CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная
Вернуть молодежи её естественное состояние,И.В.Бестужев-Лада

И.В.Бестужев-Лада,

Академик РАО

Вернуть молодежи её естественное состояние

1.

Из всех глупых и лживых словосочетаний, которые были в ходу минувшие десятилетия, самое глупое и лживое – пресловутые «Дети до 16 лет», которым тщетно запрещались разные предосудительные дела, дозволенные «взрослым». Заметим, что это словосочетание часто, на смех всем, употребляется безо всяких результатов и до сих пор. Не было никогда таких детей, нет и скоро вообще не будет никаких, так как полным ходом идёт вырождение и вымирание народа (не только русского, но русского – в первую очередь). Наверное, это – наказание нам за разные смертные грехи, в том числе и за словоблудие по адресу детей и молодёжи, которую официально довели до 28 лет (с единственной целью – подольше не подпускать к партийной кормушке, хотя формально в партию мог вступать каждый полноправный гражданин с 18 лет). А неофициально в «молодёжи» (по тем же причинам) ходили не успевшие впасть в маразм деятели науки и культуры до 33, порой даже чуть ли не до 40 лет. Вопиющее жульничество, прямо-таки издевательство над довольно пожилыми гражданами, ровно ничем не отличающимися от аксакалов 40-60 лет (о пенсионерах по старости в этом ряду даже речи не может быть).

Десятки тысяч лет существования рода Гомо сапиенс никаких 15-летних «детей» и 30-летней «молодёжи» не было и в помине. Была веками установленная возрастная иерархия, покруче военной. И каждый сверчок знал в ней свой шесток. А все до единого «сверчки» поголовно обретались в естественном состоянии, обеспечивая стабильность общества. Теперь «сверчки» расползлись кто во что горазд, стабильность подорвана и общество катится к чёртовой матери в глобальных масштабах, а злосчастная Россия тут, как всегда, «впереди планеты всей».

Высшим чином в возрастной иерархии всегда ровно один год пребывал грудной младенец. В отличие от ребёнка, он мог позволить себе роскошь не маршировать, как какая-нибудь пехота, а раскатывать в персональном экипаже с персональным водителем (точнее, рикшей), который (точнее, которая) вынуждена была таскать его на собственном горбу, пока не появились коляски. Рикша по совместительству исполняла обязанности персонального повара с общеизвестным раздаточным пунктом и терпеливо сносила, когда её едок-ездок, как и все генералы, орал благим матом. Можно, конечно, назвать младенца ребёнком, Но это всё равно, как генерал кокетливо именует себя «тоже солдатом». Уж слишком разная была у того и другого жизнь. Это сегодня «всё смешалось в доме Облонских», и с детьми сплошь и рядом на горе себе и им обращаются как с младенцами. А раньше, как говаривал грибоедовский полковник Скалозуб, дистанция здесь была огромного размера.

По прошествии года грудной младенец разжаловался на два года в «просто младенцы» и лишался многих привилегий касательно продовольствия и таскания на руках. Но всё равно его жизнь, по сравнению с жизнью даже трехлетнего брата, была как небо и земля. Главное отличие ребёнка от младенца заключалось в том, что младенец имел право заботиться только о себе самом, тогда как ребёнок был помощником родителей, обязан был посильно трудиться (пасти гусей, качать люльку и т.д.), словом, заботиться о чём-то, потому что это – единственный способ стать взрослым а не остаться младенцем на всю жизнь. По сложности домашнего труда различались дети младшего, среднего и старшего возраста.

И всё это удовольствие тянулось примерно до десяти лет, после чего ребёнок исчезал, а на его месте возникал подросток (отрок, отроковица). Разница такая же громадная, как между ребёнком и младенцем. Теперь это уже не просто помощник, а заместитель родителя, домашний «министр сельского хозяйства» или «просвещения» (молодняка). Его место всегда было рядом с матерью (или соответственно с отцом). И только сегодня, когда это стало практически невозможным, когда подросток оказался брошенным на произвол судьбы, он, как брошенный кутёнок, стал сбиваться в свои звериные стаи и жить по законам стаи.

Ну, о подростке, как о ребёнке или младенце, разговор особый. Здесь важно заметить, что в былые времена он никакого отношения к молодежи не имел – совершенно так же, как не относились к молодежи старая дева или бобыль двадцати с хвостиком лет.

Молодёжью испокон веков называлась особая возрастная группа, промежуточная между подростками и главами семейств, т. е. уже вышедшая из подросткового возраста, достигшая физиологической зрелости, ставшая «взрослыми», но еще не успевшая по тем или иным причинам обзавестись семьёй На эту процедуру ей отводилось максимум четыре-пять лет. Иными словами., "век молодежи»» был не длиннее подросткового. Он начинался самое позднее в 15-16 лет, иногда на год-полтора раньше, а уже на третьем десятке лет жизни, подавляющее большинство людей становились матерями (или соответственно отцами) семейств, и лишь меньшинство оставалось в одиночках, к «молодёжи», независимо от возраста, уже не относящихся.

Таким образом, строго говоря, молодежью назвались женихи и невесты, кандидаты в «доктора домоводческих наук», каковыми стремились стать возможно скорее. И это было естественное состояние молодёжи, ибо всякое другое – смерть общества.

2.

Новые времена – новые песни. Теперь лишь меньшинство молодёжи вступает в брак 18-20 лет (учиться надо, обустраиваться надо!), да и из тех всё более значительная часть спустя год-два-три подаёт на развод. В общем итоге подавляющее большинство молодёжи 20-25, а всё чаще 25-30 лет и старше (а как же их еще называть: ведь формально они остаются такими же потенциальными женихами и невестами, как их дедушки и бабушки 15-20 лет!) живет в конкубинате (сожительстве) или погрязает в беспорядочных половых связях, усиливая, ускоряя процесс вырождения, вымирания общества. В 17 лет им выдают аттестат зрелости и выставляют на улицу. Но на производстве, с их квалификацией и менталитетом, они не нужны (у нас и без них – уйма безработных), а продолжать учёбу способны немногие. Как прикажете быть родителям? Ведь если не студенческая скамья , то впереди, после знакомства с уличным криминалом, почти наверняка – скамья подсудимых. И несчастные родители правдами и неправдами (всё чаще – неправдами) пытаются «продлить» скамью студенческую – неважно, какую – ведь лишь меньшинство идёт потом работать по полученной специальности. Большинство – «отсиживает годы в студентах». В ответ на такую профанацию образования преподаватели требуют мзды, и вся системы народного образования, не переставая быть социальным источником преступности № 2 (после неблагополучной семьи) превращается в самую гнусную разновидность «чёрного рынка», калеча судьбы миллионов молодых людей.

Есть ли выход из этого тупика?

3.

В 1995-2000 гг. в Секторе социального прогнозирования Института социологии РАН прошел экспертный сценарно-прогностический мониторинг на тему «Ожидаемые и желаемые изменения в системе народного образования России». Исследование длилось пять лет (включая год пилотажа и год подготовки отчётной монографии под фамилией автора этой статьи и под заглавием «Нужна ли школе реформа?» (издательство Педагогического общества России, М., 2000).Три года одну за другой по трем разным методикам опрашивали три больших группы лучших экспертов страны. И вот что сказали эксперты (если отбросить крайние, взаимоисключающие мнения:

1. Создать подсистему образования родителей, чтобы им легче было воспитывать современных детей (на началах самоокупаемости – и родители, судя по опросам, согласны на это).

2. Создать подсистему всеобщего дошкольного образования детей 3-6 лет на развалинах бессистемья нынешних детских садов и яслей). Теоретически подсистема разработана до деталей и многократно блестяще опробована на практике.

3. Четче определить специфику начальной школы, рассчитанной на детей, решительно отделить еще невинных агнцев-детей о т растлевающего влияния жутких козлищ (вернее, превращенных нами самими в таких козлищ-подростков).

4. Учитывая особенности современных подростков, превратить неполную среднюю школу в полную (убрав оттуда всё лишнее, надуманное, анахроничное). Ведь мы официально признали, что сегодня молодой человек в 14 лет перестаёт быть подростком, становится гражданином страны (получает паспорт гражданина России за несколько лет до получения аттестата зрелости!). Выходит, что мы грубо нарушаем Конституцию РФ, деля граждан на полноправных «зрелых» и неполноправных («незрелых»). Это, конечно же, вопиюще!

5. Гражданин страны не может быть школьником (с вызовом родителей и пр.). Он может и должен быть только студентом – пусть, скажем, профессионального колледжа, со сдачей профильных и общеобразовательных минимумов. Сначала, как во всяком профессиональном училище, на теоретических занятиях и на производственной практике. Затем стажером на производстве по тому роду деятельности, который выбрал. Не важно, если ошибётся: можно сменить профиль и раз, и два. Гораздо хуже, если молодой человек в 16-18 лет всё еще не представляет себе своего места в жизни. Это педагогический брак. Стажером можно быть сколь угодно долго – пока не откроется желательная вакансия: ты всё равно в производственном коллективе, а не в уличном криминале.

6. Для подавляющего большинства молодёжи такого образования вполне достаточно, особенно если учесть, что знания придётся обновлять каждые несколько лет, подкрепляя их общим самообразованием взрослых.

7. По ходу учебы в колледже (один день в неделю, один летний месяц в году) вполне можно пройти начальный курс военной подготовки – мы уже начали вступать на этот путь – и к концу учебы получить квалификацию ефрейтора запаса: резерв для желающих пройти по конкурсу в профессиональную армию. Некоторые колледжи вообще можно сделать военными (привилегированными и тоже по конкурсу), шагая после их окончания на все четыре стороны, возможно дальше от проклятой рекрутчины, подрывающей боеспособность армии.

8. Некоторые колледжи можно сделать специально педагогическими – для подготовки будущих «профессиональных родителей» - руководителей своих «домашних детских садов» в средне- и многодетных семьях. Нельзя забывать, что у нас осталось лишь 5% полностью здоровых родителей и столько же детей, способных воспроизводить в будущем полностью здоровое потомство. Ну, и еще 20-30 % «практически здоровых», способных дарить нам в будущем не инвалидов. Нужно обратить особое внимание на эту молодежь и создать ей такие условия учёбы, труда, быта, чтобы позавидовали все остальные. От этого зависит, быть или не быть народу через одно-два поколения.

9. Специальное высшее образование, как показывает опыт цивилизованных стран, требуется не более, чем 15-20% молодёжи. Да и то дифференцированно: подавляющее большинство (до двух третей) – бакалавриат успешно окончивших колледжи в 21-23 года и получивших хорошую производственную практику; примерно четверть – еще два года магистрантуры для преподавания в вузах или работы в НИИ, наконец, считанные проценты в докторантуре, которую кончают в 26-28 лет, а не в 50-60, как у нас, когда пора собираться на пенсию.

10. И не забыть о содержательном досуге, о клубах по интересам, где можно получить знаний, умений, навыков больше, чем на занятиях в школе, колледже, университете.

Тогда, может быть, мы сделаем жизнь нашей молодёжи хоть чуть менее противоестественной, нежели какой она нам является сейчас, хоть чуть ближе станем к тому естественному положению вещей, на котором держалось человечество несколько последних тысячелетий?..

 
 

CREDO - копилка

на издание журнала
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку