатических традиций.

История дипломатической службы издавно привлекала внимание ученых и специалистов. В разное время названная проблема в большей или меньшей степени актуализации находила отражение в обобщающих трудах по всеобщей истории. Даже в тех из них, которые в целом или же обширными фрагментами были посвящены так называемому «доисторическому» прошлому человечества, содержатся фрагментные сюжеты о постепенном вызревании достаточно устойчивых отношений между племенами, а позже и между более крупными людскими популяциями (племенными союзами и т.д.), сопровождавшихся нередко продуктивными попытками потестарной власти придать им организационные формы. Описания «государственной» стадии мировой истории в указанных трудах содержат немало упоминаний о постепенной диверсификации международных связей, о вооруженных конфликтах и войнах, перемириях и межгосударственных соглашениях, о заключении межгосударственных союзов и объединениях в международные блоки, о личностях руководителей внешнеполитических ведомств и посольских миссий. Однако следует заметить, что приводимые при этом сведения об организационных внешнеполитических началах отрывочны, неравноценны по объему и глубине применительно к разным странам и регионам, особенно по отношению к государствам Востока. Это, на наш взгляд, адекватно укоренившейся в европейской историографии традиции по которой при реконструкции истории государств и народов отдавалось предпочтение внутренним факторам. При этом внешнеполитическим сюжетам и, тем более, практическим способам и приемам дипломатии отводилось лишь вспомогательное значение.

Для более углубленного уяснения логики и характера трансформационных процессов в дипломатии и дипломатической службе европейских государств на этапе позднего средневековья и нового времени определенное значение имеет тезис о «первой форме глобализации» выдвинутый в книге доктора исторических наук А.Х. Арыстанбековой. Раскрывая его, ученый пишет: «В течение нескольких столетий (с XVI по XIX век) Западная Европа выстраивала мир вокруг себя, начиная с создания сети обменов с помощью, в основном, морских, а не сухопутных коммуникаций. ... Европейские мореплаватели соединили между собой изолированные прежде сегменты существующих коммуникаций в одно пространство обменов, ставшее отныне планетарным, но имеющим евроцентрированный характер» [6, с. 42]. Не случайно в дипломатической практике стран европейского ареала в этот период усиливаются процессы интернационализации и интеграции, приведшие в начале XIX века к возникновению ассоциированных форм выработки и реализации внешнеполитических приоритетов при безусловном признании странами-участниками норм кодекса международного права.

Следует рассматривать историю дипломатической службы как составную часть историко-цивилизационного процесса, опираясь по преимуществу на исторический метод реконструкции изучаемых моделей различных и по времени создания и по происхождению элементов дипломатических коммуникаций. Отсюда генетическая последовательность и взаимосвязь основных этапов развития «дипломатического» времени.

Дипломатическая служба в качестве инструмента реализации государственных интересов в сфере международных отношений прошла длительный путь, который характеризуется, с одной стороны, углублением степени ее профессионализации, а с другой – ее ориентированностью на решение по преимуществу военных, торгово-экономических или политических задач, что обусловлено доминантными чертами каждой эпохи.

Трансформация дипломатических служб изначально и с разной степенью интенсивности происходила во всех цивилизационных ареалах, вытянувшихся в широтном направлении с Востока (через евразийские степи и Переднюю Азию) на Запад, и реализовывалась путем прохождения через фазы сначала локальной замкнутости, затем трансконтинентальной открытости и, наконец, врастания в формирующуюся евроцентрированную систему мировой политики.

Формы и методы организации дипломатических миссий и учреждений были обусловлены действием, прежде всего, таких факторов, как характер возникавших задач, уровень подготовленности сторон к их решению с учетом традиций и опыта, спектр и глубина двусторонних и многосторонних контактов и, наконец, профессиональное поведение контрагента, вследствие чего вклад каждого из ведущих акторов в приумножение и развитие институтов дипломатической службой был далеко неодинаков.

В своей истории ни одна из национальных дипломатических служб не избежала инкорпорации организационных форм внешнеполитической деятельности других государств, хотя интенсивность и глубина таких процессов во времени и пространстве были разными. Типологический подход к явлению инкорпорации позволяет выявить такие его дуалистические разновидности, как добровольная или навязанная, осознанная или стихийная, прямая или опосредованная (в пространстве и во времени), перманентная или дискретная, явная или латентная, полная или частичная, сила или слабость государства. Вместе с тем некоторые формы и методы, на протяжении тысячелетий продуктивно использовавшиеся агентами или миссиями отдельных могущественных акторов, могли до нашего времени сохранить эксклюзивность, абсолютно не повторившись в практике других государств (например, разработка и реализация стратагем дипломатической службой Китая).

Деятельность дипломатических служб, ориентированная на разрывы региональной и цивилизационно-очаговой замкнутости международной жизни, чаще мотивировалась следующими факторами или их комбинациями:

  • явные или прикрытые экспансионистские устремления государства;

  • заинтересованность государства в мирной интервенции товаров, идей, культурных ценностей и т. д.;

  • необходимость нахождения стратегического союзника перед лицом грозящей опасности со стороны какого-либо могущественного, но недружественного соседа;

  • масштабные, затяжные и крайне неблагоприятные для выживания (кочевых народов) природно-климатические явления.

При определенном стечении обстоятельств активность такого рода проявлялась односторонне или же носила смещенный во времени встречный характер.

Взаимно направленная активность дипломатических служб стран Востока и Запада проявлялась в широком историческом диапазоне асинхронно. Если в средневековье инициатива принадлежала Востоку, то в эпохи Возрождения и наступления Нового времени по тем же причинам стороны как бы поменялись ролями. При этом лидерство было предопределено цивилизационным превосходством и господством на трансконтинентальных торговых путях: в первом случае – на Великом Шелковом пути, а во втором – на морских путях из Средиземноморья в Юго-Восточную Азию.

Дипломатические агенты кочевых государств Центральной Азии военно-дипломатическими и чисто дипломатическими средствами и приемами, включая создание «посольского коридора» через бассейн Сырдарьи, Нижнее Поволжье, Северный Кавказ и Причерноморье в Византию (приспособленный торговцами как альтернативный основному «северный маршрут» Великого Шелкового пути), постоянно срывали настойчивые попытки эфталитов и персов блокировать трансконтинентальную караванную торговлю. Впоследствии похожую функцию выполняла дипломатическая служба Золотой Орды, соперничавшая с аналогичной службой хулагуидского Ирана.

В результате Великий Шелковый путь, включая и «спрямленный» его «северный» участок являлся мостом общественного прогресса, обеспечивая развитие дипломатических связей, а благодаря им и торговли, диалога культур и конфессий, обмена достижениями и информацией, давая тем самым импульс ускорению культурных процессов в полярных очагах оседлых цивилизаций на евразийском континенте (Юго-Восточная Азия и Средиземноморье).

Становление и трансформация дипломатии Казахского государства, протекавшие в условиях соперничества Китая и России за обладание Центральной Евразией и на фоне кризисных отношений между странами региона, были ориентированы на собирание военно-дипломатическими и сугубо дипломатическими средствами и методами базовой территории государств-предшественников (со времен Тюркского каганата) и сохранение ее незыблемой целостности пусть даже ценой неоднократного поступления суверенитетом перед лицом опасности ее расчленения и аннексии.

Резкий рост в XVII – начале XIX вв. требований к национальным дипломатическим службам и усиление потребности в выработке международных норм регламентации их сотрудничества между собой, приведший к формированию Вестфальской (1648 г.) и Венской (1815 г.) систем международных отношений, были обусловлены действием следующих факторов:

  • возросшая активность европейских национальных дипломатических служб, стимулируемая соперничеством этих стран на морских путях из Европы в Юго-Восточную Азию;

  • потребность большинства стран Европы противостоять территориальным притязаниям со стороны Испании, Франции, Англии и Швеции, использовавших для этого прагматические методы практической дипломатии, включавшие хитрость, обман, коварство и силовое давление;

  • стремление крупнейших европейских держав после срыва гегемонистских планов Наполеона совместными усилиями определить в европейском регионе послевоенный миропорядок в собственных групповых интересах, создавших одновременно и международный механизм обеспечения достигнутых договоренностей;

  • относительная готовность европейских стран к взаимным компромиссам в целях сохранения в Европе баланса многосторонних интересов, дававшая им возможность компенсации возникавших при этом издержек за счет смещения акцентов во внешней политике на усиление колониальных захватов.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

 

  1. Назарбаев Н.А. Эпицентр мира. – Астана: Елорда, 2001. – 294 с.

  2. Зонова Т.В. Современная модель дипломатии: истоки становления и перспективы развития. – М.: РОССПЭН, 2003. – 336 с.

  3. Венская конвенция о дипломатических сношениях 1961 г. Дипломатическая служба Республики Казахстан / под ред. К.К. Токаева. − Алматы: Эдельвейс, 2004. – С. 335–353.

  4. Арыстанбекова А.Х. Глобализация. – Алматы: Дайк-Пресс, 2007. – 304 с.

 


 
 

CREDO - копилка

на издание журнала
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку