CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная
Этничность. Этнос. Нация. Национализм,Н.В. Кокшаров

Н.В.Кокшаров,

кандидат философских наук

Этничность. Этнос. Нация. Национализм.

“Аuch wenn ein Baumstamm im Fluss schwimmt,
so wird daraus noch lange kein Krokodil”

Romana-sprichwort

Интерес к национальности возник ещё в начале XIX века в Германии, как естественная реакция против “ универсализма “ Наполеона I. Ещё ранее, на рубеже XV- XVI веков появляется понятие нации как языковой и культурной общности, сложившейся в определенной местности, а в конце XVIII- начале XIX веков складываются собственно “ национальные государства” (1, c. 65). В начале XX века В. Водовозов в статье “Национальность и государство” констатировал: “Антропология до сих пор далеко не выяснила вопроса, что такое национальность; более того, самый вопрос о том, существует ли она, как реальное антропологическое явление, или же представление о национальном типе есть не более, чем одна из человеческих иллюзий, не может считаться окончательно решенным. Никто не сомневается, однако, что если не как антропологический факт, то, по крайней мере, как иллюзия, национальность не только существует, но имеет могущественное влияние на умы человечества. Национальность с трудом поддается строгому анализу и разложению на составные элементы. Труднее проследить все отдельные перипетии её развития, её постепенного образования и формирования. “ Национальность, - как нечто сознанное, как цель- всё резче и ярче выделяется на общем фоне социального бытия, она становится регулятором общественной совести, до известной степени сообщает направление всему общественному руслу. В реальной, общественной жизни национальность выступает перед нами, как цельная сила, как самостоятельный фактор. И с этой точки зрения, именно, с точки зрения конкретной общественной жизни, это новое историческое явление нас в данном случае интересует” (3, c. IV). Многонациональность современного государства - явление неустранимое, а, следовательно, и решение национальной проблемы надо искать не только вне, но и в пределах этого государства. Российский исследователь Б. Плетнёв ещё в 1919 году отмечал, что нельзя установить точных объективных признаков, отличающих одну национальность от другой. По его мнению, существенный признак национального единства надо искать в общности исторической судьбы. “Чем выше культура национальности, чем богаче её историческое прошлое, тем сильнее связи, соединяющие в одно целое её членов, тем крепче среди них сознание своего единства. Национальность - это коллектив, который имеет свои интересы и потребности, свои традиции и цели и который стремится, поэтому создать необходимые внешние условия для своего всестороннего развития.” (4, c. 30). В XX веке в научный оборот вошли “этнос”, “этничность”, “этнополитика” и другие категории этнонациональной проблематики. Этносы являются не простым компонентом социальной структуры, а её исторически конкретным целостным выражением. Деятельность этносов представляет собой синтез. Многие отечественные ученые полагали этнос как социальную группу. Учёный С. М. Широкогоров в 20-е годы писал: “Этнос есть группа людей, говорящая на одном языке, признающих своё единое происхождение, обладающих комплексом обычаев, укладом жизни, хранимых освященных традиций и отличающих её от таковых других групп”(5, c. 13). В начале XXI века , как и век назад, среди учёных нет единства в подходе и определении феномена этничности, этноса, нации, национализма. Эти понятия не поддаются чёткому определению отчасти потому, что в этих категориях заключено столько разнообразных признаков, что учесть их все крайне трудно.

За последние пять лет в мировой научной литературе по проблемам этничности, нации, национализма на английском (в основном) и на немецком языках были опубликованы научные труды следующих авторов: Altermatt U., Anderson Benedict, Armstrong Jhon, Banks Marcus, Banton Michael, Baumann Gerd, Beiner Ronald, Benner Erica, Berger Stefen, Brock Gillian, Brown David, Brubaker Rogers, Calhoun Graig, Karl, Couture Jocelyni, van Dijk, Eriksen Thomas, Fenton S., Ferran Archiles, Flynn Mary Katherine, Gellner Ernest (посмертно), Gilbert Paul, Gorski Philip, Gruffudd P., Guilbernau Montserrat, Guss David, Haas Ernest, Hagendoorn L., Hall Patrik, Hastings A., Hechter Michael, Hostings A., Horowitz Donald, Hroch Miroslav, Hutchinson John, Ignatieff Michael, Jenkins Richard, Jowitt Ken, Kacowicz Ane, Kaufmann Eric, Kedourie E., Kellas James, Kymlicha Will, Kosaku Yoshino, Kuzio Taras, O Leary Brendan, Marty Martin, McCrone David, Micscevic Menad, Mobery Mark, Mudimbe V., Nagel J., Nairn Tom, Nielsen Kai, Oommen T., Ozkirimli U., Porter-Brian E., Ringmar Erik, Safran W., Scherrer Chritian P., Schopflin G., Schulze H., Smith Anthony D., Spencer Philip, Spira Thomas, Thompson Andrew, Todorov V., Tzaneva Elya, Wallace Walter L., Winderl T., Yael Tamir и другие.

В России изучением этноса, нации, этничности, национализма, этнонациональных процессов занимаются в последние пять лет: Авксентьев А. В., Багдасарова А., Бороноев А., Бранский В., Булычев Ю., Вальков А., Верховский А., Винер Б., Волкова Г., Вольвич В., Гиренко Н., Губогло Н., Гурьев В., Данакари Р., Денисенко В., Дробижева Л., Елаева И., Заринов И., Затеев В., Захарова Е., Здравомыслов А., Иванов Г., Иванова А., Иванова С., Иванова Ю., Иванько Н., Игнатьев Р., Ипполитова А., Караваев Г., Кашаев В., Козлов В., Кокшаров Н., Коротеева В., Кулакова О., Куропятник А., Лурье Светлана, Михайловская Е., Мыльников А., Нарочницкая Е., Петров Ю., Попков Ю., Прибыловский В., Рокина Г., Росенко М., Рубан Л., Рыбаков С., Рябов О., Сафронова Т., Семёнов Ю., Сикевич З., Скворцов Н., Соколов М., Соколовский С., Тадтаев Х., Тишков В., Тоидис В., Торукало В., Филиппов В., Хотинец В., Цепищев Н., Чагилов В., Чешко С., Шапинская Е., Якушева и другие.

Этничность - широко используемая в науке категория, обозначающая существование культурно-отличительных (этнических) групп и форм идентичности. В российском обществознании в большей степени употребляется категория “ этнос” когда говорят об этнических общностях (народах). Наиболее полное выражение теория этноса в советскую эпоху нашла в трудах Ю. Бромлея. В 1987 году вышел коллективный труд “Этнические процессы в современном мире”, где исследовалась этническая история и развитие теории этногенеза. В вышедшей в 2001 году работе С. Рыбакова “Судьбы теории этноса. Памяти Ю. В. Бромлея” (Этнографическое обозрение, № 1) этнос “ не обнаруживает себя как социальная система, он стихиен, аморфен, неструктурирован, и это ясно любому здравомыслящему человеку - попробуйте назвать какие-либо “собственные” структуры этноса. В то же время само этническое “ нечто” в обществе, несомненно, субстанционально, активно (порой весьма активно) и значимо. Так где же это “ нечто”, какова его сущность и природа. ...Путь фиксации и описания “ этнических признаков” cо всей очевидностью обнаруживает свою бесперспективность, требует более глубокое осмысление, философский уровень проникновения в сущностные пласты. Ведь в самом деле получается, что при акценте на признаки за внешней стороной явлений неизменно ускользает сущность.” (с.15). Развивая далее размышления С. Чешко о субстанции этноса, С. Рыбаков пишет: “ В конечном итоге самая суть всей этнической проблематики может быть сведена к следующему вопросу: существует ли этнос (этническая общность) как самостоятельный социальный феномен, т. е. можно ли раскрыть сущность собственно “ этнического”, либо данное понятие есть лишь изобретенный учёными артефакт, не имеющий сущностного соответствия” (с.15). Основной вопрос - это вопрос о существовании в природе собственно этнической субстанции. Понятие этнос предполагает существование гомогенных, функциональных характеристик, которые отличают группу от других, обладающих иным набором подобных хакактеристик. Проблема понятий “ этнос”, “ этничность” в современной научной литературе до сих пор остается не ясной.

Впервые термин “ этничность” в мировой научной практике употребил Ллойд Уорнер и его коллеги в 40-е годы XX века. Хотя термин “ этничность” использовали австрийский политик Адольф Фишхоф и Людвиг Гумплович. Однако они исходили из различных его значений. В 1976 году два американских социолога из Гарвардского университета Н. Глейзер и Д. Мойнихен так определили этничность: “ Следовательно, в некоторой степени правомочно утверждение, что те формы идентификации, которые основаны на различных социальных реалиях, таких, как религия, язык и национальное происхождение, имеют нечто общее (так, например, для ссылки на все эти понятия используется новый термин -”этничность”). Общим для нас всех является то, что оно стало важным центром мобилизации групп на достижение конкретных политических целей, оспаривая первенство такой мобилизации у класса, с одной стороны, и у нации - с другой”(Glezer N., Moynihan D. P. (Hg.) Ethnicity: Theory and Experience. Cambridge (USA), 1976, p.18). По мнению Б. Андерсона, Э. Хобсбаума, явление этничности является универсальным и всеобщим. Этничность - всечеловеческий способ выражения лояльности к культуре своего народа и территория её действия охватывает весь, без исключения, земной шар.

Хотя в мировом научном сообществе нет общепринятой дефиниции феномена этничности, но, по мнению В. Тишкова, есть некоторые характеристики, свойственные для общностей, которые позволяют считать их этническим или говорить о присутствии этничности как таковой. И к числу таких характеристик он выделяет следующие:

-”разделяемые членами группы представления об общем территориальном и историческом происхождении, единый язык, общие черты материальной и духовной культуры;

-политически оформленные представления о родине и особых институтах, как, например, государственность, которые могут считаться частью того, что составляет понятие “народ”;

-чувство отличительности, т. е. осознание членами группы своей принадлежности к ней, и основанные на этом формы солидарности и совместные действия” (6, c.229). И дает такое понимание: ...”этничность - это форма социальной организации культурных различий....Этническая общность (народ) есть общность на основе культурной самоидентификации по отношению к другим общностям, с которыми она находится в фундаментальных связях” (6, c. 230).

Другой российский исследователь Светлана Лурье (прошу извинить за опечатку на стр. 66 в книге: Кокшаров Диалог культур... при определении понятия этноса напечатано “он” вместо “она”) даёт такое же определение этноса по смыслу, как его дал ещё в 1920 году Б. Плетнёв, но только вместо термина “этнос” был использован термин “национальность”, так как термин “этнос” ещё не был введен в научный оборот, а именно: “...социальная общность, имеющая единство исторической судьбы” (7, c. 277). Но более развернутое определение этноса дает С. Лурье в своём труде “ Историческая этнология” на стр. 41.Другой исследователь, Гастон-Арман Амодрюз, выделяет в этносе доминирующий расовый аспект: “ Этнос - это расовый аспект конкретного сообщества, культурного, политического или языкового... Расовый фактор играет решающую роль в этносе, так как он определяет доминантные тенденции, равно как и большее или меньшее единство этноса”(Национальная газета 1999, № 3).

В настоящее время теоретические модели этноса, этничности сводятся к трем главным подходам: эссенциалистическому (примордиалистскому), конструктивистскому, инструменталистскому. (8, c. 59-67). Примордиалистский подход включает в себя два основных направления: социобиологическое и эволюционно-историческое. Сторонники социобиологического направления признают этничность как объективную данность, изначальную характеристику человечества. Сторонники эволюционного историзма рассматривают этнос как социальное, а не биологическое сообщество, глубоко связанные с конкретно историческим компексом. Социобиологическое понимание этноса представлено в работах Л. Гумилёва, который продолжил развитие идей, сформулированных в начале XX века М. С. Широкогоровым. Для “примордиалистов” (“Primordialisten”) этнос представляет собой естественное явление.Этнос определяется общим происхождением и общей культурой. Примордиалистский подход к этничности представлен в трудах ван ден Берге, Клиффорда Гертца, отчасти у Ф. Барта, в последних работах Мойнихана. Сторонники конструктивисткого подхода рассматривают порождаемое на основе дифференциации культур этническое чувство и формируемые в его контексте представления и “доктрины” как интеллектуальный конструкт учёных, политологов, писателей. Широким массам их идеи передаются с помощью системы образования и СМИ. Основными теоретиками конструктивизма были Б. Андерсон, Р. Бурдье, Э. Геллнер, Э. Хобсбаум. Урс Альтерматт считает, что он ближе стоит к конструктивистам. Вслед за британским антропологом и социологом Энтони Д. Смитом считает этничностью, а точнее, этнией, некую социальную группу, обладающую мнимым общим происхождением и хранящую общие воспоминания о прошлом. Членам этнической группы присуще социальное взаимодействие, так как они связаны друг с другом специфическими элементами культуры, религии, языка и обычаев, а в некоторых случаях даже сумели создать сильную связь с территорией и страной предков. Этничность коренится в общих мифах, воспоминаниях, ценностях и символах - в ансамбле, который создается обществом и постоянно меняется (10, c. 63). Поэтому этничность не содержит ничего статичного, как это предполагают некоторые исследователи социальных проблем. Этничность надо понимать исторически и она постоянно предполагает новое содержание. Она в большей степени является воображаемой и сконструированной, чем есть на самом деле. В основе инструменталистского понимания этничности лежит социально-психологическая теория личности, общения, компенсаторных потребностей. Инструменталисты объясняют сохранение этнической группы потребностями людей в преодолении отчуждения, свойственного современному обществу массовой культуры, в достижении целей. Дж. Дэвис, А. Арутюнов, Н. Чебоксаров трактуют этнос как тип общности, основанный на информационных связях. Инструменталистский же подход наблюдается и у М. Бэнкса, М. Бэнтона, Н. Глейзера, Э. Смита, Д. Хоровитца, М. Фишера, А. Эпштейна и других.

По мнению В. Тишкова, продуктивной представляется разработка подхода к этничности вне “ традиционных культурных типов”, как культурных гибридных и как множественных лояльностей или этнического дрейфа. Этот предполагаемый мною подход позволяет рассматривать не человека в этничности (на отечественном научном жаргоне “‘этнофора”), а этничность в человеке, что приближает к более чувствительному и адекватному восприятию “реальности” и к более конструктивному воздействию на этническое в смысле общественного управления (6, c.33).

Автор данной статьи в наибольшей степени согласен с точкой зрения на этничность, высказанной С. Чешко: ”Все существующие теории оказываются неспособными выявить этническую “самость”. Перед исследователями - явление, которое, безусловно, существует, но неизменно ускользает сквозь пальцы, несмотря на любые методологические ухищрения. Оно может проявляться повсюду, влияет на любые сферы жизни и деятельности человека и в то же время его нигде нет” (9, c.39). В итоге В. Чешко приходит к справедливому выводу: ”Этничность, вне всякого сомнения, имеет иррациональную природу, наука же, оперирующая сугубо рациональными методами познания (чем она отличается, например, от религии или искусства), ограничена в возможностях исследования иррационального. Поэтому “явление, которое обозначается термином “этничность”, едва ли можно, по крайней мере на современном этапе развития науки, выразить посредством какой-то точной дефиниции (там же, с. 40). В итоге, из-за иррациональности этничность как бы имеет что-то мистическое, эта категория не может быть в полном объеме исследована наукой (на данном этапе развития общества). Может быть , этничность можно сравнить с душой народа.

Большинство американских антропологов примордиалистского и конструктивистского направлений самым главным считают в этничности - эмоциональный компонент. Этничность ситуативна и в социальной идентификации этничность занимает не постоянное место, хотя и существенное. Под влиянием внешних условий она может возрастать или ослабевать. Этничность имеет два уровня: личностный и групповой. Личностный уровень этничности - это отождествление индивида со своим этносом, реализация себя в этом этносе. Групповой же уровень этничности - это есть этническая общность. Этничность может быть в определенные периоды исторического времени иметь наличие каких-то целей, например, борьба за власть, за престиж и привилегии. Этничность, организованная для достижения каких-то целей, называется мобилизованной этничностью. Мобилизованная этничность может проявлять себя и как политическая организация, c присущей ей целью, задачами. Цели мобилизованной этничности могут доходить и до создания моноэтнического государства. Этничность - это показатель реальных взаимоотношений как на индивидуальном, так и коллективном уровнях. Этничность - сложная социальная категория, а не отражение социальных действий. Если на уровне психоанализа этничность рассматривается как субъективный опыт личности и универсальное свойство природы, то в социологических исследованиях она трактуется прежде всего как социокультурная общность, базирующаяся на совокупности исторического прошлого и повседневных форм общения. Необходимым условием принципа этничности является установка “ мы - они” в общественном сознании, строящегося на представлении о границах между этносами. Иными словами, это универсальная концепция солидарности, осознающей свою идентичность группы в себе. По мнению Томаса Эриксена , этничность - аспект социального взаимодействия между людьми, считающими себя культурно отличными от других групп, с которыми у них поддерживается минимум регулярных контактов. Это социальная идентичность, характеризующаяся метафорой родства или фиктивным родством. Сегодня всё большее число учёных придерживается мнения об этничности как одном из проявлений общечеловеческого процесса индивидуальной адаптации личности, для которой знание своих истоков просто необходимо. И чувство принадлежности к культуре своего народа является более сложным, чем понимание причастности к своей нации. Если национализм в человеке затрагивает его “ коллективную” суть, то этничность - его “индивидуальную” составляющую личности. Поэтому знание своих корней для “индивидуального” человека необходимо, чтобы быть в системе координат. И только культура своего народа является системой координат, т. е. этничность. Китайская пословица гласит: “Тот, кто не знает деревни, откуда он пришёл, никогда не найдёт деревни, которую он ищет”. Таким образом, “индивидуалистический по своей природе феномен этничности - явление общечеловеческое. Культурная этничность как более тонкое, чем национализм, нуждается в менее очевидных символах, чем государственные границы, гимн и флаг. ...Этничность - это не национализм, а наше происхождение, отказаться от которого сложно (22, c. 9). Этничность как одна из сторон социальной идентичности человека всё более занимает заметную роль в социальной, политической, культурной жизни, а также в формировании индивидуального самосознания американцев. Этничность сегодня в США активно культивируется (этнические фестивали, театрализованные парады, рестораны, специализирующиеся на кухне разных народов - это неотъемлемые черты культурной жизни многих американских городов). Этничность превращается в ценность общеамериканской культуры. “Этничность из социального регулятора превращается в социальную ценность, в “ культурный капитал” , в то, что сигнализирует об отличии индивидуумов и групп друг от друга в условиях стандартизации жизни и дефицита “естественной культурной дифференцированности”(23, c. 192). Этничность - важное явление социальной истории, которое как и культура, социализируя присутствует в любом обществе и отличается значительным многообразием. Этничность нужно рассматривать в единстве с экономической структурой общества, его политическим строем, господствующимими социально-психологичкескими теориями. Этничность индивида складывается из многообразия факторов: кровнородственные связи, расовая принадлежность и религиозная, традиционная политическая организация. Причем ни один из этих факторов сам по себе не переводит этничность в плоскость национального.

Этнос, этничность - это одновременно и рациональное, и иррациональное явление, со всеми присущими ему атрибутами. Только в совокупности всех точек зрения и подходов можно более или менее составить представление об этничности, этносе, приближенное к реальности. Природа этнического феномена настолько сложна и разнообразна, что понимание её в рамках одной методологической модели просто невозможно.“Что касается отечественной теории этноса и западной концепции этничности, то при всей их видимой противоположности они должны иметь точки соприкосновения, так как имеют дело с одним и тем же социальным феноменом, но проявляются через различные историко-социальные реалии. Это в равной степени относится и к тем концепциям, которые формально не входят в указанные теоретические направления. Только интегрированный подход к изучению феномена этничности приблизит нас, наконец, к более или менее четкому определению предмета изучения”(11, c.16).

Глубокое понимание нации возможно при анализе её в истории (8, c.76-94).

В научном мире в ходе дискуссии о происхождении и сущности нации сложились две основные теории:

1. Примордиалистская теория, которая рассматривает нацию в качестве извечной исторически заданной общности людей. В рамках этой теории одни учёные ратуют за идею культурной или экономичсеской детерминации, другие подчеркивают биоэнергетическую природу нации.

2. Модернистская теория представляет нации продуктом современных экономических и культурных связей, современной бюрократической государственной машины и системы светского образования. Профессор этничности и национализма в Европейском институте при Лондонской Школе экономики в Великобритании ученик Эрнста Геллнера Энтони Д. Смит в своей книге Nationalism and modernism: A critical survey of recent teories of nation a. nationalism называет концепцию, согласно которой нации принадлежат самой природе мира модерна и революционным процессам модернизации, классическим модернизмом.

Ранними предщественниками этого классического модернизма являются Ж. Мишле, Э. Ренан, О. Бауэр, Дж. Маззини. Теоретические основания классического модернизма сформировались в XX веке. Это марксизм, психология толпы, концепции М. Вебера и Э. Дюркгейма. Хотя Маркс, Вебер, Дюркгейм и Зиммель прямо и не занимались теорией нации, но некоторые их мысли являются важными для современных теорий нациии, национализма.

1. Марксизм стремился объяснить все явления нации через экономические факторы, экономический базис, классовой борьбой и их идеологией. К. Маркс в работе '' Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта '', когда пишет о классовых интересах французских крестьян, то это можно интерпретировать как описание французского национального характера.

2. Вторым влиятельным аспектом является психология толпы (Лео Бон, Троттер), и поздних социально-психологических работ Фрейда, влияние которого ощущается у многих современных исследователей нации, хотя они и не ссылаются на Зиммеля, Мида, Адорно. Влияние ранней психологии толпы встречается в функциональных исследованиях национализма (D. Apter, L. Pye, L. Binder). Влияние позднего Фрейда, Мида, Зиммеля различается в современных концепциях, подчеркивая роль значимого “Другого” для формирования национальной идеологии.

3. Третьим влиятельным источником является Вебер. В его трудах есть целый ряд положений, имеющих практическое значение для классического модернизма: важность памяти, роль интеллигенции в сохранении “ незаменимых культурных ценностей нации, значение национальных государств для формирования особого характера западного модерна. Его значение политического действия как для формирования этнических групп, так и для развития современных европейских наций. Для Вебера, именно стремление к созданию своего государства отличает нацию от других типов общности. И теперь его тезис вдохновляет многих современников построения национального государства. Вебер рассуждает о национальности и пишет о субъективном характере этнической группы и нации, об эмоциональном характере этнической солидарности, о роли интеллигенции в формировании национального самосознания. Нации Вебер рассматривает как большие статусные группы, экономически заинтересованные бороться за власть и престиж.

4. Важным для классической модернистской парадигмы является наследие Дюркгейма. Многое из того, что Дюркгейм сказал об этничности и национализме, имеет неприходящее значение. Это относится, прежде всего, к его анализу религии или ядру морального сообщества, к утверждению о вечном элементе в расе, сохранении при любых изменениях религиозной символики. По его мнению, подчинение идее патриотизма революционизирует умы. Дюркгейм дал классическому модернизму концептуальный каркас.

Сама парадигма классического модернизма в рассмотрении нации и национализма сложилась к 60-м годам XX века. Общую позицию сторонников классической модернистской парадигмы можно суммировать в следующих утверждениях:

1. Нация ни в коем случае не является древней или извечной. Допущение их извечным является актом веры и не подтверждается историческими свидетельствами.

2. Нация ни в коем случае не является природной данностью.

3. Многие нации как в Европе, так и в Африке имеют самое недавнее происхождение.

Дальнейшее развитие модернистской теории нации трансформировалось в постмодернистские теории возникновения наций, согласно которым построение наций есть больше вопрос распространения символического представительства, чем образования культурных институтов и социальных сетей.

Различные точки зрения на теорию нации или почти любое исследование учёных по этому вопросу на определенном этапе развития общества справедливо. В этом смысле наиболее корректной является релятивистская теория нации. Она преодолевает крайности объективистской и субъективистской трактовок самого понятия “нация” и рассматривает нации не изолированно друг от друга, а в контексте взаимных отношений и взаимного восприятия. Релятивистская теория наций основана на тезисе о референтной природе каждой из наций.Нации, равно как и их интересы, - не абсолютно заданные величины, “константы”, с которыми необходимо считаться. Они сами - меняющиеся общности, которые воспринимают друг друга по-разному в различных социально-политических контекстах. Иными словами, понятие нации относительно (12 , c. 245). Таким образом, нация - это прежде всего духовное единство людей (национальная культура и язык). Поэтому нецелесообразно, да и невозможно выразить сущность нации, национальные чувства на языке логики, науки, которые выхолащивают смысл самого понятия, выражающий национальную суть (13). Нация - закономерная форма развития общества, она имеет как социальную, так и этническую сторону. Всякая попытка свести нацию к этническим факторам, отождествить её с этносом исключает само содержание национальной жизни. Вообще “многочисленные подходы к исследованию происхождения наций и национализма не должны рассматриваться как обязательно альтернативные” - каждый из них представляет всего лишь какой-то аспект единого явления “ хотя и в искусственно расчлененном анализом виде” (14, c.10).

По мнению В. Тишкова научное содержание понятия “нация” является малопродуктивной дискуссией, несмотря на участие в ней многих крупных учёных и публицистов как в прошлом (И. Гердер, О.Бауэр, К. Каутский, М. Вебер, П. Сорокин, Н. Бердяев), так и в современном обществознании (Д. Армстронг, Б. Андерсен , Э. Геллнер, А. Здравомыслов, Ю. Семёнов, Э. Смит, Э. Хобсбаум, М. Хрох и другие). В мировой науке не существует общеразделяемой дефиниции нация, особенно если речь идет об её пространственных и культурных границах, членстве и как о статистической категории. Тем не менее до недавнего времени в обществознании господствовала и сохраняет свои позиции понимание нации как реальной общности. Данное видение нации не ограничивается только примордиалистическим подходом, при котором обычно выделяют глубокие корни, древнее происхождение и особую духовную силу национальных чувств. Онтологический взгляд фактически разделяют и многие сторонники модернистского и конструктивистского подходов, которые рассматривают нацию как результат индустрии и распространения “печатного капитализма”, как результат роста коммуникационных и транспортных сетей, как результат мощного интегрирующего воздействия современного государства, т. е. не нация создает государство, а государство создает нации. Субстанционный подход не ограничивается только взглядом на нации как на общественную реальность, т.е. общности, имеющие объективные характеристики (язык, религия, право) , но он также характерен и для тех, кто подчеркивает субъективные факторы, как, например, общий миф, историческая память или самосознание. И в этом случае нация понимается как социально сконструированная, но всё же реально существующая группа. Постмодернистские подходы вызвали большое внимание к проблемам фрагментарности, эфемерности и эррозии жестких форм и четких границ. Все более становится очевидным, что главная проблема субстанционального взгляда на нацию состоит в том, что он принимает категорию практики за категорию анализа. В свете этого подхода “нацию возможно рассматривать как семантико-метафорическую категорию, которая обрела в современной истории эмоциональную и политическую легитимность, но не стала и не может быть научной дефиницией. В свою очередь, национальное, как коллективно разделяемый образ, и национализм, как политическое поле (доктрина и практика), могут существовать и без признания нации, как реально существующей общности” (6, c. 240).

Среди разных определений нации можно привести и определение нации в качестве продукта национальной идеологии. Например, К.Верди: “Национализм предстает в этой трактовке как оболочка для различных психологических и идеологических конструкций, которые облекаются в эту оболочку постольку, поскольку она оказывается самым эффективным средством их адаптации для массового сознания”(21, c.108). Тем самым нация понимается как символ, использование которого само творит реальность. Это не субстанциональный подход. Нация в данном случае является выдуманной общностью. С. Лурье формулирует и другой вариант: “Нация - это сформировавшаяся под влиянием идеологии национализма форма существования культуры” (там же).

В мировой научной литературе вместо категории “национальное”, наряду с категорией “этничность”, широко употребляется термин “ национализм. ”Впервые в научный оборот он был введен в 1798 году немецким рационалистом Адамом Вайсхауптом. Этот термин в мировой литературе понимается широко, включая как негативные, так и позитивные явления в этнических процессах. Национализм является многозначным и обладает полиморфностью и поэтому может рассматриваться с разных точек зрения: как идеологи, нравственный принцип, форма самосознания и т.д. Понятию “национализм” соответствуют такие категории в зарубежной литературе, как “ шовинизм”, “этнический эгоцентризм”, “ национально-освободительное движение”, “ этнический экстремизм”, “ патриотизм”. Национализм нередко отождествляется с национальным самосознанием, национальной гордостью, приверженностью к национальным ценностям, к национальной свободе. Национализм с позитивным содержанием, тождественен патриотизму, способствует дальнейшему развитию. Но такого понятия в России нет. У нас имеет место иной вид национализма, признающий ценности только “cвоей”нации, “свою” исключительность, то есть этнонационализм.

“Национализм” восходит к словам natus, nata (т. е. “родной сын”, “родная дочь”). Национализм в качестве принципа мироустройства подразумевает органически сложившийся, естественный политический порядок, в состав которых входят сообщества сородичей, людей одного и того же рода. Другими словами, национализм - это народолюбие (Volksliebe). Национализм дополняет патриотизм таким образом, что рядом с любовью к Отечеству ставится любовь народа к самому себе (15, c.141). Народ, лишенный самолюбия, не способен любить самого себя - не может управлять собою и потому не способен к демократии. В начале XX века русский учёный П. И. Ковалевский национализм понимал в двояком смысле: широком и узком. В широком смысле национализм - духовные веяния, течения, направления в данном народе, имеющие целью и задачи поднятия и совершенствования блага данной нации. Это будет национализм массовый. Национальная партия в государстве есть партия, имеющая своею главною задачею, своею деятельностью - благо, славу, и честь державного, господствующего в государстве народа. Но есть и национализм личный, индивидуальный, природой присущий каждому человеку. Личный , индивидуальный национализм - проявляет уважение, любовь и преданность до самопожертвования в настоящем - почтения и преклонения перед прошлым и желание благоденствия, славы и успеха в будущем той нации, тому народу, к которому данный человек принадлежит.(16, c.7). Национализм может проявляться двояко: в форме национального чувства и в форме национального сознания. Национальное чувство есть прирожденное свойство человеческого духа, присущее каждому человеку от рождения и состоящей в инстинктивной необъяснимой любви к данному народу. Нет ни одного нормального человека, которому бы не было бы прирожденных чувств. Оно присуще как отдельным личностям, так и народным массам. В зависимости от обстоятельств у одних оно может быть выражено сильнее или слабее.

Русский философ И. А. Ильин отмечал, что национализм проявляется прежде всего в инстинкте национального самосохранения и в искренней любви. Проблема национализма разрешима только на основе духовного понимания родины, так как “национализм есть любовь к духу своего народа и притом именно к его духовному своеобразию”. Национализм рассматривается И. Ильиным в отождествлении духовной жизни каждой личности с духовным потенциалом всего русского народа.“Национализм есть правая и верная любовь личного “ я ” к тому единственному для него национальному “ мы ”, которое одно может вывести его к великому, общечеловеческому “ мы ”. Человек может найти общечеловеческое только так: углубить свое духовно-национальное лоно до того уровня, где живёт духовность, внятная всем векам и народам”(20 , Т.1, c.196, 215). Национализм И. Ильин органически связывает с такими понятиями, как “ духовность”, ''религиозность”.

Основы изучения национализма заложили Э. Кэрр и Х.Кон. Если Х. Кон выделял восточный и западный национализм и подчеркивал значение силы национальной буржуазии, то Э.Кэрр связывал рост национализма с возникновением бюрократического государства, формированием института гражданства, демократическими процессами и повышением уровня образования населения.

Научное изучение национализма по-настоящему началось только после первой мировой войны. Американский историк К. Хайес в 1931 году написал труд “Историческая эволюция современного национализма”, где разработал типологию национализма и представил его многообразие. Он рассматривал национализм с точки зрения истории духа и при этом различал национализм гуманитарный, якобинский, традиционный, либеральный и интегральный. В 1962 году вышла переведенная на немецкий язык книга американского историка Х. Кона “Идея национализма...”, где различаются западное, или субъективно-политическое и восточное или объективно-культурное, понятия национализма.

В 1960 году с выходом книги Э. Кедури ‘’Национализм” начался новый этап в изучении национализма. Автор отмечает роль таких факторов, как конфликт в связи с социальными ценностями, институциональными изменениями, статусными фрустрациями, межпоколенным конфликтом. В 1964 году Э. Геллнер издал книгу ''Мысль и изменения”, которая стала как бы отправным моментом в формировании современной концепции национализма. По его мнению, национализм возник как продукт современного социального порядка, в котором культура в большей степени, чем структура, определяет место человека в постоянно меняющемся мире. Геллнер солидарен с Кедури, что национализм появился в конце XVIII века вместе с началом формирования национальных государств. В 80-е годы были опубликованы наиболее значительные труды о национализме. А именно: Дж. Армстронга “Нации до национализма” (1982 г.), Дж. Брейи “Национализм и государство” (1982 г.), Б. Андерсона “Воображаемые общности” (1983 г.), Э. Геллнера “Нации и национализм” (1983 г.), Э. Смита “Этнические истоки наций” (1986 г.).

В 1983 гоу Э.Геллнер в труде “Национализм и современность” подчеркивал центральную роль модернизации и выдвинул тезис: “Национализм порождает нацию, а не наоборот”. Национализм есть результат общественных движений. По мнению Эрнеста Геллнера, связь между культурой и государством и составляет сущность национализма.

Э.Смит, в отличие от Э.Геллнера (своего ныне покойного учителя) и Андерсона, не считает, что нации и национализм возник вследствии развития промышленности и CМИ. Он выделяет связь между этническими образованиями предшествующих эпох и современными нациями. Коллективная историческая и культурная память, фольклор есть у всех народов. Корни национализма Cмит видит в стремлении к укорененности, в стремлении людей к славе и уважению.Мифы, символы и церемонии национализма являются ,по его мнению, основой социальных связей и политического действия в современных обществах. Энтони Смит полагает, что национализм есть следствие кризиса сознания и власти и выделяет три вида национализма - лингвистический, официальный и гражданско-республиканский. Национализм имеет три уровня:

1) cостояние общественного сознания;

2) идеологическая система, как совокупность политических принципов;

3) социальная и политическая практика.

Национализм - форма выражения национального интереса. Он является мощным источником социальной энергии, обладающей как разрушительной, так и созидательной силой. Одни исследователи считают национализмом все национальное, а другие - различают национализм официальный, государственный, преобладающей нации.

Для исследователей национализма самого последнего времени характерно выделение субъективных аспектов национализма. Так М.Биллиг, Р.Брубекер, С. Кэлбау, Н.Юваль-Дэвис мало внимания уделяют формированию собственно социологических моделей исторического развития национализма. И значительно больше используют методы постмодернисткие и критические теории. Эти авторы меньше стремятся объяснить национализм в терминах силы и вместо этого они анализируют националистический дискурс в качестве едеологем или практики как естественное разделение на национальные квартиры. Но, по мнению Э. Смитта, отсутствие исторической перспективы делает труды некоторых авторов неполными и фрагментарными. Для этих авторов важно, что национализм является важной частью в современном обществе и может быть объектом исследования. А исторический анализ национализма важен в той степени, в которой он анализируется для структуирования национальной памяти и управления ею. Эндрю Томас и Ральф Февр считают целесообразно для анализа феномена национализма в современном мире использовать оба эти подхода.

Если верно, что “нация есть начало духовное ”, то истинный национализм не может быть ничем иным, как безусловным уважением к единственному реальному носителю и субъекту духовного начала на земле, к человеку (17, c. 528). Описание национализма в категориях ценностного сознания малопродуктивно. Это - объективное явление, само по себе не относящееся ни к злу, ни к добру. Национализм есть определенное состояние духовной, коллективной экзистенции общности, как коллективного переживания её социального бытия, и оценка ему может быть дана только в конкретной исторической ситуации. Постепенно термин “национализм” начинает использоваться в российской науке не только в привычном, априорно негативном смысле, а и в контексте мировой научной традиции, для обозначения этнополитического феномена, характеристика и направленность которого могут быть различными. В этом контексте В.Тишков выделяет две формы национализма : “ гражданский (или государственный) национализм и культурный (или этнический) национализм. Первый основывается на понятии нации как политической общности или согражданства; второй рассматривает нацию как этнокультурную категорию, как общность, имеющую глубокие исторические корни, социально-психическую или даже генетическую природу. Первый чаще всего отождествляется с патриотизмом, но может обрести формы государственной агрессивности, шовинизма или изоляционизма. Второй, выходя за рамки культурной деятельности и становясь политической программой, служит для этнических предпринимателей средством обеспечения доступа к власти и ресурсам и порождает попытки подавления меньшинств. Гражданский национализм, основываясь на понятии “народа” как территориального сообщества и понятии “ нация” многокультурной политической общности, считается как бы нормой человеческого общежития (18, c.79-80). В государственных доктринах присутствие основ гражданского национализма считается морально приемлемым. Даже при неблагоприятном социально-культурном фоне государственный национализм существует как доминирующая и общеразделяемая доктрина в большинстве стран. Наиболее убедительно высказывание Г. Попова о том, что заботу о своей нации называть национализмом, так как в национализме ничего отрицательного нет. “ Бог или природа создали разные народы, и это генетическое разнообразие - генеральная страховка человечества в целом: и от обледенений, и от потеплений, и от роста радиации и т.д. В этом разнообразии - одна из главных баз своеобразия и культуры, и науки, и религий. Поэтому забота о поддержке своего, национального обоснована. Но когда заботу о своем народе дополняют враждой к другим народам, тогда появляется шовинизм и расизм” (19). Шовинизм утверждает собственную культуру путем отрицания чужой культуры и презрения ко всему чужому.

Национализм, формируя нацию, делает это на основании определенной культуры. В этом отношении , т. е. в контексте культуры, национализм является разнообразным, как разнообразны формирующие его культуры. Если же полагать национализм как идеологию, то он един. Не существует универсальной теории нации и национализма. И как полагает У. Альтерматт, дефиниция национализма, вероятно, никогда не будет выработана, хотя он и является реальностью (10, c. 24). Хью Селтон -Уотсон также пришел к выводу, что нет и не может быть научной дефиниции национализма. В неопределенности национализма заключена его сила.

Таким образом, “нация”, “национализм” и другие категории этнического дискурса в значительной степени остаются произвольными . Так понятие “ нация” в теории национальных отношений с классических времен и до сегодняшнего дня в мировой науке, оставаясь неоднозначным, используется и в значении этнос, и в значении государство (согражданство). Многие ученые считают, что в такой ситуации понятие ''нация'' не может быть квалифицировано как научная категория. В том, как нужно дефинировать и исторически классифицировать национализм, существуют большие расхождения учёных в области социальных наук. Это не мешает им, однако, понимать, что в новой европейской истории национализм является одной из самых эффективных интеграционных идеологий, с помощью которой мобилизуются народные массы. Национализм представляет самую мощную политическую силу. Если национализм - это теория и практика строительства национального государства, то образовавшаяся при этом социальная общность - нация. В конечном итоге, проблема нации и национализма является частью взаимоотношений этноса и государства, а в более широком смысле - этноса и власти. Приоритет национальной политики должен быть четко согласован с раздельными понятиями “этнос” и “нация”. Только при условии проведения именно национальной политики, но не этнической, возможно достижение результатов в области возрождения национальной гордости, превращения социокультурной общности в нацию. В ходе дискуссий об этносе, этничности, национализме, нации выдвигаются новые варианты постановки вопроса для научного исследования, но при этом по-прежнему отсутствует общий категориальный аппарат. Даже междисциплинарный язык находится в стадии зарождения, хотя литература на эту тематику значительно выросла. В генезисе понятий дискурса этничности отражена смена парадигмы в социальных науках.

ПРИЛОЖЕНИЕ

“Без Бога нация - толпа,

Объединённая пороком,

Или слепа, или глуха,

Иль, что ещё страшней, жестока.

И пусть на трон взойдёт любой,

Глаголющий высоким слогом

толпа останется толпой,

Пока не обратится к Богу”

  (Иеромонах Роман)

Николай Бердяев Философия неравенства. Письма к недругам по социальной философии. Второе исправленное издание. Paris: YMCA-Press, 1970, 244 c.

В этих письмах Николай Бердяев подводит итог всем мыслям своим по социальной философии и направлены непосредственно к недругам, людям враждебного его духу, противного его чувству жизни, чужих его мыслей.

Извлечения...Письмо четвёртое. О нации (с. 72-87).

“Вы не способны были проникнуть в интимную тайну национального бытия. Правда, вы признаёте право угнетённых национальностей и для этих национальностей готовы стать самыми крайними националистами. Многие из вас выставляют на своём знамени право самоопреления национальностй. Но это и доказывает, что к тайне национального бытия вы можете подходить лишь внешне, что внутри её вам нет доступа.Вы готовы были признать национальное бытиё и национальные права евреев или поляков, чехов или ирландцев, но вот национальные права и национальное бытиё русских вы никогда не могли признать. И это потому, что вас интересовала проблема угнетения, но совершенно не интересовала проблема национальности. Вы провозгласили право свободного самоопределения национальностей, нисколько не интересуясь самими национальностями и даже не веря в существование такого рода реальностей. Вам нужно это “ свободное самоопределение”, как способ борьбы за ваши политические и социальные идеалы, за отвлеченные равенство и свободу, а не за конкретное национальное бытиё, не за национальный расцвет. Поистине в национальном бытии есть недоступная для вас иррациональная тайна, скрытая глубоко в земле. Вы никогда туда не проникаете, вы всегда остаётесь на поверхности”....

“Вы не знаете конкретного человека в плоти и крови, в роде и племени, человека национального....Тайна всякого национального бытия заслуживает сочувствия. В вашей интернационалистической борьбе за освобождение и уравнение национальностей не чувствуется восприятия национальных ликов, нет в ней любви к национальному образу. Прав был К. Леонтьев, когда он признал вашу национальную политику лишь орудием всемирного разрушения и увидел в ней лишь торжество демократии и космополитизма. Ваш принцип “право самоопределения национальностей” - cтало опошлением в русской революции, есть антиисторическая абстракция, выдуманная теми, которые отрицают ту неповторимую реальность, которая именуется национальностью. “....

“Вопрос о правах самоопределения национальностей не есть вопрос абстрактно-юридический. Он упирается в иррациональную жизненную основу, которая не подлежит никакой юридической и моральной рационализации. Все исторические национальности имеют совершенно разные, неравные права и они не могут предъявлять одинаковых притязаний. Нация есть категория историческая, по преимуществу, конкретно-историческая, а не абстрактно-социологическая. Она есть порождение совершенно своеобразной исторической действительности и тайны её не доступны тем, которые совершенно лишены чувства исторической действительности, которые пребывают целиком в абстрактных социологических категориях. ...Поистине нация не поддаётся никаким рациональным определениям. Никакие рационально уловимые признаки не исчерпывают её бытия. Всё дальше и дальше в таинственную, иррациональную глубину уходит бытиё нации по мере приложения к ней рациональных психологических или социологических определений. Бытиё нации не определяется и не исчерпывается ни расой, ни языком, ни религией, ни территорией, ни государственным суверенитетом, хотя все эти признаки более или менее существенны для национального бытия. Наиболее правы те, которые определяют нацию, как единство исторической судьбы. Сознание этого единства и есть национальное сознание. В этой точке национальное сознание погружено в глубину жизни, в недра исторической реальности, единой и неповторимой. Еврейский народ глубоко чувствует это таинственное единство исторической судьбы”. “Национальность есть та сложная иерархическая ступень, в которой наиболее сосредоточена острота исторической судьбы. В ней природная действительность переходит в действительность историческую.

Если одностороння и неверна исключительно антропологическая, расовая философия истории (Гобин, Чемберлен и другие), то всё же в ней есть какая-то правда, которой совсем нет в отвлеченной, социологической философии истории, не ведающей тайны крови и всё сводящей к рациональным социальным факторам. Историческая дифференциация и неравенства, путём которых образовался исторический космос, не могут быть стерты и уничтожены никакими социальными факторами. И голос крови, инстинкт расы не может быть истреблён в исторической судьбе национальностей. В крови заложены уже идеи рас и наций, энергия осуществления их признания. Нации - исторические образования, но заложены они уже в глубине природы, в глубине бытия. В самих недрах жизни космической есть потенциал национальных судеб, есть энергия, влекущая к осуществлению этих судеб. История внедрена в природу. Историческая действительность есть огромная иерархическая ступень космической жизни...Историческая национальность есть вечное достижение космического бытия. Разрушение её есть разрушение космоса, возврат к хаосу.

Нация не есть эмпирическое явление того или иного отрывка исторического времени. Нация есть мистический организм, мистическая личность, ноумен, а не феномен исторического процесса. Нация не есть живущее поколение, не есть и сумма всех поколений. Нация не есть слагаемое, она есть нечто изначальное, вечно живой субъект исторического процесса, в ней живут и пребывают все прошлые поколения, не менее, чем поколения современные. Нация есть онтологическое ядро. Национальное бытиё побеждает время. Дух нации противится пожиранию прошлого настоящим и будущим. Нация всегда стремится к нетленности, к победе над смертью, она не может допустить исключительного торжества будущего над прошлым. Вот почему в национальном бытии и национальном сознании есть религиозная основа, религиозная глубина. Религия есть установление связи и родства, преодоление чуждого инобытия. И в родине прежде всего обретает человек эту связь... Истинное национальное сознание есть глубинное сознание, оно утверждает не истребляющую и смертоносную силу исторического процесса, а охраняющую всё жившее и воскрешающую его силу.”

“Жизнь нации, национальная жизнь есть неразрывная связь с предками и почитание их заветов. В национальном всегда есть традиционное. И поскольку революционизм... разрывает связь времён, уничтожает память о прошлом, о предках, он глубоко антинационален. Интернационализм есть религия будущего, не знающего грань в своих притязаниях, а не религия вечного, несет он всему жившему весть о смерти и истреблении, а не о жизни и воскрешении. Революционный интернационализм и есть последовательная религия смерти, отрицание нетленности. Эта религия не признаёт надгробных памятников. Она прямо противоположна тому великому воскрешающему духу, который побуждал древних строить свои могилы и надгробные памятники... И поверхностно и противоречиво то национальное сознание современных европейских народов, которые отрываются от своих религиозных корней. Современный национализм народов Европы ложен в своих корнях....Всякая нация по здоровому инстинкту своему стремится к максимуму силы и цветения, к раскрытию себя в истории. Это - творческая сторона национализма, и ей интернационализм также враждебен, как и сохраняющий и воскрешающей его стороне... И в самом элементарном, инстинктивном национальном згоизме есть больше жизненной правды, чем в ... интернационализме...”.

“Дух нации всегда выражается через качественный подбор личностей, через избранные личности. Никакая рациональная демократия с её механикой количеств не может быть выразительницей духа нации. И воля нации невыразима арифметически, в количествах, не есть воля большинства. В воле нации говорят не только живые, но и умершие, говорит великое прошлое и загадочное ещё будущее. В нацию входят не только человеческие поколения, но также камни церквей, дворцов и усадеб, могильные камни, старые рукописи и книги. И чтобы уловить волю нации нужно услышать эти камни, прочесть истлевшие страницы...Но нация не есть демократия и невыразима в демократии. И то поколение, которое порвёт всякую связь с национальным прошлым, никогда не выразит дух нации и волю нации. Ибо в духе нации и в воле нации есть сила воскрешающая, а не смертоносная... Пора, пора уже обратиться нам не к “народу”, а к нации, т.е. перейти от поверхности к глубине, от количества к качеству. Национальное начало в общественной жизни есть начало качественное, а не количественное. Национальное заложено в древних недрах природы и эти потенциальные энергии национального бытия раскрываются в истории...Нация есть дух, Божий замысел, который эмпирический народ может осуществить или загубить. Эмпирический народ должен быть подчинен нации, её задачам в мире. В нации есть ноуминальное, онтологическое ядро, которого нет в том эмпирическом явлении, которое “народом.” Не народниками, а русскими должны вы быть... Государственное бытиё есть нормальное бытиё нации. Еврейский народ склонен к интернационализму, который есть лишь обратная сторона его болезненного национализма. Через государство раскрывает нация все свои потенции. С другой стороны, государство должно иметь национальную основу, национальное ядро, хотя племенной состав государства может быть очень сложным и многообразным...”

“Моменты национальные и религиозные переплетаются и в некоторых точках таинственно скрепляются. Так в основе русской национальности лежало православие... Русскую идею невозможно отделить от религиозной идеи... Нам необходимо прежде всего оздоровление религиозных основ нашего национального сознания. ...

Может быть два типа национализма, два типа понимания национализма. Национализм может быть идеализацией стихийных свойств народа, самодовольством народа. Он может быть в упоении от этих свойств и не допускать никакой критики и самокритики. Это - стихийный национализм и в низших своих проявлениях он может быть зоологическим национализмом. Этот тип национализма может также переходить в отрицание национальной идеи и видеть в слабости национальное чувство и национальное сознание - национальную особенность. Русские интернационалисты нередко бывают националистами такого типа. Русский нигилизм был русским национальным явлением. Но он истребил наше национальное бытиё. К тому же типу стихийного национализма принадлежит и более правые славянофильские течения, утверждавшие национальную идею... Но существует и другой тип национализма, национализм творческий. Для этого типа национального сознания национальное бытиё есть творческое задание. Этот тип национализма не может быть оторван от национальных основ и корней, он национально онтологичен… Целостное, органическое понимание национальной проблемы упирается в мистическую иррациональную основу. Механическое понимание национальной проблемы приводит к разным теориям федерализма, персональной автономии и т. п. К чему ведёт ваше отношение к национальной проблеме, ваши механические измышления ... в этой области показывает судьба несчастной России. Отрицание органического национального бытия во имя отвлеченных мыслей, во имя отвлеченных справедливости, равенства, единства и т. п. есть всегда посягательство на убийство живого существа.”



 

Литература:

1. Dann O. Begriffe und Typen des Nationalen in der ruhen Neuzeit in Nationalt und kulturelle Identitat: Studien zur Entwicklung des kollektiven Bewusstseins in der Neuzeit. Hrsg. von Giesen B. -Frankfurt am Main: Suhrkamp, 1991, S. 56-76.

2. Водовозов В. Национальность и государство. // Сборник Ярославс. гос. ун-та. Вып. первый.1918- 1919 гг. Ярославль, 1920. -C. 727-744.

3. Формы национального движения в современных государствах. Австро-Венгрия. Россия. Германия. Под ред. А. И. Кастелянского. СПб., 1910.

4. Плетнев П. Национальность и государство. //Сб.Ярославского гос.ун-та. Ярославль.1920 С.21-33.

5. Широкогоров С. М. Исследование основных принципов этнологии и этнографических явлений. // Отдельный оттиск из Т. LXVII Известий Восточного факультета Государственного Дальневосточного университета. - Шанхай, 1922.

6. Тишков В. А. Этнология и политика. Научная публикация. М., Наука, 2001.

7. Лурье С. Этническая самоидентификация в условиях кризисного “материнского” этноса: опыт армянской общины в Санкт-Петербурге (1989- 1993 годы).// Этнический национализм и государственное строительство. М., РАН Ин-т востоковедения, 2001. С. 267-320.

8. Более подробнее смотреть работу автора ''Диалог культур и этнополитика ''.C. 59-94.

9. Чешко С. В. Человек и этничность. в Этнографическое обозрение, 1994, № 6.

10. Альтерматт У. Этнонационализм в Европе. М., 2000.

11. Зарипов И. Ю. Время искать общий язык (проблемы интеграции различных этнических теорий и концепций) .// Этнографическое обозрение, 2000, № 2..

12. Здравомыслов А. Г. Межнациональные конфликты в постсоветском пространстве. М., 1997.

13. Смотреть приложение. Н. Бердяев Философия неравенства.

14. Нарочницкая Е. А. Национализм: история и современность. М., 1997.

15. Оберлерхер Р. Национализм и демократия.// Русское самосознание. Философско-исторический журнал. CПб, 2000, № 7.

16. Ковалевский П. И. Основы русского национализма.- СПб., 1912.

17. Борисов П. В чем же истинный национализм?Посвящается памяти Владимира Сергеевича Соловьева. // Вопросы философии и психологии. М., 1901

18. Тишков В. А. Очерки теории и политики этничности в России. -М., 1997.

19. Севастьянов А . Отзыв на законопроект “Об основах государственной национальной политики РФ” // Национальная газета. М., 2001, № 2-3.

20. Ильин И. А. Собр. cоч.: В 10 томах.- М., 1993. - Т. 1.

21. Лурье С. В. Национализм, этничность, культура: Категории науки и историческая практика. // Общественные науки и современность. М. , 1999, № 4.

22. Торопова Е. Л. Феномен ‘маргинальной” этничности в антропологии Великобритании и США’.// Этнографическое обозрение, 1999, № 2.

23. Кулакова Н. Н. Урбанизация и иммигранты европейского происхождения в США: к проблеме эволюции этничности // Население Нового Света: проблемы формирования и социокультурного развития. Сб. ст.-М., ИЭА РАН, 1999. C. 165- 198.

  работа искать . Пневматические винтовки тут.
 

CREDO - копилка

на издание журнала
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку