CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная arrow Подшивка arrow 2003 arrow Теоретический журнал "Credo" arrow Разотчуждение социальных отношений в аспекте глобализации,В.В.Парцвания
Разотчуждение социальных отношений в аспекте глобализации,В.В.Парцвания

В.В.Парцвания,

кандидат философских наук

Разотчуждение социальных отношений в аспекте глобализации

Начало разотчуждения отчужденных социальных отношений, отчужденного «человека» приближает процесс социализации к своей действительной, то есть объективно предполагаемой цели – гуманным социальным отношениям. В самой сущности социализации изначально заложен такой феномен как глобализация, так как человек, его социальность – суть всеобщее. Сегодняшняя глобализация, отражающая экономическую сущность капиталистических отношений выступает частным моментом проявления всеобщей сути социальности, ибо действительная сущность глобализации заключается в утверждении человека как цели и самоцели всех совокупных социальных отношений.

Что же такое глобализация вообще и как она соотносится с феноменом разотчуждения? Историческим моментом начала проявления феномена глобализации, то есть интеграции человеческих ценностей, условно можно считать появление первых форм письменности, закономерно приведших в последующем к возникновению такого средства связи, как письменное сообщение, которое, в свою очередь, приводило к зарождению элементов гуманизма. Общеизвестно, что в еще античную эпоху, только за то, что люди состояли в переписке друг с другом, их называли гуманистами. «Отсюда гуманизм можно определить как дружеское общение при помощи письма… Первым важным посланием была греческая литература, а ее первыми получателями и читателями были римляне» 1. В дальнейшем, зарождение элементов науки способствовало постоянно нарастающему процессу гуманизации и глобализации, однако необходимо отметить, что здесь речь ведется о глобализации социальной сути вообще – это, во-первых, а во-вторых, представление о современной глобализации сведено к сущности экономической интеграции, на самом же деле, глобализация и интеграция во многом отличаются друг от друга, и главное их отличие заключается в качественной нагрузки каждого явления. Более того, на наш взгляд, проблема глобализации в ее современном популярном понимании отчасти надумана западной цивилизацией. Современную экономическую глобализацию необходимо считать результатом процесса социализации, или же первым, основным этапом начала разотчуждения совокупных социальных отношений. Не будем забывать о том, что, несмотря на множество так называемых научных теорий проблема самоутверждения человека все еще остается открытой. «Не будет преувеличением сказать: никогда еще в человеческой истории человек не был такой загадкой для самого себя, как в наши дни. Возрастающее число частных наук, направленных на изучение человека, не только не проясняет наши представления о нем, но скорее еще больше запутывает общую картину. Психология, антропология, этнография, медицина, теология, философия, социология (глобалистика. – В. П.), политология и история с каждым днем увеличивают поразительно богатую массу фактов, но обилие фактов – совсем не то, что обилие мыслей и идей»2.

Глобализация сама по себе, как положительное социальное явление, в ходе становления человеческой сущности проявляет себя отрицательно, причиной чего является экономическая нагрузка сущности социальности (частнособственнические устремления человеческой сущности). Неустанное стремление человека к познанию, как самого себя, так и окружающего мира, плюс его частнособственнический дух способствовали революциям в науке, а последняя постоянно подпитывала положительную нагрузку глобализации.

Положительная нагрузка феномена глобализации означает развитие и становление науки и научных достижений, соответственно, увеличения общего интеллектуального уровня «человека», которое проявляется качественно новым уровнем его самосознания, однако при частной собственности совокупные социальные отношения все больше и больше превращают «человека» в абсолютное средство для множества создававшихся с целью сохранения и приумножения сущности частного способа производства общественных институтов. Тем не менее, научно-технический прогресс ХХ века способствовал постепенному отмиранию магической силы частной собственности и превращению человека-средства производственных отношений в человека-цель. Человеческая сущность стала доминировать над экономической сущностью социальных отношений. В современном социальном мире уже наметилась тенденция окончательного утверждения человеческого фактора, как основной ценности.

Мировое сообщество давно подготавливало себя к началу действительной глобализации общечеловеческих ценностей. Свидетельством этого начала можно считать учреждение Лиги наций (сразу после Первой мировой войны), призванную предотвращать любого рода войны посредством политического диалога. Продолжением этого процесса явилось создание Организации Объединенных Наций (ООН), Организации по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО), Продовольственной и сельскохозяйственной организации (ФАО), Международного валютного фонда (МВФ), Международной организации труда (МОТ), Всемирной торговой организации (ВТО) и проч. Мировое сообщество медленным, но уверенным путем продвигается к всеобщему разотчуждению совокупных социальных отношений, однако, современные темпы глобализации ни по количественным ни по качественным социальным показателям не соответствуют действительным требованиям времени. Тенденции современной глобализации весьма противоречивы. Несмотря на существование выше перечисленных международных организаций, дивиденды сегодняшней глобализации предназначены для ограниченного количества людей, большинство же имеет доступ к этим дивидендам только опосредствованно (посредством денег), что является отрицательной стороной современной экономической глобализации. Антигуманный характер нынешней глобализации очевиден. Ее результаты и не могли быть человечными, так как она выступает непосредственным результатом процесса капитализации.

Экономическую глобализацию подпитывают современные развитые капиталистические страны, которые расширяют свое финансовое влияние на мировом рынке, ущемляя при этом интересы других стран: «…усиление государства в одной сфере нередко приводит к нежелательным для него результатам в другой. В начале 80-х годов США ежегодно расходовали из своего бюджета 3 млрд. долларов, чтобы искусственно поддерживать цены на сахар американского производства и ослабить конкуренцию со стороны государств Карибского бассейна. В итоге в 1982-1988 годах там закрылись около 400 тыс. рабочих мест, а более дешевая рабочая сила хлынула в США»1.

В современной науке существует множество взаимоисключающих и взаимодополняющих теорий по глобализации. Так, например, В. А. Тураев считает, что «глобализация – ключевое понятие, характеризующее процессы мирового развития в начале ХХI века. Ее суть – в резком расширении и усложнении взаимосвязей и взаимозависимостей народов и государств, это - новая стадия общеизвестного развития в общепланетарном масштабе, новое качество социальных связей и общественных процессов, ставшее возможным благодаря достижениям науки и техники»2. Похожее представление о глобализации демонстрирует профессор Б. В. Марков, утверждающий, что «мы живем в условиях глобализации, которая является порождением уже не государства, институтов, индивидов, а универсальных структур техники, секса, денег, информации и коммуникации»[i]. Трудно не согласиться с такими представлениями о глобализации, однако они не сполна отражают причинно-следственную связь этого социального явления, а всего лишь констатируют следствие процесса социализации. А. С. Панарин также считает, что «современная глобализация, генерируя все новые всеохватные планетарные поля и системы коммуникаций, открывает возможность разблокировать международную систему, создать принципиально новые «рынки активности», в которых преимущества прежних гегемонов и монополистов, привязанных к старым правилам игры, автоматически не срабатывают»[ii]. Суть наших претензий к имеющимся сегодня теориям о феномене глобализации заключается в том, что они не разграничивают по сущности глобализацию вообще и современную экономическую глобализацию; в них отсутствует теоретическая последовательность всех тех социальных противоречий, которые объективно породили, - неприемлемую с действительной точки зрения, но объективную, - экономическую глобализацию. Практически отсутствует анализ действительных причин порождения этого явления. А что касается теорий зарубежных ученых, то они надеются путем глобализации вывести капиталистический способ производства на новые рельсы для чего изобретают все новые и новые лженаучные методы. На наш взгляд, заслуживает внимания утверждение Г. Зюганова о правильности понимания сущности глобализации: «…явление именуемое «глобализацией», представляет собой клубок противоречий, который затягивается все туже и туже…Если исходить из очевидного факта неуклонного расширения масштабов человеческой деятельности, то вряд ли правомерно говорить о процессе глобализации, как о каком-то качественно новом явлении в жизни общества. На самом деле ее начало практически совпадает с началом человеческой истории. Расселение первобытных племен по всему Земному шару – разве это не один из первых ее шагов? Какое завоевание цивилизации ни взять, - пользование огнем, одомашнение диких животных, земледелие, ирригация, металлургия, изобретение колеса, паруса, не говоря уже о достижениях промышленной революции XVIII-XIX в. – каждое из них знаменует собой все более масштабное овладение человеком силами природы, расширение пределов его деятельности»[iii].

Необходимо отметить, что завершающий этап крайне отчужденных социальных отношений и начало разотчуждения социальной сущности являет собой переходных период, который и означает экономическую глобализацию.

По большому счету экономическая интеграция и глобализация – суть одно и тоже. Действительное товарное производство (Д – Т – Д') не могло не породить экономической глобализации, ее особенной сущности, так как процесс капитализации «не признает» каких-либо территориальных (государственных) границ, национальных менталитетов. Такова суть закономерности капиталистического способа производства. Производство ради продажи означает постоянный поиск рынков сбыта для изготовляемой продукции, в противном случае, частный способ производства потеряет всякий смысл. Необходимо отметить несколько моментов, связанных с процессами капитализации и глобализации. С проявлением социальной сущности, дают о себе знать и экономические закономерности, и в дальнейшем оба эти явления предстают как взаимоопределяющие и взаимообуславливающие. Такого рода причинно-следственная связь, формирует человеческую сущность как таковую вообще. Это означает, что экономическая сущность является всеобщей. Однако изначально, на заре процесса социализации, экономическая всеобщность социальных отношений наличествует в зачаточной, эмбриональной форме[iv], и по мере опосредствования сущности товара (самоотрицания продукта в виде развития товарного производства), экономическая глобализация начинает свое самоотрицание и, благодаря действительному товарному производству (Д – Т – Д'), ее опосредствующаяся суть порождает особенную сущность экономической глобализации, которая заключается в интеграции экономик всех государств мира. Такое состояние мировой экономики некоторые зарубежные теоретики называют «глобальной неопределенностью», однако такого рода «глобальная неопределенность», напротив, выступает глобальной определенностью объективной закономерности процесса социализации.

Современную глобализацию породило товарное производство, его постоянно, беспрерывно опосредствующаяся сущность1. Только объективная самовозрастающая сущность товарного производства способствовала появлению особенной сущности глобализации, ибо технологическая революция, как результат капиталистического способа производства (конкуренции частных производителей), порожденная действительным товарным производством без своей всеобщей нагрузки лишается своего непосредственного назначения. Как можно заметить, создается замкнутый круг: социальность порождает экономику, экономическая сущность демонстрирует нам самоотрицание непосредственного, природно-действительного продукта. Непосредственная сущность глобализации, которая изначально была заложена в процессе социализации, в капиталистическом мире выросла до своей особенной сущности, поэтому в настоящее время с полной уверенностью можно заявить о том, что современный мировой капитализм, как непосредственная причина процесса иррациональной глобализации, стал глобальным капитализмом. В XXI веке ни одно государство не способно будет удержать объективный натиск процесса экономической глобализации, хотя бы потому что она уже породила ряд глобальных проблем, решить которые самостоятельно не сможет ни одно, даже высокоразвитое, государство.

Процесс капитализации, стремясь расширить сферы своего влияния, выходит за рамки экономических интересов отдельного государства. Кроме того, она (капитализация) безудержно начинает диктовать новые рыночные условия для разных государств, мало считаясь при этом с их государственными интересами. По этому поводу замечания многих теоретиков о том, что глобализация – это необратимый процесс, который управляется рыночными, а не государственными силами, не лишены основания, правда при этом редко кто дает ценностную оценку, характеристику сегодняшнему процессу глобализации, как рациональному, с точки зрения действительных человеческих ценностей, явлению. Вопреки суждениям многих теоретиков, настоящая глобализация приводит к безудержному дисбалансу так называемых государственных бюджетов и обесцениванию национальных валют. А то, что сегодня в некоторых развитых странах сохранен баланс отдельных экономических показателей - явление временное, так как удерживается он искусственно, за счет монополизации производства товаров и цен. В силу объективного требования закономерности капитализации, искусственная экономическая пирамида начнет рушиться и в самое ближайшее время встанет вопрос о выравнивании мирового экономического дисбаланса. Причем выполнять эту «работу» придется самим же виновникам сложившейся ситуации.

Современная глобализация, по сути дела, означает окончательное разрушение крайне отчужденных социальных отношений, наступление конца частной собственности и отмирание производства прибавочной стоимости. Глобализация уже все чаще и чаще вынуждает многие развитые капиталистические страны на противоречащие интересам собственной национальной экономической политики шаги, на уступки и компромиссы со странами «третьего мира».

Современные транснациональные корпорации, которым многие ученые в своих прогнозах отдают будущее, являются ни чем иным как результатом компромисса, заключенного многими государствами и такого рода временный, иррациональный экономический синтез, рассчитанный на монополизированное производство прибавочной стоимости, прокладывает дорогу рациональному синтезу межгосударственных производственных отношений. В данный момент глобализация экономических отношений больше всего устраивает развитые капиталистические страны.. Под маской утверждения демократических социальных отношений они всячески стараются прикрыть свою убогую, человеконенавистническую экономическую политику, которая направлена на новый передел мира. Такая политика абсолютно пагубно действует на экономику развивающихся стран, стран второго и «третьего мира», поэтому не удивительно, что они воспринимают ее со страхом. Причин для опасения, на самом деле много, например, как утверждает А.И. Уткин, «более всего глобализация привлекает лидеров мировой экономической эффективности – тридцать государств – членов Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в которых живет чуть больше десятой доли человечества, но которые владеют двумя третями мировой экономики, международной банковской системой, доминируют на рынке капиталов и лидируют в наиболее технически изощренном производстве. Они обладают возможностью реализовать свой потенциал в практически любой точке земного шара; они контролируют международные коммуникации, осуществляют наиболее сложные технологические разработки, определяют процесс технического обновления индустрии и образования населения» 1. Однако, несмотря на иррациональную сущность проявления процесса капитализации в виде современной глобализации, сближение так называемого «первого» и «второго» миров неминуемо. Экономическая интеграция неизбежна, вопрос лишь в том, насколько в состоянии те же члены ОЭСР очеловечить этот болезненный процесс слияния отдельных экономических хозяйств в одно целое. Разве факт создания Всемирной торговой организации (ВТО), в которую входят на данный момент больше чем 120 стран, не подтверждает неизбежности экономической интеграции всего мира. На самом деле многие государства вошли в эту Организацию против своей воли, несмотря на очевидность того, что они постепенно будут лишаться своей государственной независимости и национального менталитета. Правда основному гегемону глобализации - США в этом отношении (в основном по национальном вопросам) терять нечего и именно это обстоятельство порождает конфликт ценностей и этот конфликт как результат начавшегося «диалога цивилизаций» уже приобретает глобальный характер, так как человечество абсолютно не было подготовлено к такой ускоренной, - причем, насильственной форме, - смене общечеловеческих ценностей. Поэтому такая ситуация привела к конфликту между «цивилизациями», сущность которого стала усиливаться сейчас, «когда ценности западной цивилизации пытаются представить в качестве универсальных во влиятельных международных миротворческих организациях. Внутри западного мира эти ценности выполняют регулирующую функцию, а на международной арене они становятся средством подавления других народов»2, однако в скором будущем такая форма подавления перейдет в общечеловеческую солдидарность.

Несмотря на то, что в последнее время субъективный фактор приобретает решающее значение в общественных отношениях, экономическая сторона социальности пока еще выступает целью этих отношений. Но сама современная глобализация в дальнейшем будет способствовать созданию идеальных условий для участия каждого конкретного человека в процессе действительной социализации, то есть в утверждении его собственной действительной сущности (трудового пребывания). В этом отношении наши соображения совпадают с мнением японского исследователя Кемичи Омаэ, высказанные им в работе «Мир без границ». В глобализации он усматривает процветание всех народов мира, достижение социальной стабильности и т.д.3 Примерно такого же мнения придерживается А. Гидденс. Он считает, что глобализация окончательно трансформирует весь мир, произойдет сущностное изменение (эволюция) общественных отношений, что в корне изменятся формы правления социальными отношениями и изменится мировой порядок4, правда он нигде не указывает причинно-следственных отношений процесса социализации, но тем не менее совершает абсолютно логические умозаключения связанные с процессом глобализации. К таким положительным оценкам склонны очень многие зарубежные мыслители, такие как: Розенау Дж., Кастелс М., Манн Н., и др., которые видят в глобализации светлое будущее человечества1. В противовес отечественным ученым, зарубежные теоретики глубоко уверены в естественной кончине суверенных государств. Начавшееся качественное превращение капитала - К→Д' в обязательном порядке предполагает отмирание феномена государства, и, соответственно, любой агрессивной политики. Институт государства как неустанный защитник частной собственности (духа частнособственнических социальных отношений) с началом глобализации экономики уже начал отмирать и этот процесс завершится в действительно разотчужденном человеческом обществе. Вопреки выше отмеченным объективным моментам, присущим современной цивилизации, многие государства все еще находятся в глубокой политической спячке, свидетельством чему является их неустанная борьба за приобретение политической и экономической независимости, абсолютного суверенитета. Такая тенденция имеет место, как правило, в отсталых государствах: на постсоветском пространстве, в странах «третьего» и «четвертого» мира. Однако такая иррациональная политика отдельных государств не в состоянии менять «погоду» в целом мире и так же по отношению к глобализации, как всеобщей сущности современного процесса социализации. По этому поводу существенны замечания И. А. Василенко о том, что «если все цивилизации существуют в глобальном мире, то любая из цивилизаций, взятая сама по себе есть не-реальность глобального мира: никто не может претендовать на универсальность и «эталонность» в мире культуры: следовательно, познание отдельных цивилизаций не есть познание глобального мира: каждая цивилизация прекрасна своей уникальностью: …глобальный мир как целостность превосходит простую сумму всех цивилизаций: по этой причине подлинным знанием может являться только то, которое за единичным и противоречивым усматривает черты всецелостности глобального мира»2.

Наш Мир уже, не зависимо от нашей воли, оказался без информационных границ; происходит интенсивное обобществление информационной сущности как таковой, вопрос только в том, насколько человечной по характеру своего проявления является такая обобществленность сути информации. Соответственно, в таком мире вопрос о сохранении института государства находится под большим сомнением, и постепенное отмирание этого института неизбежно. Информационная эпоха в обязательном порядке явится прародителем мировой экономики, а «возникновение мировой экономики подрывает национальное государство в трех основных направлениях: разрушаются валютные и таможенные границы, с помощью которых правительства контролируют свои богатства (ибо удержание этих границ будет препятствовать экономическим интересам самих участников экономической глобализации – В. П.); создаются каналы кредитования и подвижные рынки, которые охватывают всю планету, рассредоточивая производство и циркуляцию ценностей; стимулируется международное разделение труда, что ведет к массовым миграциям рабочих через политические границы. Все это ведет к эрозии национальных экономик»3. Однако, ни для кого не секрет, что обострение национального вопроса неминуемо из-за проявления «вульгарной» сущности глобализации. Однако, во избежание наступления глобального межнационального конфликта необходимо создание некоего международного негосударственного общественного института, например, института «глобального сотрудничества» или же международного института «Человек» и т.д., который начал бы заблаговременно разрабатывать социальные программы рациональной межнациональной политики в глобализирующемся мире. Ведь в скором будущем, как замечает В. А. Тураев, под вопросом окажутся такие понятия, как «национальная культура» или «национальное общество». Немало споров вызовет проблема мирового языка. Каждый, рационально мыслящий человек должен отдавать себе отчет об имеющихся в мировом масштабе сложностях, связанных с языковыми барьерами. Этот барьер усложняет естественное сближение народов, обмен общечеловеческой информацией и т.д., одним словом, увеличивают в ХХI веке ничем не оправданные социальные, издержки. На наш взгляд, любое требование или же любые теоретические суждения об обязательности отмирания национального языка являются не научными и алогичными, так как любой мировой язык, любой национальный диалект имеет абсолютное право на существование, более того, общество должно заботиться о сохранности этих человеческих культурных ценностей, как исторических реликвий. «Требования» действительной глобализации (даже современной) заключаются в необходимости владения каждым членом мирового социума как минимум двух языков, одним из которых будет являться мировой язык (появление его неминуемо).

Современная экономическая глобализация самым грубым образом намеревается упразднить институт государства, что продиктовано не рациональными соображениями планирования качественно новых, гуманных социальных отношений (отмена частной собственности, товарного производства и др.), а тем, что государства-монополисты намерены трансформироваться в новое качество за счет других. Среди современных апологетов государственного мирового общества («мирового правительства») трудно найти хотя бы одного ученого-гуманитария, который теоретически, надлежащим образом обосновал бы как объективную необходимость отмирание института государства со всеми вытекающими последствиями. Не является исключением и Г. Шахназаров, утверждавший, что «как при образовании государств племена и роды распадаются, оставляя после себя граждан, напрямую подчиняющихся новой, уже национальной власти, так постепенного ослабление и распад государств на фрагменты, а затем и на отдельных лиц, становящихся гражданами мирового общества, составляют, по-видимому, единственно возможный способ перехода мира в глобальное состояние. В исторической перспективе государства сменят более гибкие общины, которые лучше приспособлены у глобальной структуре, не имеют «синдрома независимости», не придают сакрального значения территориальной целостности, ставят на первое место не принципы, отягченные тысячелетними традициями и предрассудками, а оперативные интересы»1. Вопреки мнению Г. Шаханазарова, мы считаем, что никакого распада государств на фрагменты не предвидится и в этом не будет никакой нужды ни при каком мировом сообществе или обществе. Государства потеряют национальную сущность, отпадет надобность национальной экономики, государственного языка, национальной валюты, национальной армии и т.д. То есть, объективно исчезнут все основные, ограничивающие человеческую сущность государственные признаки, но это вовсе не означает исчезновение Российского, Германского, Грузинского, Американского или любого другого «государственного» субъекта. Отмирание института государства не означает стирания субъектной всеобщности как особенного составляющего сегмента мирового сообщества, а далее мирового общества. Во всем мире, даже при идеальных отношениях, где конечной целью выступает только человек, будут иметь место так называемые континентальные международные организации (это будет формальной, но необходимой стороной), которые в дальнейшем образуют мировую систему социальных отношений. Речь ведется о глобальном единстве человеческих ценностей, о том, что социальные отношения должны быть сформированы только с учетом основной цели – человека, а не о стирании национальных культурных традиций. Что же касается трансформации некоторых противоестественных традиций, то они трансформируются сами по себе. Останется только утверждающее человеческую сущность культурное наследие, которое станет всеобщим достоянием и гордостью субъектов этого наследия.

Завершающая фаза действительного товарного производства постепенно начала отнимать силы у процесса капитализации и поэтому даже в развитых капиталистических государствах роль государственного механизма в процессе регулирования социальных вопросов начинает ослабевать, все меньше поддается контролированию денежное обращение, обеспечение безопасности граждан от терроризма, миграционные потоки. Как отмечает Б.В. Марков: «кризис 1987 на Уолл-Стрит, наконец, события 1997 и 1998 годов на биржах Азии, России и южной Америки – все это такие финансовые кризисы, которые порождаются не какими-то деструктивными процессами в реальной экономике. Этим они резко отличаются от кризиса 1929 года, который был вызван просчетами в промышленности. Если раньше деньги обесценивались вслед за снижением материального богатства, то теперь наоборот, товары обесцениваются вследствие финансовых махинаций. Это означает, что сегодня деньги функционируют как знаки, которые уже не обеспечиваются реальной стоимостью и не регулируются трудом и богатством. Сколько «на самом деле» стоит доллар, не знает никто (более того, спекуляция деньгами означает полное отсутствие их полезной сущности – В. П.). Идея золотого или иного натурального обеспечения денег сегодня кажется чересчур архаичной. Однако отрыв от закона стоимости приводит к тому, что экономика превращается в чистую спекуляцию – производство и циркуляцию символической продукции»1.

По мнению В. А. Тураева, выше перечисленные, как впрочем и другие социальные причины выступают основанием начала кризиса национальных государств: «По доброй воле или вынужденно государства отказываются от части своего суверенитета, а сам этот суверенитет все более наполняется новым содержанием. Кризис национальных государств, являющийся следствием глобализации, заставляет пересматривать такие еще совсем недавно неоспоримые категории как суверенитет, национализм, этничность, национальная безопасность и т.п. На наших глазах глобализация трансформирует современный мировой порядок, угрожает вызвать распад и исчезновение многих элементов государственности»2. Сегодня трансформация мирового порядка происходит не гуманным образом и такое преобразование реально может привести к опасным последствиям. Несмотря на экономическую разнополярность и религиозные различия, мировое сообщество уже созрело для установления новых социальных ценностей, человеческий мир устал от постоянного напряжения, вызванного ядерным противостоянием, ведь по данным 2000 года на сегодняшний день 44 страны владеют технологией производства ядерного оружия3. Но, несмотря на то, что в ядерной войне никто не может выйти победителем, наращивание военной мощи не прекращается, более того, остается еще немало стран, желающих пополнить список государств, проводящих крайне отчужденную человеконенавистническую политику, направленную на новый экономический передел мира. На сегодняшний день отсутствует малейшее оправдание той политики, которая считает нужным вооружение как таковое. На наш взгляд, не существует более аморального и позорного «человеческого» деяния, особенно для общества ХХI в., чем производство и продажа оружия. Поэтому настало время вести речь о «новом качестве всеобщности социального бытия, о том, что оно более не укладывается в привычные рамки национально-государственных преобразований…Национально-государственные нормы человеческого бытия постепенно утрачивают вою самодостаточность… Фактически речь идет о создании глобального сообщества, в рамках которого существующие национально-государственные образования выступают в качестве более или менее самостоятельных структурных единиц. Мы его называем мегаобществом»4.

Политики развитых капиталистических стран до сих пор не осознали того, что современную информационное общество не возможно долго регулировать силой или какими бы то ни было отвлекающими политическими маневрами. Недостаток знаний не позволяет им признать тот факт, что наращивание производственных мощностей и внедрение новых технологий с целью извлечения максимальной прибыли стало аморальным. Им не хватает политического образования чтобы предвидеть абсолютную бессмысленность наращивания военных мощностей для сохранения государственной целостности, государственного института вообще, так как «глобализация придает процессу развития социальной структуры современных обществ наднациональное измерение. Захваченные глобализационными процессами индивиды, сохраняя идентификацию с традиционными большими и малыми общностями (национально-государственными, социально-профессиональными, этническими, религиозными, территориальными), формируют новые идентичности, выходящие за прежние рамки. Они одновременно живут и в старой (национально-территориальной) и в новой (глобальной) реальности. Выпавшее на их долю переходное время сталкивает прошлое, настоящее и будущее в сознании одного человека. В условиях глобализации национальное государство перестает выступать в качестве единственного субъекта, монопольно интегрирующего интересы крупных общностей»1, поэтому уже создаются условия для того, чтобы национальные параметры социальных ценностей перерастали в общечеловеческие параметры. Так, например, со временем, такие понятия как национальный герой или герой-победитель превратятся в сущую бессмыслицу.

Благодаря компьютерным технологиям именно сегодня как никогда, человечество имеет уникальную возможность коллективного управления глобальными процессами, «то есть появилась техническая возможность формирования в мировом масштабе единой системы ценностей, единого образа жизни. Отсюда, с одной стороны возникает объективная потребность во всемирном Центре политического и экономического регулирования, а с другой – формируются материально-технические возможности возникновения и функционирования подобного Центра. Назрел качественный перелом в развитии человеческой цивилизации. Для него практически все готово: 1) человечество отныне может развиваться только как целое, иначе оно просто не справится со всеми проблемами; 2) оно в принципе не может сознательно и планомерно управлять этим развитием; 3) уровень современной техники позволяет решать самые сложные задачи, которые могут возникнуть на этом пути. Как говорится, в дверь стучится новое измерение технико-экономического, социально-политического и культурного прогресса. А вот каким будет это новое измерение, - этот самый существенный вопрос остается открытым»2.

2.

Как мы уже отмечали, современные ученые-гуманитарии очень смутно различают естественную глобализацию, зародившуюся вместе с началом процесса социализации и длится по сегодняшний день, от современной вульгарной капиталистической глобализации носящей экономический характер. Последняя выступает частным моментом, эпизодом, определенной исторической фазой, моментом, или, если угодно, обязательным историческим этапом завершающей стадии самоотрицания отчужденных совокупных социальных отношений – действительного товарного производства. Нас абсолютно не удивляет сущность современной глобализации, стремление развитых капиталистических держав к новому экономическому переделу мира, к обесцениванию совокупных общечеловеческих ценностей и т.д. Однако нельзя преуменьшать военной опасности могущей возникнуть во время любого финансового передела мира.

Тем не менее, многие современные ученые пессимистически относятся к глобализации, с недоверием воспринимают необходимость, неизбежность этого явления, так как они, во-первых, исходят из непосредственных последствий глобализации, из того, что дивиденды этого процесса будут распределяться неравномерно и нарушится принцип справедливости, во-вторых, еще никто не разработал единой действительной научной теории, отражающей всю сущность процесса социализации и поэтому практически невозможно вне целостной системы рассматривать те или иные социальные явления. Именно эти сложные моменты процесса социализации порождают обширный диапазон научных суждений, умозаключений, мнений и т.д.

Поэтому не угасают научные споры в оценках процесса глобализации. Одни считают, что «издержки и выгоды процесса глобализации распределяются между участниками неравномерно. Повышение производительности, сокращение затрат, рост доходов и благосостояния на одном полюсе достигаются ценой увеличения неопределенности, рисков, неравенства, бедности на другом»[v]. Аналогичного мнения придерживается директор представительства МВФ в Женеве Алан А. Тейт: «первая угроза в связи с глобализацией вызвана тем, что ее преимущества, которые людям понятны, будут однако распределяться неравномерно»[vi]. Алан А. Тейт ограничивается добропорядочным предупреждением, а вот профессор венгерской академии наук Михаил Шимаи рекомендует современному мировому сообществу и будущему мировому правительству выработать новую межгосударственную политику, которая смягчила бы болезненные последствия экономического и культурного характера современным человеконенавистническим процессом экономической глобализации, целью которого выступают только экономические интересы:«В международном контексте государства должны выступать за смягчение неблагоприятных последствий неравенства, асимметрии во взаимозависимостях. Для этого необходимо принятие более справедливых и демократичных правил игры в международных отношениях. Роль отдельных стран должна рассматриваться с учетом перспективы внешних возможностей и проблем, возникающих при появления новых сфер взаимосвязей благодаря глобально интегрированному производству, ТНК, различным видам движения капитала, более тесной зависимости в торговле товарами и услугами, межнациональным информационным потоком… Вот почему «поиски безопасности» понимаемой многоаспектно и всеобъемлюще, становятся главной задачей»[vii]. Как можно заметить, решающая для всего человечества социальная проблема сводится к выяснению частных моментов межгосударственных отношений. Например, профессора экономики и политологии Калифорнийского университета Майкла Д. Интрилигейтора интересует, кто окажется в выигрыше от глобализации. Правда, он не сомневается в том, что основную часть дивидендов этой экономической интеграции в этом процессе получают богатые страны или индивиды[viii].

Имеются очень многие «научные» суждения противников глобализации. Они основываются на проблеме утраты национальных ценностей и государственной независимости. Необходимо отметить, что, так называемые противники глобализации вовсе не выступают против действительного сближения национальных и общегосударственных, то есть общечеловеческих интересов, наоборот – они выступают против интенсивного вторжения аморальных капиталистических принципов в область «священных ценностей» - национальных традиций, которые веками вырабатывались и укоренялись целыми поколениями. Для многих наций традиции означают смысл жизни, их плоть и кровь пропитаны национальными «ценностями», ибо многие из них (особенно мусульманский мир) с первых дней своей жизни воспитываются в национальном и религиозном духе, и, как бы банально это не звучало, сегодня вопрос, связанный с проблемой национальности в глобальном мире, его актуальность не убавляется, так как современная экономическая глобализация, порожденная мировым капитализмом и выступающая как частный момент естественной глобализации (а последняя как результат общего процесса социализации) в грубой форме стремится нивелировать национальные ценности. Мы обязаны признать тот факт, что национальная проблема становится одной из самых существенных, наряду с экологическими и демографическими. «Сколько бы ни говорилось, что национализм часто прикрывает борьбу за экономические и политические преимущества, этого оказывается недостаточно. Чувство национальной принадлежности относится к «обыденным» явлениям в том смысле, что воспроизводится через представления «здравого смысла» и психологическое противопоставление «мы « и «они». Его не так просто изменить или определить мультикультурным образом. Проблема национализма тесно связана с «борьбой за признание»3.

Национальный вопрос, его сущность, изначально мотивирована экономической сущностью, а со временем так называемая национальная культура (национальный менталитет, национальные ценности, национальное самосознание и т.д.) приобретает самоопределяющее социальное значение для всей нации (населения, этнического сообщества) и начинает выступать, как единый субъект (национальное «Я»), у которого уже сформировано национальное самосознание (особенный качественный синтез родовой сущности). Такого рода самосознание национального субъекта находит свое выражение при взаимоотношении с другими национальными субъектами, что, в свою очередь, способствует самовыражению каждой нации. Национальное самовыражение постепенно, в силу своей особенности и неповторимости, начало принимать крайне иррациональную социальную сущность, которая с началом глобализации стала проявляться как весьма серьезная общечеловеческая проблема. Необходимо разумное вмешательство субъективного фактора для того, чтобы эта проблема не стала причиной замедления или остановки процесса естественной глобализации социальной сущности. Весьма существенными, на наш взгляд, являются слова Б. В. Маркова, высказанные по этому поводу: «Чтобы выжить, человечество должно расстаться со своими расовыми, политическими и иными предрассудками и сесть за стол переговоров»1. Самые лучшие умы человечества должны заниматься этой проблемой, чтобы спасти мир от возможных катастроф. Например, в Европе уже наличествует научная идея создания «культурного гражданства», которое способно было бы посредством реформирования национальных культур создать «космополитичные культуры». Однако, такого рода реформирование невозможно произвести до тех пор, пока не будет разработана и проведена экономическая политика, направленная на выравнивание социального дисбаланса (в основном экономического характера) между всеми государствами мира. Что же касается проблемы национальности, национального самосознания, то оно трансформируется постепенно, само по себе. Любые другие искусственные вмешательства приведут к серьезному обострению и, соответственно, национальному противостоянию. Как современная, так и естественная глобализация, помимо выше перечисленных социальных проблем, создают еще и весьма существенную глобальную проблему, связаннную с разными религиозными конфессиями и с религией вообще. Многие мировые теоретики сошлись во мнение о том, что подобно технологии, политике и т.д., религия, ее сущность, изменяется, однако, проблем, по их мнению, состоит в том, что религия будто бы не поддается глобальной закономерности, то есть она не глобальна. Вопреки такому мнению, сама объективная реальность, стремящаяся к будущей цивилизации, способствует созданию разумного компромисса между разными религиозными конфессиями и разными национальными «культурами», несмотря на то, что например, в современном «исламском мире, где сама религия является формой жизни, неприятие западных стандартов будет означать неприятие модернизации вообще, а это обрекает его на дальнейшее отставание…»2, так как другого выхода у народов не останется, даже из-за угрожающего всему миру катастрофой экологического кризиса, не говоря уже о других столь же серьезных глобальных социальных проблемах. И этот объективный компромисс абсолютно не будет зависеть от того глобальна религия или нет, хотя. Однако исходя из того соображения, что религия является результатом социальной сущности, то не может не являться глобальной. Ведь не надо забывать о том, что в скором будущем перед мировым сообществом будет стоять вопрос не о том, какие национальные культурные ценности лучше, какой народ следует считать избранным, или какое религиозное направление выступает более гуманным, а, как спасти человечество и, что потребуется сделать для того, чтобы сохранить на Земном шаре главную и неповторимую ценность – человека и создать все возможные условия для продолжения его существования.

Теперь необходимо указать на все отрицательные стороны современной глобализации, которые в случае их неискоренения могут угрожать всему человечеству новыми катастрофами. Не секрет, что в нынешней экономической интеграции в основном заинтересованы развитые капиталистические страны и они предпринимают всяческие попытки искусственно регулировать этот процесс во имя извлечения максимальной выгоды, при этом абсолютно забывая о человеческом факторе, об утверждении рациональных общественных отношений. Более того, они стараются навязать остальному мировому сообществу свои так называемые культурные ценности, которые по многим причинам не приемлемы для этих народов. Во-первых, потому, что до сих пор велика разница между национальными «культурами». Во-вторых, современный западный ценностный образ давно потерял человечность и не ставит непосредственные человеческие отношения на почетное место, так как оно занято другой целью – получением пользы от отношений. В третьих, различие религиозных конфессий; в-четвертых, западные ценности игнорируют рациональную индивидуализацию, неповторимость и оригинальность конкретного единичного «Я» как временно фиксируемого всеобщего и не строят социальные отношения таким образом, чтобы самоутверждение конкретного единичного «Я» осуществлялось посредством утверждения другого «Я»; в-пятых, в цивилизованном и чрезмерно урбанизированном мире уже давно доминирует тенденция «удешевления», «упрощения» и, соответственно, исчезновения таких человеческих ценностей (качественных составляющих человеческой сущности) как: честь, мораль, дружба, верность, гостеприимство, сострадание, милосердие. Более того, несмотря на усиление потока новой информации происходит «деинтеллектуализация» масс (более точно «дебилизация»). Эта информация носит в большей степени технический и, к сожалению, на сегодняшний день, не управляемый характер, что приводит к деградации даже тех имеющихся социальных качеств, которые вся мировая «цивилизация» вырабатывала и копила по сей день.

Вся совокупность социальных отношений западного мира построена на рыночных отношениях, что не приемлемо для многих, даже развивающихся стран, так как в этих странах человеческий фактор ставится выше экономических интересов. По этому поводу мы полностью разделяем мнение А. С. Панарина о том, что западная рыночная система (ее сущность) «является паразитарной в двояком смысле: она не включает в издержки производства, не оплачивает и не организует нормального воспроизводства факторов, относящихся к общим экологическим, демографическим и социокультурным предпосылкам экономической системы; ее массовое производство, основанное на экстраполирующих и тиражирующих принципах, рано или поздно ведет к перегрузке тех или иных природных и культурных ниш, объективно требуя перерыва и смены парадигм, что возможно лишь на основе творческого труда. Поэтому различие между творческим (первооткрывательским) и тиражирующим трудом можно считать не менее значимым, чем различие между продуктивным и присваивающим принципами»1. Отсюда вытекает, что современная иррациональная, но объективная глобализация экономического характера будет иметь последствия неэкономического характера и вполне вероятно, что она в виде информационно-культурной экспансии, которая проявится в форме агрессии и разрушения традиционных ценностей, приведет к всеобщей катастрофе. Поэтому, во избежание разрушительных социальных процессов на наш взгляд, необходимо, чтобы политические лидеры именно развитых капиталистических стран выступили с инициативой о создании мирового, глобального центра управления совокупными социальными отношениями.

В завершении отметим, что формами проявления сущности глобализации являются мегаэкономика и мегаполитика, которые необходимы для создания мегаобщества. Временно обязанности единого органа, призванного решать общемировые социальные проблемы, можно возложить на ООН. При нем же можно было бы создавать международные институты:

По проведению экономического анализа всех государств мира выработать краткосрочную политическую программу, способствующую выравниванию экономического дисбаланса между государствами; По устранению межнациональных конфликтов. Для этого необходимо разработать самую гуманную программу, которая главной целью совокупных социальных отношений ставила бы человека и его благополучие; По созданию континентальных, а в дальнейшем мировых информационных центров и т.д.

У человечества нет иного пути, чем утверждение в самое ближайшее время самых гуманных социальных отношений по всему миру.


1 Марков Б.В. Знаки бытия. – СПб.: «Наука», 2001. С. 319.

2 Василенко И. А. Диалог цивилизации: социокультурные проблемы политического партнерства. – М.: Эдиториал УРСС, 1999. С. 38-39.

1 Игрицкий Ю. Национальное государство под натиском глобализации. – http: // pubs. camegie. ru/p&c/Vol 4-1999/4/ defaultasp? n=12 igritski. asp.

2 Тураев В. А. Глобальные проблемы современности. – М.: Логос, 2001. С. 26.

[i] Марков Б.В. Знаки бытия. – СПб.: Издательство «Наука», 2001. С. 549.

[ii] Панарин А. С. глобальное политическое прогнозирование в условиях стратегической нестабильности. – М.: Эдиториал УРСС, 1999. С. 254-255.

[iii] Зюганов Г. Глобализация: тупик или выход? – http:// cprf. spb. ru /publishing/ index. htm (http://www. cprf. ru /statiaa 5. htm).

[iv] Еще в античные времена, существующая между разными восточными странами торговля, уже означала глобализацию, то есть всеобщность сущности экономки, правда, такого рода всеобщность, с точки зрения рациональной человеческой сущности, выступала отрицательно, так как главной мотивацией такого рода социальных отношений всегда выступал частный интерес.

1 Необходимо отметить, что сущностной основой глобализации вообще выступает феномен социальности, однако изначально проявлению глобализации способствует сущность экономики как таковой, так как экономический вектор социальности выступает основополагающим вектором процесса социализации, который до наступления разотчужденных социальных отношений, носит отрицательный характер. Поэтому экономическая глобализация и есть действительная глобализация разных социальных векторов.

1 Уткин А. И. Глобализация: процесс и осмысление. – М.: Логос, 2001. С. 39.

2 Василенко И. А. Диалог цивилизаций: социокультурные проблемы политического партнерства. – М.: Эдиториал УРСС, 1999. С. 253.

3 См.: Ohmae K. The Borderless World. L., 1990.

4 См.: Giddens A. Globalization: a Keynote Address. UNRISD News, 1996.

1 См.: Rosenau J/ Turbulence in World Politics. Brighton, 1990; Castells M. The End of Millenium. Oxford, 1998; Mann M. Has Globalization Ended the Rise of the Nation – State?// Review of International Political Economy. 1997. No. 4.

2 Василенко И. А. Диалог цивилизаций: социокультурные проблемы политического партнерства. – М.: Эдиториал УРСС, 1999. С. 17.

3 Тураев В. А, Глобальные проблемы современности. – М.: Логос, 2001. С. 39.

1 Шахназаров Г. Глобализация и глобалистика – феномен и теория //Pro et Contra. 2000. Т.5. № 4. С. 187.

1 Марков Б.В. После оргии. (Современность зла и зло современности). В кн. Бодрийара Ж. Америка / Предисловие. – СПб.: Издательство «Владимир Даль», 2000. С. 21.

2 Тураев В. А. Глобальные проблемы современности. – М.: Логос, 2001. С. 41.

3 См.: Schell J. The Folly of Arms Control // Foreign Affairs. September – October 2000.

4 См.: Кувалдин В. Глобализация – светлое будущее человечества? – http:// Scenario. ng. ru. / printed / interview/ 2000-10-11/5_ future. ntml

1 См. там же.

2 Зюганов Г. Глобализация: тупик или выход? – http:// cprf. spb. ru /publishing/ index. htm (http://www. cprf. ru /statiaa 5. htm).

[v] Шимаи М. Глобализация как источник конкуренции, конфликтов и возможностей. – http:// www. ptpu. ru/ issues/ 1_99/9_1_99. ntm.

[vi] Тейт А. Ллан. Глобализация – угроза или новые возможности для Европы? – http: // www. ptpu. ru / issues / 5_98/12_5_98. htm.

[vii] См. там же.

[viii] См.: Д. Интрилигейтор М. Глобализация как источник международных конфликтов и обострения конкуренции. – http: // www. ptpu. ru / issues/ 6_98/6_6_98. htm.

3 Мордвинцева Л. П. Стивенсон Н. Глобализация, национальные культуры и культурное гражданство (Stevenson N. Globalization, national cultures and cultural citizenship // Sociol. quart. – Berkeley (Cal.), 1997. – Vol. 38, 1. – P. 41-66). – Глобализация: Контуры XXI века: Реф. Сб. / РАН ИНИОН. – М., 2002. С.10.

1 Марков Б. В. Знаки бытия. – СПб.: Издательство «Наука», 2001. С. 549.

2 Тураев В. А. Глобальные проблемы современности. – М.: Логос, 2001. С.49.

1 Панарин А. С. Глобальное политическое прогнозирование в условиях стратегической нестабильности. – М.: Эдиториал УРСС, 1999. С. 248.

 
 

CREDO - копилка

на издание журнала
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку