CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная
О понятии "безопасность",Г.В. Иващенко

 Г.В.Иващенко

кандидат философских наук

кандидат философских наук

 

 О понятии "безопасность"

 

           Отличительная особенность многих современных исследований в области теории безопасности заключается в так называемом "допредметном" состоянии некоторых понятий и определений, выражающемся в неуточненности их содержания и объема, в отсутствии между ними необходимой логической связи, в остатках обыденного подхода в их трактовке и т. д. Наряду с понятиями, отражающими сущностные характеристики безопасности, имеются понятия, фиксирующие лишь ее видимость, поверхность, то есть выражающие в относительно рационализированном виде иллюзии обыденного, сознания.

           В самом деле, едва ли не в большинстве научных (по крайней мере, как они квалифицируются их авторами) исследований в области теории безопасности, "безопасность" определяется как защищенность (состояние защищенности) жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз. При этом под интересами понимается, как правило, совокупность потребностей того или иного субъекта безопасности (личности, общества, государства и т.д.). Далее, обычно, следуют рассуждения о видах безопасности, которых насчитывается уже не один десяток. Выделены такие виды безопасности как юридическая и даже историческая, наряду с традиционными военной, биологической, геокосмической, демографической, информационной, промышленной, пожарной, психологической, радиационной, сейсмической, социальной, технологической, химической, экологической, экономической и т. д. и т.п. Затем наступает очередь угроз, и следует такой же список.

           За этими классификациями, как правило, "теряется из вида" необходимость раскрыть содержание и объем самого понятия "защищенность".

           При всем этом в публикациях на тему безопасности бросается в глаза отсутствие обоснования необходимости введения тех или иных категорий; категории и понятия вводятся как бы невзначай: "А вот, кстати, еще одно понятие, оно означает то-то и то-то, а еще и вот это". Почему они введены, из чего вытекает такая необходимость, как это согласуется с логикой объекта и предмета исследования – ответы на эти вопросы остаются, как правило же, за рамками публикаций. В крайнем случае, следует ссылка на определения из федерального закона "О безопасности" (отнюдь не являющегося в данном случае методологическим основанием для теоретической работы), или на словари Даля, Ожегова и т.д. (хоть эти словари – русского (то есть естественного) языка, а не научной терминологии), да в качестве иллюстрации, как квазиподтверждения, приводятся (иногда обильно) различные схемы с множеством стрелок, якобы обозначающих различные зависимости, так и оставшиеся не объясненными в тексте.

           Иными словами, значительная часть современных публикаций в области теории безопасности описывает свой предмет бессистемно и на уровне поверхности. Их авторы порой впадают в идеологизаторство, мифотворчество, переходят от объяснения сущего к описанию должного.

           Такое положение дел в данной области исследований вызывает, в общем, справедливую критику: "…складывается впечатление, что ученые-политологи глубоко не задумывались над смыслом понятия, которым сами постоянно пользуются, причем не только они.

           …А между тем политическая практика опередила науку и вовлекла в свой оборот, в том числе и на законодательном уровне, весьма аморфное определение безопасности как "состояния защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз". Оно апеллирует ко всем мыслимым и немыслимым угрозам и вряд ли может рассматриваться "работающей" и научной категорией стратегии безопасности государства".

           Другой автор отмечает, например, что "акцентирование на угрозе, как исходном, ключевом элементе понятия и содержания экономической безопасности, как и национальной безопасности вообще, делает нас заложниками этих угроз".

           Все большее понимание находит среди исследователей данной области мысль о том, что "практика обеспечения безопасности крайне нуждается в теории, которая бы достаточно четко объясняла смысл безопасности, независимо от того, рассматривается безопасность лица, отраслевая безопасность, направление безопасности, национальная безопасность или коллективная безопасность".

           Справедливости ради, нужно отметить, что в последнее время предпринимаются попытки уйти от вышеозначенной схемы изложения проблем безопасности, однако есть основания утверждать, что парадигму, в приемлемо адекватной степени отражающей действительное положение вещей, современная наука в области теоретических исследований безопасности пока в явном виде не сформулировала.

           Сложившееся ситуация, тем не менее, не удивительна, и не во всех случаях она представляет собой повод для упреков в адрес ученых. Сфера безопасности как объект исследования – не самая легкая из возможных. Это, во-первых. Во-вторых, сами исследования в данной предметной области являются относительно "молодыми", в них, как представляется, не осознана еще в полной мере "критическая масса" идей, точек зрения на те или иные проблемы для того, чтобы предложить теорию предмета, адекватную самому предмету. Нельзя также, в-третьих, сбрасывать со счетов и то обстоятельство, что всплеск исследований в области безопасности (по крайней мере, в нашей стране) пришелся как раз на период некоторого снижения, по известным причинам, общего уровня отечественной социальной науки. И, наконец, в-четвертых, необходимо принять во внимание и имеющую место определенную "научную моду" на исследования в области безопасности, вносящую свои коррективы в этот процесс.

           В то же время, как представляется, социальная наука, в том числе и по преимуществу теоретическая социология, имеет, на сегодняшний день, в целом необходимое и достаточное количество и качество "потенциала", чтобы дать ученым, разрабатывающим данную проблематику, реальную возможность попытаться отразить в теории объект исследования (безопасность) на уровне, достаточном, по крайней мере, для того, чтобы он явился методологической базой для исследований технологического характера, а также для создания управленческих документов доктринального статуса, в адрес которых не раздавались бы упреки в невыверенности понятийного аппарата, в "разночтении многих основополагающих терминов", в том, что "нет четкого понимания стоящих проблем и путей их решения" и в ясно прослеживаемом "отсутствии фундаментальных научных проработок по вопросам национальной безопасности".

           В этой связи необходимо иметь в виду, что теория безопасности, как область исследований - разноуровневая конструкция, предназначенная для отражения в понятиях разных по уровню общности "пластов" действительности. Поэтому перед учеными стоит задача соотнести друг с другом эти понятия, субординировать их, раскрыть их переходы друг в друга. Если этого не сделать, то создастся видимость противоречивости определений, даже если каждое из них будет сформулировано правильно.

           Современная наука, накопив определенный опыт исследования в области теории безопасности и добившись серьезных успехов в осмыслении многих частных, в том числе и по преимуществу прикладных, проблем, в разработке фундаментальных, собственно теоретических, проблем безопасности имеет ряд пробелов и нерешенных вопросов принципиального свойства, возникновение которых является закономерным этапом развития практически любой становящейся теории, к которой с полным основанием можно отнести теорию безопасности в ее нынешнем состоянии.

           Эти вопросы имеют логико-методологический, то есть, в данном случае, философско-социологический характер, так как общей методологией социального познания, к которому относится и теория безопасности, является социальная философия и теоретическая социология.

           Упомянутые пробелы кладут, в известном смысле, предел дальнейшему углублению научных исследований, в котором настоятельно нуждается практика, так как, в силу ряда причин, теория не может не опираться на те или иные философско-социологические основания, имеющие мировоззренческий и методологический характер. Базируясь же на основаниях, преодоленных в современном философско-социологическом знании, то есть, попросту говоря, на устаревших основаниях, она не в состоянии углубить понимание собственного предмета.

           Возможность преодоления указанного предела может быть обеспечена только активной разработкой такой области теоретических проблем безопасности, как "философия безопасности", специально занимающейся данными проблемами, то есть основаниями этой теории.

           Теория безопасности должна быть естественным образом вписана в общий культурный фон современной социальной науки путем подведения под ее "здание" прочного "фундамента", основания (взамен устаревшего) в виде парадигм, отвечающих требованиям современной науки, то есть дающих современные модели (образцы) постановки научных проблем в данной области и их решений.

           Если, исходя из системно-деятельностного подхода, понимать безопасность как определенного рода систему, то и теоретическое знание о ней с необходимостью должно быть также представлено в виде системы.

           При этом важно иметь в виду, что для решения данной задачи была бы недостаточной мерой только декларация этого факта, а также произвольное деление безопасности на подсистемы (виды). Критерий деления на подсистемы и элементы должен быть обоснован, в самой системе должно быть логически непротиворечивым образом выделено системообразующее основание (сущностная абстракция) и всё теоретическое знание о данной системе должно быть выведено из этого системообразующего основания посредством правильных логических процедур.

           Поскольку в рамках теории безопасности мы предпринимаем анализ безопасности как таковой, то есть без пространственно-временных ее спецификаций, необходимо предложить такое понятие безопасности, которое бы рациональным и непротиворечивым образом объясняло все случаи его употребления: и как безопасность личности, и как безопасность мореплавания, и как безопасность производственных процессов, и все иные, выделенные в науке, виды безопасности: политическую, военную, радиационную, экологическую и т.д.

           Задача заключается, таким образом, в выявлении сущности безопасности. Для этого необходимо представить ее как систему, выявить ее субстанцию, источник возникновения, развития и функционирования, формы ее проявления и т.д., то есть проанализировать, как "развертывается" сущность.

           При этом важно, повторим, определить основополагающую, сущностную абстракцию, основную категорию, и вывести (именно вывести) из этой категории все остальные, а не просто декларативно перечислить их, рядоположив.

           Исходя из вышеизложенного, предлагается следующий вариант основных положений искомого основания теории безопасности (в силу ограниченности объема настоящей публикации оно будет здесь кратким, по сути тезисным).

           Первое, на что обращает внимание теоретик, рассматривая общество в целом или отдельные его фрагменты, - это определенная совокупность действий (деятельностных актов) и их результатов. Эта совокупность весьма разнообразна по характеру, способу осуществления, составу участников, применяемым средствам и т. д.

           Действительно, общество есть деятельность преследующего свои цели человека. Деятельность есть способ существования социального, то есть способ, которым существует общество.

           Чтобы понять место безопасности в системе человеческой деятельности, необходимо представить и рассмотреть самоё деятельность как систему. Такая работа уже сравнительно давно и, на наш взгляд, вполне успешно проведена учеными в области социальной философии и теоретической социологии. Основные моменты этого понимания деятельности заключаются в следующем.

           Субстанцией общественной жизни является процесс совместной деятельности людей. Это означает, что она выступает самой глубокой основой социального. Поэтому в социальной жизни не может быть ни одного явления, не представляющего собой тот или иной аспект, ту или иную сторону деятельности, а в социальной науке не может существовать категория, которая не обусловлена категорией деятельности.

           Безопасность, как социальный объект, исключения в этом отношении не представляет. Самой общей, субстанциальной ее характеристикой выступает деятельность. Именно поэтому теория безопасности с необходимостью должна в качестве своего основания иметь теорию деятельности.

           Именно в этом понимании состоит суть деятельностного подхода к социальной действительности, который выступает как объяснительный теоретико-социологический принцип, и который необходимо принять в качестве методологического основания при исследовании нашего предмета.

           Деятельность есть специфически человеческая форма активного отношения к миру, определенный тип бытия в мире. Её содержанием является целесообразное изменение и преобразование мира, целеполагающая (а значит, сознательная) активность человека как саморегулируемое поведение во внешней среде с целью самосохранения в ней посредством целесообразной адаптации к ее условиям.

           Однако характеристика деятельности как субстанции социального - есть абстракция, причем абстракция весьма “тощая”. Для того чтобы она могла выполнить свою объяснительную функцию, нужно наполнить ее необходимым содержанием, т. е. конкретизировать и, впоследствии, классифицировать.

           В основе любой деятельности и, соответственно, любого деятельностного акта, как атомарной ее структуры, лежит потребность – свойство субъекта общественной жизни, проявляющееся как его отношение к необходимым условиям собственного существования и осознаваемое им как отсутствие необходимого.

           На основе потребности возникает определенное избирательное отношение субъекта к способам удовлетворения собственных потребностей. Такое отношение, ориентирующееся, кроме прочего, на наличные условия (в число которых, наряду с природными условиями и результатами опредмеченной прошлой деятельности - предметами культуры, входят и другие субъекты) называется интересом. Далее, на основе интереса субъект формулирует цель деятельности как идеальный образ желаемого результата. Для достижения поставленной цели среди наличных условий подыскиваются соответствующие средства.

           Деятельностный акт завершается получением продукта деятельности, который удовлетворяет инициальную, то есть породившую его, потребность. Затем потребность возникает вновь (иногда – в расширенном виде) и цикл повторяется.

           Следующим необходимым шагом в исследовании безопасности является правильное выявление самих субъектов деятельности, ибо деятельность - это всегда чья-то деятельность, то есть деятельность неких инстанций (социальных индивидов или их групп), которые, исходя из своих интересов, инициируют ее.

           Иными словами, субъекты - это такие участники определенного вида деятельности, которые в процессе его осуществления реализуют самостоятельно выработанные программы, и потребности которых удовлетворяются его продуктами. Все остальные участники данного вида деятельности субъектами не являются, выступая, соответственно, средствами в руках последних.

           Субъект деятельности, самореализуясь, то есть, воспроизводя себя в качестве субъекта, нуждается в наличии определенного уровня свободы - способности контролировать необходимые условия собственного существования, так как субъект постольку является таковым, поскольку он, хотя бы в минимальной степени, свободен в своих действиях. В социальной действительности, где важнейшей составной частью условий существования субъекта выступают другие социальные субъекты - контрсубъекты (интересы которых зачастую противоположны интересам первого), для субъекта, взятого за точку отсчета, необходимым и первостепенным является повышение (или, как минимум, поддержание) уровня собственной свободы по отношению именно к этим условиям его существования.

           Таковы, вкратце, необходимые для вскрытия сущности безопасности как цели нашего исследования, основные положения деятельностного подхода, разработанные в современной философско-социологической литературе.

           Итак, задача субъекта – самореализация, самовоспроизводство, желательно - расширенное. Необходимость такого самовоспроизводства субъекта, осознаваемая как цель, есть возможность. Превращение возможности в действительность происходит только при наличии определенных условий.

           Строго говоря, система деятельности – есть система взаимодействия субъекта и условий, в которых он существует, самореализуется. Если наличные условия (в том числе и созданные самим субъектом) позволяют превратиться самореализации субъекта из возможности в действительность, это значит, что такая совокупность условий была для нее в целом благоприятной.

           Сам субъект, по определению, выступает в этом процессе как активная сторона. Он стремится овладеть в той или иной форме условиями своей самореализации. Определенным их количеством он овладевает теоретически, некоторое количество благоприятных условий он создает сам, исходя из своих ценностей, на основе теоретического овладения этими условиями.

           Совокупность условий существования субъекта, которыми он овладел (постиг, усвоил, создал) в процессе его самореализации, и которые он, таким образом, в состоянии контролировать, есть безопасность субъекта, безопасность его деятельности.

           Отсюда следует важный вывод: безопасностьне есть состояние защищенности интересов субъекта, безопасность вообще не есть чье бы то ни было состояние. Безопасность есть условия существования субъекта, контролируемые им.

           Безопасность, в общем виде, - есть специфическая совокупность условий деятельности. Именно поэтому говорят о "безопасных условиях деятельности", о нахождении кого-либо или чего-либо "в безопасных условиях" и т.д.

           Находиться в безопасности – значит находиться в безопасных условиях, то есть в таких, которые субъект в состоянии контролировать в процессе своей деятельности, в процессе своей самореализации.

           Что же касается понятия "защищенность" в данном контексте, то оно, на наш взгляд, не является научным понятием, а есть просто результат не вполне удачной попытки найти подходящий синоним для понятия "безопасность", чтобы не впасть в тавтологию при описании самой безопасности ("безопасность – есть отсутствие опасности = защищенность"). "Защищенность" - понятие, отражающего, в лучшем случае, видимость, поверхность исследуемого предмета и выражающее в относительно рационализированном виде иллюзии обыденного сознания, о чем речь шла выше.

           Очевидно, потому понятие "защищенность" и остается необъясненным, потому и оказывается как бы "забытым" некоторыми исследователями, что оно не может быть удовлетворительным, то есть рациональным и непротиворечивым образом объяснено в контексте существующих версий теории безопасности.

           Необходимо, далее, отличать объективную безопасность (то есть объективно безопасные, благоприятные условия) от субъективного представления субъекта о совокупности условий как безопасных (контролируемых им), а в действительности могущих такими и не являться. Описание безопасности как состояния защищенности кого-либо или чего-либо от совокупности угроз есть выражение в квазитеоретической форме субъективных, по сути, обыденных, житейских представлений о безопасности. "Соответственно этому, упрощенно ход рассуждения таков: если мы не испытываем страха перед кем-либо в данный момент времени или нам никто напрямую не угрожает сейчас войной, то и безопасность имеет место". Именно поэтому основанная на понятии "защищенность от угроз" теория и делает теоретиков (а, соответственно и практиков, базирующих свои доктринальные установки на такой теории) "заложниками угроз".

           Описание явлений в терминах "угроза", "вызов" – это, по сути, психологическое описание. Угроза, вызов – суть ощущение, восприятие субъектом сложившихся условий его существования, условий его деятельности. Ощущению, восприятию практически ничего нельзя рациональным образом противопоставить: субъект воспринимает ситуацию именно так - и все. Одни и те же условия разные субъекты могут воспринимать по-разному: один – как угрозу, опасность, вызов, другой – как отсутствие таковых.

           Такой "психологизаторский" подход к проблеме, разумеется, имеет право на существование, он может быть охарактеризован даже как научный, но, очевидно, только в рамках психологической науки при описании психологических (социально-психологических) характеристик (параметров) субъекта. Однако он не может являться основанием для теории безопасности, как социологической, по своей сути, теории.

           Как представляется, именно этот подход был перенесен из западных источников в отечественную науку, а затем – в официальные документы, в чем их и упрекают теперь некоторые авторы.

           Обеспечение безопасности, в свою очередь, есть процесс создания благоприятных условий деятельности, процесс овладения субъектом необходимыми условиями собственного существования. Обеспечение безопасности субъекта есть создание условий, при которых реализовывались бы его интересы, осуществлялись бы поставленные им цели, в основании которых лежат его ценности. Это, в свою очередь, значит, что безопасность есть такие условия, в которых субъекты сохраняют и воспроизводят свои ценности.

           Обеспечение безопасности как процесс овладения условиями существования есть в то же время процесс реализации свободы субъекта как способности контролировать условия собственного существования. Свобода и безопасность – тесно взаимосвязанные явления, образующие фундаментальные аспекты социального бытия, важнейшие характеристики социальных субъектов.

           Поскольку для каждого субъекта количество условий, в которых он самореализуется, является практически бесконечным, а его возможности всегда ограничены и поэтому конечны, постольку речь может идти только о том или ином уровне безопасности (равно как и о том или ином уровне свободы), и, значит, так или иначе, об относительной безопасности субъекта, в силу того, что субъект принципиально не в состоянии контролировать все условия собственного существования.

           Если, далее, безопасность – это безопасность деятельности, то ее классификация зависит от классификации последней. В философско-социологической литературе уже изложены результаты работы ученых по научной типологизации деятельности по различным основаниям, вполне достаточные для того, чтобы классификация видов безопасности не могла представлять собой сложную методологическую проблему для исследователей в области теории безопасности.

           

           Таков, в общих чертах, вариант оснований теории безопасности, которые, как представляется, могут быть положены в фундамент "тела" этой теории, не вводя при этом теорию в противоречие с действительностью. Выявление данных оснований может позволить в дальнейшем, на основе предложенного понимания сути безопасности как аспекта деятельности, развернуть и конкретизировать исходные категории и понятия в стройную систему, и удовлетворительным образом, то есть в целом адекватно самой действительности, представить объяснение безопасности как социального явления.

           

           Литература:

           

  На сайте allet-parket.ru паркет coswick цены. . Водосточная система Galeco
 

CREDO - копилка

на издание журнала
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку