CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная arrow Подшивка arrow 2000 arrow Теоретический журнал "Credo" arrow Интеграция естественнонаучного и гуманитарного компонентов культуры личности как фактор...
Интеграция естественнонаучного и гуманитарного компонентов культуры личности как фактор...

В.А. Любичанковский,

кандидат философских наук,

С.М. Богуславская,

кандидат философских наук,

О.В. Нагорная

ИНТЕГРАЦИЯ ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНОГО И ГУМАНИТАРНОГО КОМПОНЕНТОВ КУЛЬТУРЫ ЛИЧНОСТИ КАК ФАКТОР ПРЕОДОЛЕНИЯ ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ ПОСЛЕДСТВИЙ ЭТНОЦЕНТРИЗМА

            Любой грамотный человек, в общем-то, хорошо знает слово ''культура'' и свободно им пользуется. Говорят ли о культуре поведения человека в театре или о культуре античности, культуре личности или общества, - мы , руководясь интуицией и здравым смыслом , вполне понимаем , о чём идёт речь.
            Однако эти ясность и простота исчезают, лишь только от уровня обыденного сознания переходишь к научному осмыслению понятия “культура”. В отечественной и зарубежной литературе существует множество определений понятия “культура”. Не вдаваясь в полемику, будем исходить из следующего: совокупность результатов материального и духовного производства образует лишь непосредственно воспринимаемую форму существования культуры. Способ, каким осуществляется производство и обмен деятельностью между индивидами, составляет сущность культуры. С практической точки зрения культуру можно рассматривать как духовную ”оснастку”, которой располагает каждый действующий индивид.
            В обществе нет культуры как специфического общественного явления, существующего рядом с другими явлениями. Культура “разлита” по всему социуму. Все явления общественной жизни могут быть рассмотрены под углом зрения культуры. Культура обеспечивает общество всем необходимым для его развития.
            В анализе поставленной проблемы мы исходим из того, что культурные различия и сходства могут быть как внутри страны, так и межу странами, что все культуры имеют право на существование, все культурные группы имеют равные права быть узнаваемыми. Проблемы, стоящие перед человечеством на пороге ХХI века, нельзя решить, если не будет понимания, терпимости и дружбы между всеми нациями, расами и религиями. Причём расцвет всех культур усиливает интеллектуальный потенциал человечества. “Цепь” культур тем сильнее, чем больше в ней многообразных элементов. И только многообразие культур способствует решению глобальных проблем, стоящих перед человечеством. Поэтому, на наш взгляд, международное сообщество должно поощрять:
            -понимание и уважение между нациями, культурами, цивилизациями, включая различные этнические и национальные культуры;
            -осознание людьми растущей независимости народов и наций;
            -возможность коммуникации с другими народами, государствами, культурами;
            -понимание не только прав, но и обязанностей, возложенных на индивида, социальные группы и нации в отношении друг друга;
            -осознание необходимости международной солидарности и кооперации;
            -готовность части людей принимать участие в разрешении проблем своих групп, стран и мира в целом, особенно готовность к бескомпромиссной борьбе с международным терроризмом, наркобизнесом.
            Мы исходим из того, что на пороге ХХI века исключительно важно формирование у всех людей понимания, что люди других культур тоже являются людьми, которые действуют рационально, принимают разумные решения, имеют имена, личную жизнь и ценности. Другими словами, сегодня культурный человек – это человек, который, в первую очередь, избегает восприятия членов других этнических, национальных и религиозных групп как антиподов. К сожалению, мы должны констатировать, что восприятие других как антиподов присуще сегодня не только определённым малым народам, что ведёт к этноцентризму, но и населению крупнейших развитых стран мира, например, американцам, что является благодатной почвой для развития идеи мирового господства. Вот что пишет В.И.Красиков об американцах: “Действительно, они – другие и не только в отношении нас, но, подозреваю, по отношению ко всем “неамериканцам”. Они действительно полагают, причём не то, чтобы “навязывают”, а считают “естественным”, “само собой разумеющимся”, что все должны говорить, как они (т.е. по-английски), думать, как они (проблематика, тематика). Всё остальное они просто не понимают: им это не то что неинтересно, а находится как бы вне их “жизненной зоны”. Я общался с другими иностранцами, жил в одной комнате с бразильцем; это люди с нашей системой реагирования: принимать человека в его своеобразии, а не редуцировать к удобной схеме восприятия (которая существует, подозреваю, как набор шаблонов). Американцы улыбчивые и добрые люди в принципе, – но если вы попадаете под какой-то набор их психологических заготовок реагирования. Принять что-то выходящее за этот набор, “как таковое”, они просто не желают. Один мой хороший знакомый подметил, что американцы всё время извиняются: в толчее на улице, в общественном транспорте, в магазинах. Но их “I’m sorry” напоминает скорее наше: “отстань от меня”, “не трогай меня”, “не касайся меня”; скорее агрессивное предупреждение (с широкой “американской” улыбкой) о настоятельности с вашей стороны ожидаемого и только ожидаемого.
            Создаётся впечатление о том, что это какие-то биокомпьютеры с когнитивными фильтрами. Они могут знать о том, что есть какие-то другие проблемы и интересы, но они вне зон активизации и задействования ресурсов их внимания и действительного переживания. И это не “невнимание” в нашем, скажем, неамериканском смысле, когда налицо демонстративное игнорирование (а, по сути, имплицитное утверждение “своего смысла” как более предпочтительного и значимого).
            У американцев, похоже, сложился иной ментальный режим, более эффективно-прагматический за счёт снижения интенсивности внимания к другим и их понимания. Все должны быть “как мы”, если же они (другие) ещё не такие, мы их автоматически (без конфликтов, разборок) выводим из круга нашей значимости. Вот когда “созреют”, пожалуйста, милости просим, мы вас научим, как следует правильно жить”[I]. Как видно из этой обширной цитаты, у американцев конца ХХ века нет понимания, что люди других культур тоже являются людьми, которые действуют рационально, принимают разумные решения, имеют свои ценности. У них доминируют экспансия, тенденция к унификации по американскому образцу. Нетрудно догадаться, к чему это может вести при определённых идеологических установках.
            Мы исходим из того, что этноцентризм - объективно существующий феномен, что культурная дивергенция в ХХI веке будет усиливаться. Однако жизненные реалии требуют и универсального подхода к решению мировых проблем. С первого взгляда может показаться странным, но, тем не менее, единство гуманитарной и естественнонаучной составляющих культуры личности, общества в целом - это главное в культуре личности, что способствует, исходя из внутреннего состояния личности, преодолению возможных отрицательных последствий этноцентризма.
            Проведём обоснование этого тезиса.
            Можно выделить два значения соотношения гуманитарного и естественнонаучного: в широком и узком смысле слова. В широком смысле слова естественнонаучный компонент культуры понимается как метафора для обозначения научного освоения мира, а гуманитарный компонент - как обозначение духовно-практикеских способов освоения мира - таких, как мораль, искусство, религия. В узком смысле слова это разделение проходит и внутри самого научного освоения мира как различие между естественными науками и науками гуманитарного цикла. В любом случае “гуманитарный” понимается как имеющий отношение к человеку, ценностно нагруженный, связанный с отстаиванием значимости уникальной человеческой индивидуальности. В противоположность этому “естественнонаучный” традиционно (в классическом типе рациональности) рассматривается как ценностно-нейтральный.
            Мир науки нуждается в дополнении человеческими ценностями и смыслами. Наука и духовно-практические способы освоения действительности (искусство, мораль, религия) могут существовать, только дополняя друг друга. Мир классической науки сам по себе лишён надежды, сострадания, заботы и других экзистенциальных человеческих качеств и чувств. Только через гуманитарный компонент культуры человек может приобщиться к этим ценностям. Без взаимодополнения естественнонаучного и гуманитарного невозможно гармоничное развитие личности в единстве истины, добра и красоты. Современная постнеклассическая наука наполняется человеческими смыслами и ценностями через антропный принцип, синергетику, биоэтику и т. д.
            Приведём некоторые примеры из истории культуры. Чарльз Дарвин проделал над собой и своим творчеством жестокий эксперимент: смолоду он отказался (ради экономии времени для занятия наукой) от чтения художественной литературы и музицирования, которые так любил. В пожилом возрасте он признавал, что “обворовал” себя, “иссушил” мозг, что ему с каждым годом всё трудней и трудней работать. Напротив, Альберт Эйнштейн всю жизнь занимался игрой на скрипке, а когда его спрашивали, какие источники его натолкнули на идеи теории относительности, он ссылался на романы Ф. М. Достоевского и философию Древнего Китая.
            Разрыв между естественнонаучным и гуманитарным компонентами культуры превращается к середине 50-х годов ХХ века в столь зияющую пропасть, конфронтация становится настолько острой, что это позволило английскому физику и писателю Ч.-П. Сноу говорить о “двух культурах” [2].
            Сегодня маятник культуры чрезмерно отклонился в иррациональную сторону. К сожалению, значительная часть нашего общества воспринимает это как прогресс. Хотя в действительности идёт деградация науки, искусства, культуры в целом. Характерные проявления этого процесса достаточно многообразны: астрология вместо астрономии, экстрасенсорика вместо медицины, суеверие и новоиспечённые культы вместо религии и т.д. В науке даже вынуждены специально разрабатывать объективные критерии, которые позволяли бы осуществить в первом приближении разделение принципиально ненаучных и научных концепций на раннем этапе их становления.
            Обладать сегодня естественнонаучной культурой означает:
            Каждый человек должен знать особенности научной формы освоения человеком действительности. Форм освоения человеком действительности много. Основные: мифологическая, религиозная, художественная, научная, техническая и другие. Однако основой современной цивилизации является научная форма освоения человеком действительности. И, тем не менее, человеку, даже если он многое знает, умеет, суждено жить, действовать, принимать ответственные решения на границе научного знания и других форм освоения человеком действительности. При этом необходимо учитывать, что в области научного знания действуют свои правила игры, а в других формах освоения человеком действительности - свои. Они, в частности, касаются выбора решаемых проблем, методов их решения и методов оценки полученных результатов. И там, где уместно опираться на научные знания, мы обязаны опираться на них. А для этого необходимо знать особенности научной формы освоения человеком действительности.
            Человек должен понимать задачи и возможности современного научного метода, его дополнительность по отношению к художественному методу освоения действительности.
            Человек должен понимать общие закономерности развития современного естествознания, знать и понимать сущность фундаментальных законов природы, составляющих каркас современной физики, химии и биологии, к которым сводится множество частных закономерностей природных явлений.
            Когда мы говорим о единстве естественнонаучного и гуманитарного компонентов культуры личности, то имеем в виду не простое наличие в культуре индивида этих двух составляющих, а их интеграцию. Здесь ситуация аналогична ситуации соотношения на пороге ХХI века фундаментальных и прикладных исследований. В данном случае необходимо учитывать, что прикладные исследования - это не только технологические, но и теоретические разработки. А фундаментальные исследования выражаются не только в построении теорий, но и в выработке новых технологий. Сейчас это чётко прослеживается, например, в квантовой оптике. Вместе с тем прикладные исследования могут давать фундаментальные результаты. Об этом, например, свидетельствует история радиотехники. Фундаментальные разработки могут переходить в разряд прикладных, о чём свидетельствует развитие физики твёрдого тела.
            Иногда встречается мнение, что если конкретный индивид является по специальности, например, физиком, математиком, химиком или биологом, то у него уже сформирована естественнонаучная составляющая культуры, а если это литератор, искусствовед и т.д., то гуманитарная. Такое мнение наивно и, по большому счёту, для общества вредно. Дело в том, что эти составляющие культуры представляют собой определённые уровни обобщения решения определённых проблем. Так, например, естественнонаучная компонента культуры предполагает обязательное знание ответов (и умение этими знаниями пользоваться) на такие вопросы: Какие существуют способы представления познаваемого объекта в теории и когда можно пользоваться каждым из них? Когда высказывание с точки зрения науки считается бессмысленным? Какова логическая схема формулировок научных утверждений? Какие типы закономерностей существуют в природе? Какие существуют концепции взаимодействия тел, находящихся на расстоянии? Как проходит эволюция пространственно-временных представлений в науке? Как задаётся состояние системы в науке? и т.д. и т.п. Исключительно важно знание исторических типов научной рациональности, особенно эволюционно-синергетической парадигмы. Гуманитарная компонента культуры предполагает углубленные раздумья над вопросами: Что такое человечность? Как соотносятся вера и знание? Каково соотношение морали и разума? Что такое надежда и любовь? и др. Очень важным является понимание исторической природы гуманизма, места принципов антропоцентризма и общего эволюционизма.
            Какими бы глубокими знаниями в какой-либо конкретной естественной науке познающий субъект ни обладал, нельзя считать, что у него существует соответствующая современному уровню развития науки естественнонаучная компонента культуры, если он не знает, что синергетика - это направление междисциплинарных исследований, объект которой - процессы самоорганизации в открытых системах различной природы. В таких системах, находящихся вдали от термодинамического равновесия, за счёт потока энергии и вещества из внешней среды создаётся и поддерживается неравновесность. Благодаря этому происходит взаимодействие элементов и подсистем, приводящее к их согласованно кооперативному поведению и в результате - к образованию новых устойчивых структур и упорядочиванию. Синергетика выявляет условия, при которых системы становятся способными к самоорганизации. Под самоорганизацией следует понимать процесс, в ходе которого создаётся, воспроизводится или совершенствуется организация сложной динамической системы. Самоорганизующейся называется такая система, которая без специфического воздействия извне обретает какую-то пространственную, временную или функциональную структуру. Под специфическим внешним воздействием понимается воздействие, навязывающее системе структуру или функционирование. В случае же самоорганизации система испытывает извне неспецифические воздействия. Установлено, что процессы самоорганизации могут иметь место только в системах, обладающих высоким уровнем сложности и большим количеством элементов, связи между которыми имеют не жесткий, а вероятностный характер. Способностью к самоорганизации могут обладать объекты различной природы - от физической до социальной. В таких системах происходит перестройка существующих и образование новых связей между элементами системы. Процессы самоорганизации имеют целенаправленный характер, но вместе с тем им присуща спонтанность. Эти процессы, протекающие при взаимодействии системы с окружающей средой, в той или иной мере автономны, относительно независимы от среды.
            Возникновение организованного поведения может обуславливаться либо внешними воздействиями (вынужденная организация), либо являться результатом развития собственных (внутренних) неустойчивостей в системе (самоорганизация). Синергетика рассматривает также вопросы самодезорганизации - возникновение хаоса в динамических системах. Модели синергетики - это модели нелинейных неравновесных систем, подвергающихся действию флуктуации. В момент перехода упорядоченная и неупорядоченная фазы отличаются друг от друга столь мало, что именно флуктуации переводят одну фазу в другую. Приобретение нового качества движениями динамической системы при малом изменении её параметров называется бифуркацией. Другими словами, бифуркация соответствует перестройке характера движения реальной системы.
            Условия образования самоорганизующихся структур такие:
            Система является термодинамически открытой.
            Макроскопические процессы происходят согласованно (кооперативно).
            Отклонения от равновесия превышают некоторое критическое значение, то есть рассматриваются состояния, лежащие вне термодинамической ветви.
            Процессы происходят в таком режиме, что для их описания необходимы нелинейные математические модели. Нелинейная связь переменных приводит к усилению малых возмущений.
            Итак, нелинейность порождает дискретность путей эволюции нелинейных систем. Это означает, что в данной нелинейной среде возможен отнюдь не любой путь эволюции, а лишь определённый спектр этих путей.
            Нелинейность процессов делает принципиально ненадёжными и недостаточными прогнозы- экстраполяции от наличного, ибо развитие совершается через случайность выбора в момент бифуркации, а сама случайность обычно не повторяется вновь. Картина процесса на первоначальной или промежуточной стадии может быть полностью противоположной его картине на развитой стадии. Например, то, что сначала растекалось и гасло, может со временем разгораться и локализоваться у центра.
            За нелинейностью стоит, кроме того, представление о возможности сверхбыстрого развития процессов. В основе механизма такого развития лежит положительная нелинейная обратная связь. Отрицательная обратная связь даёт стабилизирующий эффект, заставляет систему вернуться к состоянию равновесия.
            В процессах самоорганизации открытых нелинейных систем обнаруживается двойственная природа хаоса. Хаос разрушителен (сложные системы в развитых состояниях могут быть чувствительны к малым хаотическим флуктуациям на микроуровне). И в то же время хаос конструктивен: сам хаос может быть защитой от хаоса, ибо он является механизмом вывода на стуктуры-аттракторы эволюции, механизмом согласования темпов эволюции при объединении простых структур в сложные, а также механизмом переключения, смены различных режимов развития системы.
            Из краткого изложения синергетической парадигмы видно, что человек, который ею владеет, обладает внутренней убеждённостью, что этноцентризм в принципе неустраним. Это означает, что можно говорить лишь об ограничении и даже преодолении его возможных отрицательных последствий.
            Нельзя считать, что человек обладает естественнонаучной составляющей культуры, если он не понимает, что в результате активной деятельности природа претерпевает огромные изменения, человек постепенно становится основным фактором эволюции биосферы и всей земли как космического тела. В связи с этим он должен однажды взять на себя ответственность за характер протекающих эволюционных процессов на нашей планете. Переход человечества в эпоху нооосферы, т.е. переход биосферы в её новое управляемое состояние, стихийно произойти не может. Этот переход требует от человечества больших усилий, перестройки его общественных и социальных структур, ибо в эпоху ноосферы всё большую роль будет играть экологический императив, т.е. осознанное поведение людей, согласованное с объективно-необходимым требованием квазистабильности окружающей среды.
            Современный человек должен уметь связывать общий процесс развития материального мира с процессом общественного развития. Становление коллективного разума человечества открывает потенциальную возможность возникновения таких форм организации общества, которые способны обеспечивать коэволюцию природы и общества. Поэтому правы те учёные (Моисеев Н.Н. и др.), которые считают необходимым, опираясь на общее видение мира, осуществлять поиск оснований для формирования новой стратегии во взаимоотношениях человека с природой. По сути, здесь идёт речь о выявлении принципов универсального эволюционизма и роли разумного человека в их реализации. С точки зрения гуманитарной составляющей культуры можно говорить о формировании концепции так называемого “критического гуманизма”. Таким образом, на деле происходит интеграция естественнонаучной и гуманитарной составляющей культуры.
            Внутреннее понимание этого неизбежно ведёт человека к признанию интегративных процессов и в культуре человечества, в необходимости их доминирования над процессами дифференциации. Гуманитарная компонента культуры неизбежно трансформируется под влиянием данного естественнонаучного знания.
            А разве можно считать, что у субъекта сформировалась соответствующая современному уровню развития естественнонаучная компонента культуры, если он не знает, не руководствуется в своей деятельности выдвинутым в 70-е годы ХХ века антропным принципом?
            Напомним, что слабый антропный принцип понимается так: в ходе эволюции Вселенной могли существовать самые различные условия. Однако человек как познающий субъект видит мир только на том этапе, на котором реализовались условия, необходимые для его существования. При этом все предшествовавшие появлению человека стадии эволюции Вселенной могли протекать только в мире, где существовала “тонкая подстройка”. Это означает, что раз человек есть, то он увидит только вполне определённым образом устроенный мир. Ничего другого увидеть ему просто не дано.
            С точки зрения сильного антропного принципа вводится предположение о множественном рождении Вселенных. В каждой из этих Вселенных случайным образом реализуется произвольный набор физических постоянных и соответствующих им физических законов. Случайный перебор всевозможных вариантов создаёт в одной (или нескольких) из них ситуацию “тонкой подстройки” со всеми вытекающими отсюда следствиями. Есть предположение по самоорганизации единственной Вселенной, чем предопределяется появление в ней “тонкой подстройки” и познающего субъекта. Согласно этому взгляду, появление разума не только заранее запланировано, но и имеет определённое предназначение. Оно должно себя проявить в последующем процессе развития Вселенной. Значит, человек вынужден будет заняться вопросом выяснения своего предназначения во Вселенной. Сделать это можно только коллективно, выявив общечеловеческие ценности, придав им статус определяющих.
            Предназначение человека не зависит от нации, профессиональной культуры, вероисповедания. Существуют глобальные проблемы, которые объединяют человечество. Это отражается в антропном принципе, в эволюционно-синергетической парадигме. Глобальные проблемы стоят перед человечеством как чем-то единым; их невозможно разрешить на уровне отдельной этнонациональной культуры или цивилизации. С другой стороны, единство человечества не тождественно унификации культур. Для разрешения проблем, стоящих перед человечеством, требуется высочайший уровень интеллекта, который достижим, в соответствии с системным анализом, только при максимальном разнообразии элементов. А это означает расцвет всех культур. И их интеграцию. Вспомним ещё раз пример Альберта Эйнштейна, который пришёл к идеям теории относительности через китайскую философию и русскую духовность (творчество Достоевского).
            Мы уже отмечали, что форм освоения человеком действительности много. Но лишь вместе они обеспечивают жизнедеятельность человека. Уже в этом тезисе заложена интеграция гуманитарной и естественнонаучной составляющих культур личности. Современное постнекласическое естествознание через свою проблематику, разрабатываемые подходы становится ценностно-ориентированным на человека. С другой стороны, ценностную ориентацию гуманитарной компоненты культуры личности на уникальность человеческой индивидуальности невозможно сформировать без опоры на естествознание.
            Само естествознание “рожает” этические проблемы. И чем больше на передний край науки выходит биология, тем это становится очевиднее.
            Одной из тенденций развития современной биологии является “вызов”, который бросает биология этике. Имеются в виду, во-первых, попытки обосновать этические императивы и нормы взаимоотношений между людьми, опираясь на биологические данные, и, во-вторых, те перспективы биологической жизни, которые влекут за собой возникновение ситуаций, не поддающихся однозначной оценке с точки зрения существующих этических стандартов.
            Применение в медицинской практике таких новейших технологий, как трансплантация жизненно важных органов, “оплодотворение в пробирке” и других, поставило перед врачами, учёными и обществом совершенно новые морально-этические и морально-правовые проблемы. В процессе их решения в 70-е годы возникла дисциплина “биоэтика”.
            Когда сегодня хирург - трансплантолог пересаживает почку или лёгкое живого донора (пусть даже имея на то его добровольное согласие) обречённому больному, заповедь Гиппократа по отношению к донору с очевидностью нарушается.
            Допустимо ли искусственное оплодотворение или прекращение жизнеподдерживающего лечения умирающего пациента? Допустима ли эвтаназия?
            В клятве Гиппократа говорится: “Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла”. Всемирная медицинская ассоциация в Женевской декларации устами вступающего в профессию врача утверждает: “Я буду уважать человеческую жизнь с момента зачатия”. Ещё определённее эвтаназия в смысле “убийства из милосердия” запрещается в Международном кодексе медицинской этики (1994 год): “Врач должен помнить об обязанностях сохранить человеческую жизнь”. Однако в литературе по биоэтике в 70-80 годах понятие эвтаназии стали употреблять именно как “убийство из милосердия” неизлечимого или умирающего больного (“активная эвтаназия”) или как отказ от “жизнеподдерживающего лечения” обречённого (“пассивная эвтаназия”). В свою очередь, любой вид эвтаназии может быть добровольным и недобровольным.
            Известно мнение крупнейшего отечественного юриста конца ХIХ – начала ХХ веков А.В.Кони, согласно которому активная эвтаназия как исключение допустима с нравственной и юридической позиций, если она проводится при:
            - устойчивой и сознательной просьбе больного;
            - невозможности облегчить страдания больного известными средствами;
            - единогласным решением коллегии врачей;
            - предварительном уведомлении органов прокуратуры.
            Спор вокруг проблемы активной эвтаназии пока нельзя считать завершённым, поскольку есть серьёзные аргументы “за”, и “против”. Её сторонники делают упор на необходимость уважать свободный выбор больного. Противники подчёркивают опасность умышленных злоупотреблений. А, следовательно, огромное число больных будет бояться врачей и больниц. Это окажет деморализующее воздействие на самих медиков и общество в целом.
            В будущем с помощью генной инженерии будет возможно вести активную борьбу с наследственными болезнями, повысить оптимизацию генофонда, создав врождённый иммунитет против бешенства, столбняка, СПИДа, рака.
            В то же время нельзя исключить того, что плодами учёных, вмешивающихся в генотип человека, могут воспользоваться нечистые на руку политики. Например, диктаторские режимы могут селективно размножать физиков-ядерщиков. Или создадут человекоподобные существа-мутантов для выполнения однообразной работы и т.д. Поэтому эксперименты по генной инженерии должны использоваться только для диагностики и лечения, но ни в коем случае не для изменения генотипа человека.
            Число элементов, неизбежно входящих в естественнонаучную составляющую культуры личности, можно продолжить. Но становится очевидным, что все они влияют и на гуманитарную компоненту, на специфику её функционирования и развития.
            Итак, культурологическая подготовка личности должна быть направлена на интеграцию гуманитарной и естественнонаучной составляющих культуры. Только их интеграция в культуре каждого индивида может служить устойчивой внутренней основой для понимания личностью уникальности каждого человека, каждой культуры, а также основой для преодоления возможных негативных последствий этноцентризма как больших, так и малых народов, находящихся на разных уровнях экономического развития.

            ЛИТЕРАТУРА

            1. Красиков В.И. Заметки провинциала //Вестник Российского философского общества. – 1999. - №1. – С.10-11.
            2. Сноу Ч.-П. Две культуры. – М.,1973.

 
 

CREDO - копилка

на издание журнала
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку