CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная arrow Подшивка arrow 2004 arrow Теоретический журнал "Credo" arrow Когда заговорил Великий Немой,В.И.Красиков
Когда заговорил Великий Немой,В.И.Красиков

В.И.Красиков,

доктор философских наук

Когда заговорил Великий Немой

Да будет оттяг и благословение во веки веков …

"Бродяги кармы" Дж.Керуак

Пожалуй, самое удивительное в феномене жизни - это разнокачественные трансформации в сохраняющемся едином. Наше знание, обобщающий разум акцентируют единство, общность, взаимосвязь разных степеней разных стадий жизненного великого цикла любого живого, которые перекрывают качественные внутренние различения, внутренние несоизмеримости. На абсолютизации "тождества", "единства" построен, похоже, наш разум. По крайней мере, в его нынешней форме организации. Потому мир, нас окружающий, предстает перед нами как "мир готовых форм", где человек готов иметь дело лишь со зрелыми и законченными представителями бытийного многообразия. Предваряющие дифференциации качественного характера внутри определенной Живой Формы рассматриваются, в основном, как прообраз, предварительное, незрелое. Это, вероятно, одна из установок, как бы сказал Гегель, "метафизического" разума (т.е. "недиалектического"), одно из проявлений господства "тождества" над "различением" - как сказали бы постмодернисты.

И действительно, к примеру, яблоневое и вишневое цветение разительно отличимы от их позднейших плодовых результатов, как и головастики столь не похожи на взрослых лягушек. Однако мы видим в них по преимуществу предуготовление зрелых Форм, с которыми мы имеем дело в нашей определительно-классификационной мировоззренческой работе. Отходит на задний план не только подразумеваемая, но и прямо бросающаяся в глаза физически-бытийная разность, являющаяся основанием весьма разных качественных фаз бытия внутри одной Формы: будь то яблоневых, вишневых, лягушачьих и иных Живых Форм, в которых может менее физически наглядна подобная внутренняя разность.

Подобное мы видим и в отношении понимания "человеческой сущности", "человеческой реальности". И здесь на первый план выходит унификация общечеловеческого, заслоняющая просмотр разнокачественных доменов в человеческом существовании. Причем это не фигуральные выражения. Каждый из доменов ("юность", "зрелость", "старость") имеет вполне физико-онтологический фундамент телесных, витальных различений, находящийся в основании достаточно резко отличных, несопоставимых друг с другом, символически-смысловых "реальностей" внутри условно "общечеловеческой". Разумеется, эти домены-реальности взаимоскоррелированны и между ними идет конвертация смыслов, но это не отменяет их существенной самобытной разности.

Уяснение и фиксация этой самобытной разности важно методологически: для реального уравновешивания "различия" с "тождеством". Это означает признание того, что в человеческом существовании есть качественно-различные, самобытные области со своими внутренними законами, своим мировоззрением, не переводимыми полностью смыслами.

Одними из самых первых добились философско-мировоззренческой легитимации этнокультурные домены человеческого существования. Культурологи и историки убедительно продемонстрировали и сделали неоспоримыми утверждения об одновременно несоизмеримой символически-смысловой разнокачественности и общечеловеческой равноценности этносов, их культур. В основании этно-культурных доменов антропореальности лежат достаточно серьезные расово-физиологические различия, различия историко-культурных практик и ментальности. Во многом благодаря радикальной, наступательной позиции феминизма, особенно в последние полвека, происходит успешная философско-мировоззренческое соразмерение смыслов и легитимация половых доменов человеческого существования.

Аналогичная легитимация необходима и в отношении возрастных доменов человеческого существования. И, прежде всего речь должна идти о молодежи, т.к. люди зрелого возрастного состояния и так властвовали на протяжении всей письменной истории, и именно их психологические, физические и ментальные особенности являются денотатом Человеческой Формы как таковой.

Переживаемое нами время, особенно вторая половина ХХ века, действительно во многом несет черты новой глубокой антропологической революции, или, по крайней мере, нового "осевого времени". В 50-60-е гг. впервые в человеческой истории заговорили "великие немые": женщины и молодежь. Раньше за них все время вещали зрелые мужчины. Теперь же, впервые в истории, они заговорили сами: радикальный феминизм и начавшаяся с "битников" последовательность молодежных мировоззренческих манифестаций-контркультур.

В основании современного феномена молодежных субкультур[1] лежит общность антропологического характера: постоянное присутствие в обществе молодежного поколения, где "выбывающие" во взрослое состояние заменяются "вновь прибывающими из детства". Я полагаю, что три основные антропологические возрастные категории людей имеют свои специфические стабильные "символические реальности", продуцируемые долговременными физиологическими и ментальными качествами организмов молодых (homo novini), среднего возраста (homo matures) и пожилых людей (homo senex).[2] Это домены антропореальности, тождественные по своему статусу половым и этнокультурным доменам. Вот только унифицирующая познавательная способность в очередной раз растворила разнокачественность в одном качестве, правда "властвующем" качестве: зрелых людей. До них - еще недозрелые, несовершенные, после - уже выработавшие жизненный ресурс, уже теряющие Форму. Точно так же, как "мужчина", его символический мир и ценности являлись и являются образцом "человеческой нормы" или "североамериканский и европейский мир" - в отношении понимания "смыслов и целей истории человека".

Итак, в человеческом существовании наличествуют, по крайней мере, три возрастных домена, чья физиологическая и ментальная разность порождает разные самобытные автономные символически-смысловые реальности. Особенно сильно отличается первый домен от двух последующих в силу его формирующего характера (яблоневые, вишневые цветы, головастики).

Конфликтность и агрессивность этого возраста - не отклонение в развитии, не утеря контроля и воспитания со стороны взрослых, подвергаемые коррекции, а естественное выражение процесса самообособления, дистанцирования от мира взрослых. Он свидетельствует о наличии иной, "ювенильной" реальности или "реальности молодых", обладающей своими специфическими физиологическими и психоментальными основаниями.

Главное в физиологии homo novini: интенсивный физический рост, достижение оптимальных, "взрослых" показателей силы и восстанавливаемости, стремительное половое созревание в результате "гормональной атаки" внезапно и на полную силу включающихся желез, влекущих тела молодых к выполнению основного эволюционного предназначения.[3] Физиологические изменения могут объяснить повышенную возбудимость, спонтанные раздражительность и агрессивность, сексуальную озабоченность. Однако они не объясняют главного: конфронтационный настрой по отношению к миру взрослых, альтернативизм и попытки стихийного трансцендирования. Подобные признаки символической реальности молодежи производны от специфики их сознания.

Мне представляется, что базовым качеством "ювенильного сознания" является собственно детское сознание - сознание, характеризующееся рядом серьезных, отличительных от зрелого, черт. Это мифологическое, мифотворческое сознание, к которому приложимы его классические квалификации. Это стартовое, формирующееся сознание, имеющее следующие признаки. Первое: особый, исходный эгоцентризм, вбирающий в себя остальной мир и, одновременно; начало процесса самообособления как освобождение от "мира" и поиск своей аутентичности. Отмеченные признаки обуславливают иное отношение к миру, в отличие от "взрослого" объективизма: его субъективацию, интимизацию отношений с ним. Второе: явное преобладание воображения над памятью (= житейским опытом, рефлексией). Дети - стихийные идеалисты, магические личности, которые свои желания, притязания склонны принимать за реальную потенциальную силу формирования мира. "Реальность-для-них" более пластична и зависима от них, благожелательна и многообещающе-таинственна.

Этого не понимают (забывают) уже-взрослые, их сознание, приобретая собственно взрослое качество, постепенно перемещается в иную "плоскость" бытия, в иную реальность значений мира, которые продуцируются другими состояниями уже другого сознания. Дети инстинктивно тянутся друг к другу, т.к. только в детской группе они чувствуют себя в своей среде, в своей реальности, которая по своим ценностям, обычаям и законам резко контрастна в сравнении с миром взрослых, где последние не имеют здесь ни власти, ни влияния.[4]

Но детское сознание до подростково-юношеского возраста не конфликтует с базовой возрастно-антропологической реальностью. Ему просто нет до нее дела. До поры до времени - до физиолого-гормонального спурта переходного периода. Раздражительность и сексуальное возбуждение трансформируют чувственный опыт молодого человека, ставя его в противоречие с безмятежностью и условной правильностью вымысла детского сознания. Возникает фундаментальная мировоззренческая ломка на фоне дезориентации в "прежнем мире" и непонимании-неприятии нового мира, несомого новой чувственной практикой. Молодежь (15-25, плюс-минус 5 лет, в зависимости от индивидуальных особенностей) - это Детство в столкновении-трансформации-борьбе с взрослым миром.

Объективно-антропологическая задача молодого поколения: заменить поколение зрелых и дать жизнь новому поколению. Для того природа, генетическая программа обеспечивают молодежи повышенную витальную мощь, весь организм обладает лучшими показателями всех своих параметров, какие только возможны на всей жизненной дистанции. Эта мощь обуславливает большие амбиции к индивидуации и уникализации своего бытия[5], порождает перспективизм и революционность. Слабое ментальное обеспечение (отсутствие жизненного опыта, критической соразмеряющей способности рефлексии), инфантилизм детского сознания (преодоление проблем при помощи воображения, вымысла) сообщают неуверенность, дезориентацию, страх краха и позора. Так получается "гремучая смесь" вызова, эпатажа, дерзости, агрессии и растерянности, боязни, жалостливости к себе - "ювенильная реальность" в трансформации, на ее исходе в "зрелую, общечеловеческую". Собственно наша задача здесь и заключается в описании и объяснении экстремальных экспрессий трансформирующейся "ювенильной реальности": с одной стороны как естественно-антропологического явления, с другой - как его историко-революционного эсклюзива (начиная с 50-60-х гг. ХХ в.)

Однако осуществить свои притязания молодежь смогла только в ХХ столетии. Контркультуры были и ранее: первые оппозиционеры, возмутители спокойствия - философствующие бунтари (Сократ, киники, даосы и др.) и религиозные нонконформисты, начиная с Будды и библейских пророков. Тогда же сразу обозначились родовые признаки контркультур, "аутсайдеров истории": свобода, идеализм и индивидуалистичность.[6] Контркультуры постоянно присутствуют наряду с господствующими, так же как всегда определенной части людей присущ такой стиль жизни как "отступление" - отказ от ценностей доминирующей культуры, критика, но не открытое противостояние, а самозамыкание в рамках своей эзотерической общности (секты, объединения, движения, школы, "системы" и т.п.) Постоянство и спокойная протестная уверенность системно-оппозиционного контркультурного элемента индуцирует неизбежные последующие трансформации господствующей структуры.

Пассионарные, творческие элементы, движители подобных контркультур были, за редким исключением[7], людьми, перешагнувшими или находящимися около знаменитого рубежа (33 года), т.е. людьми уже зрелыми, созревшими. Ни молодежи, ни женщин не было в качестве активных, самодеятельных контркультурных персон, которые бы заслужили долговременные исторические репутации. Ситуация в корне меняется в ХХ веке, что было связано с глубокой демократизацией общества, с радикальным изменением качественного характера общественного развития: взвинчиванием темпов информационного, технологического прироста и связанной с этим смены образовательных и производственных парадигм; соответствующей перестройкой основных социальных структур и нормативно-ценностных систем. Причем масштаб происходящего, похоже, должен оцениваться в рамках всей эволюции homo sapiens - ведь не случайно же, что "проснулись" и заговорили "великие безъязыкие" (молодежь и женщины)! Сейчас об этом, особенно после О.Тоффлера, говорят уже многие. Тем симптоматичнее мнение ряда психологов и культурологов, которые одними из первых подметили необычное и сделали первые важные обобщения. Их положения проливают свет на основные аспекты причин "молодежной революции".

С биопсихологических позиций объясняли беспрецедентные явления ХХ века психологи В.Райх и Л. Демоз. Ллойд Демоз утверждал, что современное поколение в массе своей в целом быстрее психически и ментально развивается и сейчас "ребенок лучше, чем родители знает свои потребности на каждой стадии развития", утверждается "помогающий" стиль воспитания, которое приводит к появлению свободных и раскованных личностей".[8]

В.Райх еще в начале 30-х годов ХХ века заявлял о "биологической революции, на протяжении последних десятилетий охватившей человечество".[9] Правда Райх все сводит к легализации в общественном сознании и норматике детской сексуальности как естественной и одобряемой (онанизм и ранние половые связи). Тем не менее, он верно отметил существенные обстоятельства изменения экономического положения женщин, изменения прежних консервативных сексуальных ролей, серьезной влияние эффективной и доступной контрацепции на выравнивание для полов последствий сексуальной жизни. Его книга в свое время серьезно повлияла на формировании поколения, которое усвоило идею равноправия возрастов (молодежь должна обладать правами на сексуальную жизнь, тем более, что в силу физиологических особенностей это им нужно более, чем другим) и которое потом уже допустило существование собственно молодежных культур с их "эксцессами" (битники, хиппи), дала своим детям слово.

Однако, думаю, что наиболее четко и определенно схватила суть происходящего в 70-х годах, "по горячим следам" великих 60-х, весьма известная американская исследовательница, этнограф М.Мид. В книге "Культура и преемственность. Исследование конфликта между поколениями" она заявила, что современное человечество находится в "разгаре эволюционного кризиса", суть которого в "глобальном и всеобщем разрыве между поколениями". "Утвердилась форма нуклеарной семьи, близкие отношения между старшим поколением и внуками потеряли силу нормы, а родители, утратившие господствующее положение, решение задач разработки стандартов поведения отдали на откуп детям. К 1920 году задача выработки стиля поведения начала переходить к средствам массовой информации, решавшим ее во имя последовательно сменявших друг друга подростковых групп (курсив мой - В.К.), а родительская власть переходила в руки во все возрастающей враждебной и озлобленной общины". Возникает "новая культурная форма", имеющая новую антропологическую основу. "Сегодня же вдруг во всех частях мира, где народы объединены электронной коммуникативной связью, у молодых людей возникла общность опыта (курсив мой - В.К.), того опыта, которого никогда не было и не будет у старших … дети сегодня стоят перед лицом будущего, которое настолько неизвестно, что им нельзя управлять".[10]

Знаменитые 50-70 гг. ХХ века знамениты тем, что в это время появились группы молодежи, выдвинувшие из своей среды людей, способных четко, ясно и, одновременно, ярко и образно, выражать то, что владело умами многих. Заговорили не все, но некоторые, однако именно они стали кумирами и лидерами "ювенильной революции", сформировавшей традиции молодежных субкультур как контркультур и соответствующие им типы новых личностей.

Не следует, однако, представлять себе дело так, что были только они, известные сейчас многим - гениальные одиночки-бунтари или же замкнутые группировки в Париже ли, Сан-Франциско, Лондоне, Нью-Йорке или Лос-Анжелосе.[11] Я думаю, что их должно было бы быть все же поболее и, может быть, будут, или уже есть, недоступные мне сейчас исследования, которые выявляют те группы, которые оказались оттесненными славой и влиянием тех, кто стали новыми классиками. Ареал их появления - студенческие и рабочие молодежные среды наиболее развитых мультикультурных и культурно "уплотненных" мегаполисов наиболее развитых стран западного мира. Я предполагаю, что каждая из подобных национально-культурных сред была способна и производила свои характерные стили и мысли, однако "лейблами", знаменами стали стили и мысли, которые сейчас все хорошо знают. Причины того: интернационализация "мира молодежи" посредством электронной среды (радио, TV, затем Internet) и коммерческая политика информационных и музыкальных монополий.

Более яркие образы и мысли в одночасье становится известными "всему миру" (телевизионной аудитории, особенно молодежной), становясь феноменом "моды". Хотя имеются "альтернативные", "авангардные" или "региональные" моды, все же в общем пространстве внимания оказывается избирательно один стиль, хотя бы и временно. Информационно-развлекательные монополии - это, прежде всего коммерческие предприятия, их выживаемость и процветание зависят от умения, с одной стороны, выявлять и формировать действительные локусы внимания (т.е. то, что на самом деле интересно людям, пусть даже это и не совсем образцовые интересы) и, с другой стороны, в полную силу эксплуатировать найденное, закрепляя и сакрализуя его: это рентабельнее и надежнее, чем постоянно искать и разнообразить общественный локус внимания. Знакомое и знаменитое всегда легче продавать. Даже самые, казалось бы, эпатажные либо непристойные образцы поведения и одежды, шокирующие первоначально приличную публику, постепенно превращаются в привычное и узнаваемое, моду и продаваемое.[12] Это повторялось на протяжении последних 50 лет. Справедливости ради стоит отметить, что внутренне независимые и честные лидеры молодежных контркультур прекрасно отдавали себе в этом отчет и в меру своих сил противостояли мягким удушающим объятиям рынка, Системы, хотя, в конечном счете, не могли избежать коммерциализации - жизнь есть жизнь.

Таким образом, хотя феномен "молодежных контркультур" имеет отчасти интернационально-рыночное происхождение, все же в свое основе - это свидетельство, прежде всего глубоких антрополого-культурных сдвигов. Мировоззренческий радикализм контркультур молодежи должен быть концептуализирован и понят - в контекстуальном и смысловом отношениях.

Говоря о контркультурах, следует также помнить об их "эзотеризме". Несмотря на всю их известность и моду", все же большая часть молодежи "проходит свой возраст" в более нормализованных по степени конформности, т.е. не таких обстренно-протестных, более традиционных, формах оппозиции миру взрослых: таких как уличное либо школьное хулиганство, дворовые "команды".[13] Да и для многих, кто пытается идентифицировать себя с идеями и стилями существования "бунтарских" либо "эскапистских" групп - это зачастую лишь мода, форма престижного досугового потребления (днем студент, вечером - панк). Предметом же нашего изучения здесь являются "идейные", основатели этих движений, "идеологи", лидеры, "святые подвижники", как и их "ближний круг". Наши фигуранты создали свои литературу, искусство и философию, сформировали свои "символические вселенные", определили свои пути трансценденции. Они максимализировали, метафизировали в своей специфично-возрастной манере протест и "восстание" антропологических аутсайдеров - молодежи, которая ранее до того была под контролем и безмолвствовала.

Последнее пятидесятилетие - эсклюзив молодежных контркультур. Такого ранее просто не было. Мы включили в фокус нашего внимания наиболее крупные, качественные, устойчивые контркультуры: битников, хиппи, панков, скинхедов и рэп-культуру.[14] Наша задача - сопоставительный смысловой анализ их взглядов на себя и мир, жизненных мотиваций и целей. Попробуем понять: чего же они хотели, и что им не нравится в мире взрослых. Также важно иметь идентификационные представления о разности этих основных молодежных контркультур или "контркультурных фриков" как иногда они сами себя называют.

Сначала общие соображения, возникающие при последовательном знакомстве с материалами молодежных культур. Каждая из них формируется на основе своего специфического "социального ядра", т.е. ее лидеры, идеологи, активистская часть имеют происхождение из определенных слоев общества, характеризующихся своим образовательным уровнем, специфическим кругозором, поведенческими стандартами. И хотя контркультуры в первом появлении, расцвете захватывают через моду и СМИ внимание большинства молодежи данного времени, потом, по прошествии нескольких лет, "попутчики" из инородных слоев уже не склонны идентифицировать себя с чуждым себе стилем. Проходит скоротечная мода, приходит взросление, контркультура же остается даже и после взросления лишь в сознании тех, кто ее "делал".

Началось все там, где оказалась наиболее развитая в интеллектуальном и образовательном отношении среда: у молодежи среднего класса американских мегаполисов (битники и хиппи). Социальной средой панков уже полагают нижние слои среднего класса и рабочих, которые составляют также и "гумус" для скинхедов. Хип-хоп культура изначально продуцируется представителями определенной расовой группы - черной молодежи из беднейших кварталов мегаполисов. Есть некоторая закономерность "нисхождения" молодежной оппозиционности, проявляющейся в последовательности контркультур: от среднего класса к слоям на грани пауперизма. Я не утверждаю, что социальное происхождение детерминирует контркультуры по содержанию - нет, как мы убедимся, их смысловые структуры более схожи между собой, т.к. они представляют, прежде всего, свою возрастную, антропологическую категорию - homo novini. Однако социальное происхождение определяет исходные стартовые условия личностного развития: образовательный уровень и поведенческие стандарты. Также и степень конфронтации (озлобленности) будет зависеть от кругозора, степень вменяемости и толерантности - от соответствующих стандартов среды.

Пятьдесят лет дают нам пять крупных, бесспорных молодежных контркультур - практически по 10 лет на каждую из них. Полное время поколения, называемого "молодостью" (где-то от 15 до 25, плюс-минус 5 в зависимости от индивидуальных особенностей). Я имею в виду прежде всего периоды их расцвета, утверждения, когда они производят в полной мере эффект новизны и альтернативы. По аналогии с веберовским анализом эволюции религий, это ранняя стадия "мистического напряжения", воодушевления, когда действуют лидеры-установители, охваченные порывом открытия "последних истин". Потом, конечно, могут быть "вторые", "третьи" волны, "возвращение к истокам", однако звездный час движения уже миновал - они стали лишь "одним из" ассортимента "общественных блюд" (стилей жизни).[15] От контркультуры - к субкультуре. Такова логика их развития. Пожалуй только битники - высшая элитарная контркультура интеллектуалов (Дж.Керуак, Дж.Берроуз и др.) снизошла в молодежную среду (хиппи), навсегда оставшись гениальным индивидуально-творческим проектом.

Хотя каждая из рассматриваемых контркультур по отношению к другим, соперникам и по отношению к "миру" выступает консолидировано, но внутри своей среды она каждый раз распадается на отдельные различающиеся сегменты. Это происходит вследствие личностно-типологической дифференциации, которая есть в любой среде, в том числе и в молодежных. И во взглядах представителей контркультур отчетливо можно наблюдать дифференциацию на "идейных", "бунтарей", "эскапистов" и "гедонистов". Первые озабочены стандартизацией, унификацией, кодификацией и сакрализацией. Проще говоря, их волнуют, прежде всего, смысловая отличность и значительность, выражаемые в разного рода "манифестах", четкое позиционирование себя в отношении других идеологий. "Бунтари" озабочены желанием как можно более быстрого и решительного изменения социального мира. Мотивы "революции" присутствуют в любой из обозначенных контркультур, даже у беспомощных в интеллектуальном отношении скинов и рэпперов. "Эскаписты" - наиболее привлекательный типаж личности, который, выбрав свой жизненный стиль, взгляды, не мешают жить и другим так, как те хотят. Вместе с тем, пресекают попытки вторжения в свой внутренний мир неуемных "других". Однако всегда большинство, в том числе большинство и в контркультурах, составляют "гедонисты", люди, для которых важнее всего оказываются удовольствия. Причем это не разумный эгоизм Эпикура, у которого разумение оказывается первоосновой существования и определения целесообразности удовольствий. Нет, это скорее радикальный гедонизм Аристипппа: главное - удовольствие и совершенно не важна его цена. "Здесь и сейчас!" и к черту любые правила и мера.[16]

Таким образом, хотя контркультуры битников, хиппи, панков, скинхедов и рэпперов различны, представляя собой достаточно разные "ценностно-смысловые универсумы", вместе с тем, они имеют существенные общие признаки. Они выражают один, общий экзистенциальный опыт одной антропологической категории. Внутри каждой из них наличествуют одни и те же личностные профили (идейные, бунтари, гедонисты, эскаписты). При всех межкультурных конфликтах они сознают свою общность и преемственность. Хиппи считают своими "духовными отцами" битников, панки полагают, что они "подхватили знамя", выпавшее из рук хиппи, скины признают большое влияние на них первой волны, "панка-77".

Таким образом, мы имеем все основания для сравнивающего смыслового анализа. Как он будет организован? Имеется исторический ряд контркультур. Несмотря на необходимые оговорки о самостоятельности и ценностной несоизмеримости контркультур, мы можем утверждать, что одна из них, изначальная, битников, может считаться базовой, "архетипической". Последующие были во многом ее "эманацией". Разумеется, это метафора, однако ее резоны можно представить следующим образом.

Во-первых, контркультура битников-хиппи установила недосягаемый (философский, литературно-художественный, интеллектуально-эстетический) исходный образец современной контркультуры вообще, парадигму, набор ключевых символов.

Во-вторых, только эта контркультура породила действительно массовые молодежные движения и социальные акции (феминистские, экологические, антивоенные, Вудсток, молодежные "восстания и революции"), равно как и паническую реакцию власть предержащих, которые в дальнейшем все нашли средства приручения и локализации контркультур.

В-третьих, контркультуры в последующем развивались уже экстенсивно, через проникновение (эманацию) в менее образованные, менее статусные слои молодежи. Причем пока далее базовая модель интенсивно не развивается, просто лишь скорее репродуцируются ценности и идеалы old hippy (старых хиппи).

По этим соображениям мы выбрали способом изложения представление "архетипической" модели (контркультуры битников-хиппи) с дубль-комментариями остальных моделей (панк, скинхеды, рэпперы).

Паттерн структурной оценки мира[17] в мировоззрениях молодежных контркультур абстрактен и туманен. Мир плох и несовершенен - с этим согласны все контркультуры. Однако вопрос "почему?" это получилось, ими практически не ставится. Кроме смутных наитий у битников и хиппи. Упор в основном делается на вопрошании "кто виноват?", на поиске и идентификации социальных сил и условий, которые препятствуют другой возможной жизни. Чем малокультурнее, менее образованнее среда, служащая исходным основанием молодежной контркультуры, тем более конкретно-адресно указание на "врага", тем более связана негация с "традиционными врагами" мелкобуржуазной и рабочей среды или же этнических гетто. "Мы ненавидим богатых, ментов, фашистов и политиков"[18] - краткое определение списка скинов-традов, т.е. тех, кто дистанцируется от наци-скинхедов. В западных обществах расизм, национал-социализм, мужской шовинизм, ксенофобия и гомофобия давно стали непристойностями. Но не в России. Наши Питбули, Кулаки и Молоты[19] полагают себя скорее социальными "санитарами". Кто мешает жить? Эмигранты, проститутки, бомжи, наркоманы, секс меньшинства и предатели Родины". Зачем ссориться с теми, кто имеет силу? Это западные скины-трады могут еще выставлять счет людям, которые обуяны частной собственностью, не умеют жить свободно. Для наших, политически ангажированных "справа", скинов объектами их ненависти и виновниками оказываются те, кто сам гоним, аутсайдеры.

Еще более явственно проявляется зависимость мировоззрения от "социального происхождения" у носителей хип-хоп культуры, рэпперов, вышедших из криминальных черных гетто Америки, озабоченных сначала только тем, чтобы "быть круче, чем все чуваки"[20]. Конечно, впоследствии рэп и хип-хоп культура получила более пристойное и более разнообразящееся развитие, включая тех же белых рэпперов. Однако первые, искренние выражения ненависти всем не-черным, впрочем, как и не-нашим черным, женщинам и голубым, показывают полнейшую невежественность и связь с почти мифологическими этническими предрассудками.

Гораздо более определенное структурирование значений мира мы находим в панк-культуре. Они ухватывают метафизическую суть молодежного протеста, всегда направленного, независимо от среды происхождения, против власти старших возрастных групп. "Власть в любом государстве - это свиное рыло. Панк - это жирный плевок, один из способов показать этому свиному рылу его стойло".[21] Причем "рыло" имеет все же три ипостаси: государственная машина, корпорации и шоу-бизнес. Эти структуры нормируют, подавляют, отравляют жизнь людей, особенно молодых.

Однако хотя анархизм панк-культуры выглядит настоящей метафизикой в сравнении с незатейливыми скинами и "просто рэпперами", но и он представляет собой скорее вульгаризованный дубль исходного "Единого" (битников и хиппи). Отцы-основатели - талантливые писатели (К.Кизи, Дж.Керуак, А.Гинзберг, Г.Корсо, У.Берроуз и др.) и экспериментаторы "жизненных стилей" (Т.Лири, У.Берроуз и др.) выработали свою оригинальную, спорную, действительно "контр-" мировоззрение. Вопрос "Кто виноват?" не ставится, вопрошается скорее: "Каков тот образ жизни, которому мы противостоим?"

Битники и хиппи обозначают этот образ жизни термином "Система", противопоставляя ей свою "контр-Систему". Есть и другие метафорические названия, типа "Большая Ложь", "Большой Брат", "Комбинат" и пр. Это унылое, унифицированное общество, где все программируется жизненным ритмом "с 9 до 5"[22]. Города, колледжи, кампусы - "питомники безликой мещанской одинаковости: аккуратные домики с газонами и телевизорами, и в каждом домике перед телевизором сидят люди и смотрят одну и ту же передачу и мысли у них одинаковые … Это безликая, бесчудесная, обожравшаяся цивилизация … у них сортиры с белым кафелем, где они много и грязно гадят, как медведи в горах".[23]

Причем люди-то сами по себе, по отдельности, могут быть вполне приличными и хорошими, но сама Система, взаимная суггестия, порождают великую Майю, иллюзорную реальность. "Люди ведут себя как будто во сне, будто они сами сны. Они потому не видят реалий красоты … "Они" знают все и слушать не хотят "глупых" молодых людей, непрактичных дураков, не понимающих смысла и значения этого очень важного и реального мира".[24]

Вообще архетип "сна-кошмара" или наведенной иллюзии, неотличимой от реальности, замещающей реальность, в котором все статично предсказуемо, можно назвать ключевой в характеристике "плохого социального мира" со стороны "разбитого поколения". "Рынок психического обмана так же ломится от товара, как и магазины, … любая беседа растворяется в космической тупости. Люди сидят за столиками кафе, тихие и разобщенные. Как камни. Никакая близость, кроме физической, невозможна. Экономические законы, не затронутые никакой гуманностью, ведут к установлению предельной статичности".[25]

Сами ментальная одинаковость, конформизм производятся Системой, которая в случае надобности "вправляют" мозги "чересчур вольным". "Комбинат - это громадная организация, которая стремится привести в соответствие с Порядком внешний (социальный) и внутренний миры".[26]

И хотя ключевые узлы Системы, такие как "Фабрика", "Большой Брат" или "Большая Ложь", вызывают ненависть у представителей этой молодежной контркультуры, однако все же не сами люди-исполнители, сами являющиеся лишь винтиками этого нечеловеческого порядка, того, что экзистенциалисты называли Man. А может организующая инстанция и выше? "Кто смеется дико над Гарри и Диком, под чью мы пляшем дудку, кто век за веком смеется над человеком, почему изначально эта жизнь так печальна и кому это нужно, чтоб было так скучно? … Что же реально?".[27]

Критическое отталкивание от мира порождает собственную значительность. Самоописание, самоидентификация одновременно конституируют свои жизненные алгоритмы - это путь автономизации любой группы, любого коллективного "мы", тем более тех их радикальных разновидностей, которые выстраивают сознательно конфликтные отношения со своим окружением. Молодежные контркультуры довольно серьезно озабочены ответами на вопросы: "Кто мы? Чего хотим?" и утверждением своей значительности в обществе и в мироздании. Сама юность - это кризис детской идентичности и формирование, в отталкивании от имеющихся взрослых образцов, собственной. Новое поколение настроено каждый раз на "беспрецедентность" - это форма притязаний на те места, которые всякий раз "уже", но только "еще", заняты.

Самопрезентация группового "мы" молодежных контркультур имеет три уровня: 1/ характерный внешний облик, специфический язык и своя, фирменная музыка (стиль); 2/ ценности и идеалы, стереотипы поведения в своей среде и с окружающими: 3/ свое предание, авторитеты и своя "философия". Также, как и везде, и в молодежных контркультурах по-разному относятся к подобным идентификационным признакам. Есть те, для кого они становятся их собственными, личностными, а есть и те, для которых они условность моды или игра, временное состояние. Вторых, "гедонистов", оказывается все же большинство, чем "идейных". Взрослея, "гедонисты" покидают ряды молодежной субкультуры, но остаются "идейные", стареющие хиппи, панки, скины, превращающиеся в "хранителей традиций племени", "племени молодых". Тело их стареет, но сознание остается в прежнем, самообретенном формате. В том и отличие "идейных" - они сами создают "свои реальности". Старый хиппи на своем сайте горестно и недоуменно вопрошает: "Где те миллионы, которые маршировали и протестовали в 60-е?" И отвечает себе: "Остановились искать и пробовать, обзавелись семьями, приобрели работу, стали частью Системы".[28]

Представлять стилевые характеристики внешности и одежды молодежных контркультур вряд ли имеет смысл - многие могут живо их себе представить. Также понятна общая интенция этих внешне-стилевых различий - акцентировать посредством эпатажа свою особенность, каждый раз оказывающуюся затаенной претензией на неординарность и значительность: "Мы не такие как все. Все остальные не могут быть такими, а мы можем". Для того и длинные волосы, цветистость хиппи; цветоволосянная феерия на голове у панка или же обритость скина; кожа, цепи или армейские ботинки, подтяжки навыпуск и пр. Каждая молодежная контркультура вырабатывает свой слэнг и свой музыкальный стиль. Но вряд ли мы сможем обнаружить на этом уровне серьезные смысловые отличия. Эти отличия возникают на поведенческом уровне: их времяпрепровождение и как они его себе обосновывают.

Что нужно молодежи? Это нетрудно себе представить - разумеется, все же при известном напряжении памяти - любому взрослому и родителю. Чего больше всего хотели вы, будучи ребенком и чего, как вы думаете, желает ваш ребенок? Ну, конечно же, свободы и самостоятельности. Свободы от вашей родительской власти, как бы мягка и демократична она ни была, как и свободы от контроля других взрослых, причастных к манипулированию.

Молодежные контркультуры - экстремализация эмансипационных притязаний homo novini. Это стремление к свободе "от" давления, нормируемости, зажатости и стремление к свободе "для" выбора, самоопределения, жизненного экспериментирования.

Безумствования молодежи контркультур (постоянные пьянки, жизнь обособленно от социального мира, коммунами, сквотами, свободная любовь и пр.) - отчаянная попытка вырваться из "общества спектакля и потребления". Они не хотят ждать - "здесь и сейчас!", резонно предчувствуя рационалистическую трансформацию своего сознания и превращение в среднестатистического обывателя, чьи мозги подчинены переключателю (программ ТВ). "Живи быстро - умри молодым!" - лозунг панка первой волны (1976-78 гг.) явился, думаю, квинтэссенцией подобной "отрицательной свободы" и панического ужаса наиболее думающей и свободолюбивой молодежи перед предстоящей "лоботомией".

Большинство молодежных контркультур удовлетворяется вызывающим поведением и времяпрепровождением. Это если и не приветствуется взрослым обществом, но терпится: "молодежи надо перебеситься, чем бы дитя ни тешилось …" И на самом деле, так оно обычно и происходит. Из молодежных контркультур лишь хиппи и панки разработали свои идеалы позитивной свободы, объявив ее своей высшей ценностью. Свобода делать так, как хочешь, идти, куда вам заблагорассудится, и быть открытым для новых опытов. Свобода нужна не сама по себе, а как условие персонального роста, внешняя свобода - путь к внутренней.[29] Быть внутренне свободным и принимать необходимое участие во внешнем мире. Десятилетия жизни Системы хиппи и DIY-культуры панков в соседстве с Большой Системой показали, что свобода для них - это также и ответственность (перед своими за выживание), умение адаптироваться, способность к компромиссам. Значит, все же, радикализм переведен в русло плюрализма и взаимной терпимости, но ведь и Большая Система изменилась в противостоянии с контркультурами молодежи.

Это можно проиллюстрировать на примере так называемой "сексуальной революции" 60-х, в которой есть бесспорный вклад битников-хиппи. Что еще, кроме свободы, нужно молодым? Конечно же - любовь, к тому зовут молодых "включающиеся" на полную мощность железы и зов видового долга. "Все, что тебе нужно, это любовь!" (All You Need Is Love!) - провозгласили "The Beatles". О том же спустя почти 40 лет, но уже по-рэпперски, т.е. очень просто и доходчиво, говорит и один из кумиров рэпа KRS-One: "Наша первейшая биологическая потребность состоит в сексе и насилии. Пойдете вы у нее на поводу или сдержите себя, зависит от вашего умонастроения".[30]

В Америке 50-х, как и в России советского периода, царили представления ханжества, сексуального невежества,[31] романтической любви, строгой моногамной семьи и резкого осуждения "сексуальных извращений" типа ранней, однополой и внебрачной любви. Может это и близко сердцу пуританина, ортодоксального марксиста или просто усталого человека среднего возраста, но никак для неутомимой молодежи.

Как и любой революции, сексуальной предшествовало Просвещение: проявляются знаменитые научно-популярные книги о сексе (спустя более 30 лет переведенные и изданные в России), развернулось непподельно заинтересованное обсуждение тем половой жизни в СМИ, появилась секс-ориентированная реклама, мода (мини-юбки, прозрачные блузки, обтягивающие джинсы и пр.), порноиндустрия. Главное, однако, состояло в том, что благодаря появлению массовых доступных и эффективных контрацептивов мужчины и женщины были уравнены в отношении последствий полового акта. Женщины активно пользовались своей новообретенной свободой - к радости большинства мужчин.

Конечно, как всякий революционный порыв, практика "свободной любви" породила много эксцессов, когда молодежь самозабвенно спаривалась везде, где можно и где вроде бы и нельзя. Маятник отношения к любви качнулся в противоположную от пуританства[32] сторону вседозволенности.[33] Сексуальная любовь стала обычным товаром широкого потребления, особенно в коммунах хиппи. Правда, не было еще СПИДа, но венерические заболевания были обычным делом.

Главные принципы "свободной любви": поощряемая спонтанность сексуальной активности и экспериментирования (групповой секс, секс с несовершеннолетними, гомосексуальность).[34] Хиппи объявили "устаревшей" моногамную любовь и брак. Любовь сопряжена с постоянной свободой, она существует, чтобы быть разделяемой свободно. Любовь не только сексуальная. В широком смысле любить - означает принимать другими такими, какие они есть, давать им свободу выражать себя и не судить их исходя из того, что лежит на поверхности. Многие "идейные" хиппи понимали, что суть "свободной любви" не в сексуальной распущенности - это "издержки", "болезнь роста", а в либерализации, демократизации в такой корневой и наиболее консервативной антропологической сфере как отношения полов. Устранить мужское собственничество и сексуальное порабощение женщин - это, кстати, прекрасно поняли радикальные феминистки - главная цель "сексуальной революции", которая в принципе отвечала глубинным интересам прекрасного пола.

Другое важное, и уже ставшее традиционным, проявление "своей свободы" в молодежных контркультурах - употребление наркотиков. Это гораздо более серьезное испытание, чем "свободная любовь". Оценка этого феномена и отношение к нему самих деятелей контркультур различно. Первоначально это восприятие в отношении некоторых специфических наркотиков, которым была создана репутация безвредных (марихуана, мескалин, ЛСД) было позитивным. Протрезвление смертями (Дж.Моррисон, Дж.Джоплин, Дж. Хендрикс, О.Хаксли и др.) сделало это отношение у хиппи амбивалентным: уже не говорится о "ЛСД-революции", но остается все же "Люси на небесах с алмазами (The Beatles), т.е право каждого на свой страх и риск пробовать проникать к себе через химические "двери восприятия". Первая волна панков (1976-78 гг.) уже относилась к наркотикам как к осознанному средству саморазрушения: "Destroy!" Большинство современных молодежных контркультур относится к наркотикам, как, впрочем, и к алкоголизму, так же, как и хиппи, амбивалентно: как к теневой, необходимой стороне своей жизни.

Но в "золотой век" молодежной контркультуры, время битников и хиппи, 50-60-е гг. все представлялось иначе. Осознанное использование психотропных средств в целях самопознания (не гедонизма, не "кайфа"!) - наиболее яркое свидетельство радикализма молодежной контркультуры. Характерно, что исследовательские задачи были поставлены радикалами среднего (У.Берроуз, Т.Лири) и даже пожилого поколений - Олдос Хаксли написал свои "Двери восприятия" (Doors of Perception, 1954) как самоотчет о "ЛСД-путешествиях", когда ему было 60 лет.

Открытие ЛСД и возвращение к древней практике употребления галлюциногенов естественного происхождения типа мескалина и псилобицина провозгласили "спасением нашего страдающего биологического вида от невыносимой самости и отвратительной среды окружения".[35] "Философию ЛСД" О.Хаксли и Т.Лири можно изложить следующим образом.

То, что мы называем реальностью, на самом деле есть убого малая часть отражения, чувствования настоящего мира, внешнего и внутреннего. Это убого малая часть или картина мира среднестатистического человека, цивилизации формируема узурпирующей частью нашего сознания, "я" и его активистским стилем жизни. Мозг и его имманентная форма психической организации ("я") обслуживают выживание индивидуального тела и вида (общества). В целях этого выживания мозг, "я" фокусируют наше восприятие, внимание только на жизненных проблемах и при помощи соответствующих представлений и понятий, обслуживающих решение этих проблем. В итоге, "большинство мужчин и женщин ведут жизнь, в своем худшем виде настолько мучительную, а в лучшем - настолько монотонную, бедную и ограниченную, что позыв бежать от нее, стремление превзойти ее хотя бы на несколько мгновений есть и всегда будет одним из основных аппетитов души".[36]

Казалось, нашли[37] более эффективные и безопасные (в плане физической зависимости, саморазрушения, нарастания толерантности, токсикации после приема) психотропные средства: те же ЛСД, мескалин, псилобицин и др. Единственными недостатками считали долгое их действие (до 8 часов мескалина) и соответствующую социальную неадекватность потребления. Однако и в этих случаях какие-то изменения все же происходят, и за все в этой жизни надо платить, тем боле за феерически необычные ощущения, которые так красочно описывают О.Хаксли и Т.Лири. Все же Хаксли умер (22.11.1963) во время ЛСД-путешествия, хотя и, как подчеркивают хиппи-теоретики, преднамеренно. Однако главное в другом. Как всегда, для большинства важны не мысли и самопознание, а необычные ощущения, удовольствия, кайф. Тем более, что самоконтроль, выдержка - качества все же наживные, свойственны людям более зрелого возраста. Молодые в массе своей - "прирожденные гедонисты" ибо обладают пока еще совершенным "инструментом" наслаждения: своей молодой, еще неутомимой плотью, свежестью восприятия. И если в отношении "свободной любви" их благословляет сам вид, то "химические каникулы" затем оборачиваются инфернальной реальностью хронической наркомании: удовольствие от легких наркотиков быстро притупляется, употребление прогрессирующе "утяжеляется". Химическая дверь в стене трансцендентального опыта оказывается дверью в страшный мир "торчков" (наркоманов) и "мусора" (наркотики по их же слэнгу). Даже неутомимый "натуралист" У.Берроуз, сумевший все же выскользнуть, в конце концов, из "объятий мартышки", провел в "этом шалаше" 15 лет. "В мире мусора, - пишет он, находясь попеременно в "разных реальностях", в знаменитом "Нагом обеде", - ничего никогда не происходит … Он насквозь пропитан запахом смерти … Никто не в состоянии дышать и чуять ее запах сквозь розовые спирали хрящей, окаймленных кристальными соплями, говном времени и плотскими фильтрами черной крови как кружевом…" Предел этого: "полнейшее отсутствие аффекта, аутизм, практически полное отсутствие деятельности мозга".[38]

Было бы наивным, однако, считать, что "Sex, drags and rock'n'roll" - это есть то, к чему только и стремятся все молодежные контркультуры, их всеобщие ценности. Хиппи и панки, как уже было отмечено, - выразители протестных настроений скорее молодежи высших и средних слоев населения, хотя к ним могли примыкать и развитые представители более низших социальных страт. Хиппи и панки никогда, даже в периоды своей наиболее шумной известности, в 60-е, конце 70-х, не составляли молодежного большинства. Большинство - это всегда "массы". "Массы" зрелых индивидов вырастают из "масс" молодежных. Протестные настроения последних очень просты и никогда не носили по-настоящему контркультурного характера. Их традиционная форма - деревенское, дворовое хулиганство: пить водку, драться и "снимать как можно больше телок". Керуак пишет в "Бродягах Дхармы" о встречах дзэн-буддиста, "бхикку" Рэя Смита, путешествовавшего автостопом, с американским "гопниками" - "джинсовыми Элвисами Пресли, ждущими кому бы морду набить".[39]

Однако в период "всеобщего поумнения" или, говоря по - научному, общего подъема культуры, образованности, стандартов индивидуальности, даже эти традиционные слои молодежи пытаются создавать свои движения. Скинхеды ("моды" 60-х) - яркий образчик рационализации в среде "гопников", "джинсовых Элвисов Пресли". По большому счету их культуры и "контр-" то назвать нельзя, разве что "суб-". Кроме "наци" разновидности, которая есть активно используемая молодежная "хулиганская" карта в грязных политических играх взрослыми дядями, большинство западных и американских скинхедов ("традов") принципиально аполитичны и им плевать на контркультурные изящества.

"У нас нет никаких идей. Мы ни за что не стоим. Не надо нас мерить согласно законам современного безнравственного мира, где ущербными людьми двигают бредовые идеи…" Что же им нужно? "Для нас важно выглядеть сильными, быть чистыми - не только в одежде, но и в мыслях и поведении, всегда держаться своих друзей и радоваться жизни, создавая беспорядки в дни концертов и футбола".[40] Воистину, божественная простота.

Риторика благородного протеста против "тупых обывателей" и "продажных политиканов", присутствует, впрочем, и здесь. У некоторой, "идейной" части скинов. Куда деваться? В наше время даже просто бить в морду без "идеи" вроде как и не прилично. И не случайно, что все же именно скины легко впали, а в России так там пребывают почти все время, в шовинистический искус ксенофобии, расизма, гомофобии, который душевно-органично близок примитивному складу ума.

Но и эти "идеи" по большому счету чужды им сами по себе, по смыслу. Они - только наиболее простое и доступное для их понимания средства сообщить себе некую респектабельность. Для большинства этой публики мотивы "стать скином" архаичны и просты, как для сотен поколений деревенских хулиганов: "для меня это был удивительный способ внушить людям уважение к себе. Держусь я в своих ботинках и подтяжках спокойно, сильно и гордо. Они не могут быть такими, а я могу".[41]

Ценности скинов просты и понятны: "любовь подружки, поддержка друзей, успешное выступление любимой группы"[42] и победа твоей футбольной команды.

Столь же не политизированы и "не контркультурны" образ жизни и ценности "хип-хоп культуры". Их экстремизм, как и у скинов, скорее поведенческо-бытовой. Это проявляется как "уличный стиль жизни": 1. музыка (рэп, электро); 2. внешний вид: широкие штаны и бейсболка задом наперед в любое время года; 3. танцы би-боинг (брейк-данс); 4. граффити[43]; 5. экстремальный спорт (сноуборд, ролики и т.п.), тусовки в ночных клубах.

И все же беспрецедентное место в мирочувствовании молодежи играет музыка. Я думаю, что это объясняется особенностями ментальной организации молодежной возрастной категории: преобладанием воображения над памятью и рефлексией. Самовыражение при помощи книг, фильмов, произведений, требующих навыков сосредоточенности и долгой последовательной работы есть характеристика последующих возрастных групп. Песня в контркультуре - преобладание экспрессии энергичного резкого ритма (как и в изобразительном искусстве, граффити), слова-лозунги, дающие простор интерпретирующему воображению как массовому со-творчеству романтичной и прекрасной ювенильной реальности. Рок-н-ролл (в широчайшем смысле "молодежной музыки") - действительно адекватный способ самовыражения этого возраста в описываемое время.

Соответственно, основополагающее влияние на выработку ценностей, идеологий молодежных контркультур оказывали и оказывают музыкальные кумиры: "The Beatles", "Doors", "Rolling Stones", "Sex Pistols", "Clash", "Crass"[44] выражали лозунги, императивы молодежных настроений, осмыслений мира, протеста. Музыка, песни в стремительных либо надрывных ритмах - такой же органичный и целостный способ душевного самовыражения для молодых, как трактаты, манифесты и программы для среднего рационалистического возраста. Жить не программой, а настроением, порывом - в чем и залог искренности и святости, здесь истина, которую не подделать, не сконструировать. Это творится сочетанием именно звуковой тональности вибрирования души и образно-текстовым рядом разума. Если это рождено не спонтанно и порывно, то будет фальшиво и натянуто, будет не воспринято другой душой. Молодежь выражает себя именно так в своей музыке и этот "тамтам" тут же звучит в миллионах подобных душ. Потому молодежная музыка[45] означает нечто гораздо больше, явление иного сущностного ряда, чем просто музыка, каковой она является для других поколений: развлечение, помогающее релаксировать и жить. Таким образом, мы имеем дело с действительно специфическим стилем жизни, который коррелятивен и адекватен психоментальным особенностям этой антропологической категории.

Из того следует взаимопереплетенность истории контркультуры с историей ее музыкального стиля. Парадоксально, но здесь "культовая группа" выполняет в истории молодежной контркультуры роль своего рода харизматического лидера. Талантливая музыкальная молодежь, составляющая "культовые группы" и их музыкальное окружение, находит свой яркий музыкальный стиль, что является для молодежной аудитории решающим доказательством их мессианской природы, ведь они же должны быть действительно "новыми", небывалыми (homo novini). Благодаря современным техническим возможностям (радио, ТВ, звуко-видео-записывающая индустрия, Internet) они сразу имеют миллионную интернациональную "паству". Возникает уникальный феномен почти "мистически-живого" душевного, смыслового единения миллионов душ, подобно тому, что происходило и происходит в сектах между харизматическим лидером и внимающими ему, доверяющими ему людьми.[46]

Конечно, есть в контркультурах и другие ключевые фигуры, не являющиеся музыкантами: организаторы политических акций или свои философы (типа Т.Лири, радикальных феминисток), но они, в лучшем случае - "менеджеры" контркультуры. "Культовые группы" - душа контркультур. Это не "штаб", не "руководящая и направляющая" сила. Это больше. Молодежь и ее музыка - спонтанный жизненный поток, где нет целерациональности, есть просто иная, но настоящая и непонятная другим поколениям жизнь.

Одни "культовые группы" существуют почти десятилетие (The Beatles), другие саморазрушаются в течение нескольких лет (панк-группы первой волны). Можно подметить явное единство, синхронность в духовно-смысловом развитии контркультур с соответствующими "волнами" и периодами их музыкальных стилей. Упадок и распад контркультур как массовых движений связанны именно со смертью кумиров или распадами (либо "предательствами") "культовых групп", а не с экономическими кризисами или компаниями дискредитации в СМИ. Смерть Дж.Моррисона, Дж.Джоплин, Дж.Хендрикса, распад "The Beatles" приводят на рубеже 60-70-х гг. к глубокому кризису хиппи, когда в Системе хиппи остались только "идейные", способные охватить и воспитать лишь ограниченное количество учеников. Волны панк-культуры, хип-хоп культуры также скоррелированны с периодическими музыкальными обновлениями, но не столь фатально как у хиппи: последующим никогда не доставало и не достанет такой массовости и эффекта действительно революционной новизны и тотальности.

Потому, резюмируя взаимосвязь молодежных контркультур и их музыки, можно подтвердить уже со стороны философской рациональности правоту неоднократно звучавшего из уст разных поколений контркультур лейтмотива: рок-н-ролл (хард, панк, рэгги, рэп, хип-хоп и пр.) - это стиль жизни. Гибнет одно, сгинет другое или остается печальное "рок-н-ролл мертв, а мы еще нет".

Другой признак автономизирующихся групп, противостоящих своему окружению - создание своей мифологии, героической истории[47] и философии. И самая большая проблема "респектабилизирующейся" группы состоит в том, чтобы взрастить в своих рядах идеологов, способных профессионально, т.е. как писатели или философы, выразить особенности мировоззрения, цели ярко и привлекательно. Больше всего в этом отношении повезло хиппи, которые сами во многом были порождены, инициированы битниками, которых с очень большой натяжкой можно назвать "молодежью", разве что "по духу". Это группы молодых элитарных интеллектуалов 50-х гг, сформировавших в своих произведениях основные идеалы "шестидесятников". "Предназначение писательства в том, что бы заставить событие произойти…- формулировал кредо "творения реальности" У.Берроуз, - Джек Керуак, Ален Гинзберг, Грегори Корсо … написали сценарий всеохватывающей культурной революции".[48]

Метафизичность самоописания молодежной контркультуры, степень ее притязаний на значительность производны от ее суммарного общественно-политического эффекта, влияния на общество, на историю данного периода. Как и следовало ожидать, наибольшие метафизические амбиции у хиппи, оказавшихся в эпицентре событий 60-х и не преминувших приписать себе заслуги в их организации. В этом нет ничего особо удивительного, любая группа пытается сакрализовать свою историю, и перевести ее, по возможности, в космологическое измерение. Тем более та, которая претендовала на глобальную революцию: "Мы все хотим изменить мир (We all want to change the world. The Beatles. Revolution).

События 60-х были отрефлектированы соответствующим, мессианским способом в контексте натуралистической, "языческой" философии хиппи, "философии Земли". Вся планета - эволюционирующая биологическая реальность, где человечество - "индивидуальная клетка" глобального живого организма. Человечество ведет себя во многом как раковая клетка по отношению к Тотальному Организму. Но сама же Гея (Земля) пытается компенсировать негативное человеческое влияние и восстановить баланс. Действует она через умы и деятельность тех людей, которые осознают истинное положение вещей и живут в соответствии с нуждами Великой Системы (биосферы).

Это Дхарма хиппи, где хиппи - обозначение глубокого невидимого эволюционного процесса, современного андеграунда. Хиппи полагают, что они являются лишь современной "инкарнацией" вечной миссии части людей, которые в каждом поколении воспроизводят философский подход к жизни, ценности свободы и мира, любви и внимания к другим и Земле. Всегда были хиппи: от Иисуса до Леннона. Может и сейчас среди нас находятся дети-маленькие хиппи. Ну и согласно библейской традиции, предел метафизации своей отличительности - "избранный народ", отдельная особая нация с мессианским предначертанием. Хиппи доходят до этого предела, называя себя "нацией Вудстока".[49]

Менее глобалистскими, более социальными, но также с притязаниями на историзацию, выглядят самоопределения теоретиков панк-культуры.[50] Они связывают панк-культуру с традицией ранних контркультур, постоянных участников человеческого развития, таких как киники в Древней Греции или сектантские движения в средневековой Европе, анархистов XIX века. Основная особенность этих прецедентов - утверждение альтернативных ценностей и образов жизни без притязаний на новое господство. Мы - сами, вы - сами по себе. Панки - это особо свободолюбивые люди, сознательно выступающие против тотального контроля всех форм власти, создающих "островки свободы" - пример будущего мира без власти свободных и ответственных людей. Это, так сказать "позитивная" модель свободного сообщества, однако у части панков есть и негативная: мир бессмысленен, пошл и жесток, он не поддается переделке и тотально отрицается. В противовес господствующему в реальном мире культу успеха, панки первой волны выдвинули установку на неудачу, сознательное аутсайдерство: "Будущего нет! (No future!)". Живи здесь и сейчас на полных оборотах стремительного саморазрушения.

Совсем нет метафизики (если не считать заимствованной "арийской риторики") в более простонародных молодежных контркультурах, этим, кстати, и бравирующих. К примеру, "настоящие скины" - это простые рабочие парни, которые гордятся своим классовым происхождением, любят страну и ненавидят правительство. Они любят музыку, пиво и вечеринки, а также много и по разным поводам драться.[51] Аналогичны, разве что с поправкой на цвет кожи и особенности времяпрепровождения, самоописания представителей рэп, хип-хоп культуры.

Наконец, другой важный паттерн мировоззрения молодежных контркультур - паттерн трансцендироввания: что хотят и каким образом хотят преодолеть, превозмочь наличную социальную действительность? Наиболее привлекательна для молодых радикалов "идея революции": отрицания-разрушения старых норм, правил и установление новых, более совершенных и справедливых. Идея эта органично молодежная, органично поколенная. Homo novini вступая, каждый раз впервые, в жизнь настроены на радикальную авторизацию себя и мира под себя. Это - концептуализация очевидного эволюционного смысла поколенной организации живого на планете.

И в 60-е гг. на некоторое время многие поверили в объективную возможность нового типа социальной революции. Тем более, что левый политический радикализм был на подъеме и полагали, что отказ интеллектуалов от сотрудничества с капиталистической Системой может найти поддержку другой новой мощной социальной силы - инстинктивного отказа протестующей молодежи от обветшалого образа жизни. Ибо ставкой является именно их новая, будущая жизнь, духовное здоровье. "Их протест не задушить, ибо он является биологической необходимостью. "По природе" молодежь - на переднем крае борьбы за Эрос против Смерти и против цивилизации, которая стремится укоротить "окольный путь к смерти" путем контроля над средствами поддержания жизни".[52] Эти слова Маркузе из его "Политического предисловия 1966 года" к книге "Эрос и цивилизация" выразили надежды левой нонконформистской интеллигенции на появление настоящего "спасителя". Однако, еще в меньшей степени, чем пролетариат, молодежное контркультурное движение оказалось способным к систематической многолетней борьбе, несмотря на впечатляющие события студенческих волнений 1968 года во Франции и "горячее лето 1967" в США. Общность возрастного опыта - очень эфемерное основание для каких-либо долговременных мероприятий. Он скоротечен, молодежь, взрослея, призывается к выполнению главной видовой миссии: размножения и семьи, также большую роль начинает играть кровнородственная социальная среда. Наконец все они понимают и предвидят свое будущее естественное превращение в иных, чем сейчас.[53]

В большинстве случаев молодежные теоретики под "революцией" все же понимают глубинные изменения, которые будут происходить мирным, ненасильственным путем. Они, как в некой волшебной сказке, великой утопии, произойдут сами собой - люди вдруг станут другими, нужно лишь некоторое усилие подталкивания, увлекающего примера энтузиазма молодых. Это так похоже на детскую веру в непременно хорошее будущее и "что мы никогда не умрем".

У Керуака в "Бродягах Дхармы" - это мечта Джефи Райдера о "великой рюкзачной революции", когда многие молодые, "миллионы людей с рюкзаками пойдут по свету, пойдут стопом (автостопом - В.К.), понесут другим людям слово" и "может мир еще проснется и расцветет одним большим прекрасным цветком Дхармы". "Ты уполномочен напоминать людям, что они совершенно свободны".[54]

Хиппи прямо провозгласили концепцию ненасильственной революции сознания: изменение мира через убеждение и свой жизненный пример, пример любви и терпимости. Причины поражения конца 60-х видятся также и в том, что хиппи сознательно отказались от насильственно-традиционных приемов борьбы за власть.[55]

Конечно, мы знаем, - говорят хиппи, - что совершенная планета нереалистична. Люди приходят и получают свою карму, но они должны учиться на своих ошибках и примерах того, как можно изменить себя. Христос и Будда были примерами такого рода. Посмотрите, как они повлияли на многих, и представьте, что бы могла сделать целая нация Бодхисатв.[56] Предполагалось, что хиппи, увеличившись числом и активно миссионерствуя, станут таким народом Бодхисатв, который увлечет большинство людей своим примером.[57]

Другой путь трансцендирования обозначил еще Джим Моррисон, но был развит панк-культурой. Это путь анархизма. Идея анархии у панков довольно расплывчата, имеет разные смысловые аранжировки от разгульной бесшабашности и кутежа в российском стиле, "без царя в голове" ("мама - анархия, папа - стакан портвейна", группа "Кино") до европейской рационалистической идеи в стиле О'Хары. В последнем случае, анархия - это личная ответственность (анархия у тебя в голове): отказываясь быть подконтрольным, вы берете свою жизнь в собственные руки. Это не хаос, а начало личного порядка. Вместе с тем, это не только личный образ жизни. О'Хара полагает, что "личная анархия" (я правильный, а все остальные живут неверно) - буржуазный стиль жизни. Это соглашательство и контрреволюция. Настоящий анархизм - быть персонально анархистом (управляющим собой) и активно учить тому же окружающих. Анархисты должны стать наставниками, но не лидерами - так, через образование, можно изменить мир.[58] Однако есть и настрой тотального отрицания, разрушения - особенно после многочисленных агрессий со стороны скинхедов и полиции.

Скины и рэпперы также иногда любят ввернуть в свои рассуждения либо песни слово "революция", но делают так, скорее, из неосознаваемого желания прибавить себе значительности и респектабельности, "радикального шарма". По сути, их культуры не имеют трансцендирующей направленности, хотя могут предлагать некую альтернативу обособленного, особого существования.

Это и есть субкультурный эскапизм, самообособление в своей отдельной, групповой реальности. Его можно считать основной формой молодежного противостояния, пассивного "контр-": креация своей действительности, своего мира. Эскапистская альтернатива может иметь индивидуалистскую и коллективистскую формы.

Индивидуалистский эскапизм предполагает серьезную личностную развитость. Бродяги Дхармы Керуака: Рэй Смит и Джефи Райдер - стали каноническими образцами настоящих хиппи, которые следуют своему Дао при любых обстоятельствах. Однако быть "человеком одиночества, смочь удалиться от мира и жить себе в чистоте и истинности" - на этот "интеллектуально-артистический дзен"[59] способны единицы.

Путь большинства все-таки коллективистичен. Есть совсем уж коллективисты, живущие коммунами, стремящиеся осуществить "приватные утопии".[60] Все же большинство живет в обычной, нормальной социальной среде, как правило, дома и в семье. Принадлежность к субкультуре выражается во внешней атрибутике, стиле поведения и "тусовках" - периодических встречах и совместных времяпрепровождений: это могут быть рок-концерты, футбольные матчи, занятия экстремальным спортом или другие игровые мероприятия, попойки[61], политизированные акции либо хулиганские выходки.

Однако между различными "кустами", региональными сообществами разных молодежных контркультур существуют неформальные, нецентрализованные сети коммуникаций. Это стало возможным в эпоху массовых электронных коммуникаций, особенно сети Internet и минования молодежными контркультурами своих фаз "героического развития", сопряженные с их "культовыми группами". "Рок-н-ролл мертв, а мы - еще нет", значит надо искать какие-то формы существования. Это означало создание альтернативных практик и альтернативных пространств - альтернативных TV, FM, "глянцевым журналам", короче, массовой культуре. Свои "фэнзины" (группы), независимые лейблы (небольшие фирмы), выпускающие записи, системы дистрибьюции, веб-сайты, фестивали, семинары, малотиражные журналы по подписке. Наиболее ярко принципы автономного, прозаического, вне революционного энтузиазма, существования молодежных субкультур выразили панки в своей системе DIY (do it youself - сделай это сам): отсутствие иерархии и постоянных структур, спонтанность, временность, маломасштабность акций, все "здесь и сейчас", "думай глобально, действуй локально". Подобные свои DIY есть в каждой из рассматриваемых здесь молодежных субкультур.

Итак, сказанного вполне достаточно для подведения заключительной черты: определения ключевых смыслов, констатирования особенностей радикального молодежного сознания, уяснения его роли и перспектив в современном развитии.

Объективные ключевые смыслы событий противостояния молодежных контркультур и взрослого общества - это углубление, дальнейшее развитие гуманизации и демократизации. Гуманизация или все более разумное, ответственное, понимающее отношение людей друг к другу распространяется и на молодежь, к которой ранее господствовало неявно неравное отношение. Не как к полноценным, полноправным людям с их имманентными правами на самоопределение, половую любовь, а лишь "созревающим", лишь подходящим к кондиции, норме или "взрослости". Молодежные контркультуры - это легитимация в острой, конфронтационной форме особой антропологической категории, общечеловеческое признание ее особенностей и равноправия. Это связано как с сокращеним средних сроков психологического, физиологического и ментального созревания людей, так и, что важнее, с резким возрастанием темпов социальных изменений, освоить которые, перестроиться, стать их субъектом может, в первую очередь, молодежь.

Молодежные контркультуры - это и справедливая эмансипация бесправной ранее антропологической категории от навязчивого вековечного контроля господствующей возрастной категории "зрелых"[62]. Это углубление демократизации: ослабление иерархии, предоставление большей автономии, обращение общественного внимания на проблемы прав детей и молодежи. Ранее такие права рассматривались в основном в политико-юридической плоскости. Теперь же пришло осознавание важности прав духовной свободы: самоопределения и самовыражения особых практик общности своего возрастного опыта.

Как раз из этих особенностей и произрастает специфика молодежных культур и особенности их радикалистского сознания. Данная специфика может быть представлена в следующих чертах.

Первое. Состав молодежных контркультур переменчив, нестабилен, анархичен. Это означает, что в неформальном сообществе молодежи постоянно кто-то приходит, и кто-то уходит. Возрастная база молодежных контркультур - десятилетие (15-25 плюс-минус 5).

Постоянное обновление, когда в ряды контркультур вливаются новые тинэйджеры, поддерживает их постоянный "градус" нонконформизма и энергии самодеятельности. Взрослеющие "оппортунисты" уходят в семьи и традиционные сферы социальной деятельности, потому сохраняется, за счет постоянного обновления, настрой идеализма и отрицания. Эксцессы и вызывающий стиль поведения потому неизбежны и просто естественны, задача лишь в том, чтобы создать традицию их экспрессии в креативных формах. Рациональность и прагматизм хотя и присутствуют у части - "хотя взрослеющих, но остающихся" (ветераны, теоретики), - однако не играют определяющей роли.

Второе. Молодежные субкультуры особым образом связаны с музыкой, своим соответствующим музыкальным стилем. Они нашли свою характерную музыкальную экспрессию (рок-н-ролл в широком смысле слова), наиболее полно отражающую непрерывность душевного брожения, глубину, амплитудность, жесткость, происходящих с ними возрастных психофизиологических, ментальных трансформаций. Роль харизматического лидера в молодежной контркультуре выполняют "культовые группы, а жизнь, вкусы и мировоззрение их участников, резонансные умонастрою "среднего молодого человека", во многом формируют соответствующие жизненные приоритеты миллионов их поклонников. Причем музыка была только первым шагом в поисках молодежью собственных форм художественного самовыражения, не считая традиционно-молодежных развлечений в виде попоек и драк. В 90-е гг. ХХ в. к "своей музыке и стилю одежды" добавились новые формы экспрессии: спорт (экстремальные его виды), танцы (брейк-данс) и изобразительное искусство (граффити).

Третье. Сопоставление информационных рядов, посвященных развитию наиболее значительных молодежных контркультур, выявило следующие их социально-эволюционные особенности. У истоков стоят, как, по сути, и вначале большинства социальных изменений в истории людей, радикально мыслящие интеллектуалы вовсе не тинэйджеровского возраста - битники 50-х. От них ведет начало наиболее массовая и серьезная по глубине влияния на общество контркультура хиппи. Эта контркультура, впавшая в глубокий кризис в начале 70х, "детонировала" развитие контркультуры скинхедов и панков, а также первые формы хип-хоп культуры (рэгги). В эволюции этих контркультур можно выделить активную, "героическую" фазу, связанную, как правило, с появлением яркого самобытного музыкального и жизненного стиля выдающихся "культовых групп". Она продолжается в среднем десятилетие, затем следует спад и "нормализация", коммерциализация (особенно музыкальной культуры), контркультура превращается в одну из субкультур с соответствующими адаптационными механизмами (типа DIY).

Четвертое. Молодежные контркультуры серьезно дифференцированы по своей "социальной базе" и образовательно-интеллектуальному уровню. Градация по указанным признакам известна - по ниспадающей социального статуса родителей и образования: битники - хиппи - панки - скины - рэпперы. Присутствуют и расово-культурная дифференциация: феномен черной молодежной контркультуры (рэгги, рэп, хип-хоп). Однако это лишь "одна сторона медали". Разные контркультуры добавляют свои штрихи, свои специфические экспрессии в общую мозаику молодежных самоопределений. Их "философии" имеют более разнообразящиеся чувственно-экспрессивные, жизненно-практические формы выражений. Художественная литература, классический рок-н-ролл, свободная любовь, психоделические эксперименты с сознанием, синтезирующая деятельность в отношении восточных и западных философско-религиозных учений, выпестовывание радикального феминизма, пацифизма, экологизма - фундаментальные достижения контркультур "битников-хиппи". Потому они - отцы-основатели молодежных контркультур.

Последующие во многом скорее либо развивали, либо аранжировали найденное - в зависимости от собственных возможностей. Анархизм и DIY - специфика панк-экспрессии, участие в политическом радикализме (как правого толка - "наци", так и левого - "redskins") и практика футбольного фанатства - специфика скин-экспрессии. Рэп, хип-хоп культура стоит несколько особняком. Во многом она несоизмерима с предшествующими. Хотя чернокожие американцы столетиями живут в США, они сохранили, а в последние 50 лет интенсифицировали свою культурно-цивилизационную автономию. Для меня она - terra incognita и я не рискну делать обобщения. Бросается только в глаза мощная чувственная экспрессия, напор культурно неусмиренной витальности, вызывающая брутальность. Вместе с тем, это буйство расовой жизненности находит оригинальнейшие новые формы творческого самовыражения, к которым уже, может быть, не способны контркультуры молодежи "окультуренной расы".

Каковы перспективы эволюции молодежных контркультур?

Во-первых, можно уже говорить о новой социальной традиции: найденные формы будут воспроизводиться, а творческая энергетика "всегда молодого" поколения будет продуцировать все новые и новые варианты экспрессий. Во-вторых, и это, пожалуй, самое важное - радикальные экспрессии молодежи вполне возможно серьезно повлияют на саму норматику взрослых. Это может быть связано с грядущим перераспределением ролей возрастных категорий в социальной жизни. Как известно, эти роли зависели от темпов изменений социальной жизни. Когда эти темпы малозаметны и люди к ним привыкают, неспешно их усваивают - в выигрыше оказываются те, кто дольше всех прожил - старики. Когда эти темпы уже велики, но пока еще уместимы в полстолетия или четверть столетия - на первые роли выходит поколение зрелых людей. Когда же, начиная с ХХ века и особенно со второй его половины, темпы изменений взвинтились до десяти-пятилетних скачков в общественно-образующих технологиях - на первые роли объективно выходит молодежь, которая по своим антропологическим параметрам психики и сознания (открытость, незавершенность, креативность) становится ведущим субъектом социального развития. Здесь находятся причины формирования современного "культа молодости" и постепенного выдавливания, ухудшения положения других возрастных групп на рынках труда и в важнейших социальных сферах. Молодые "объективно-антропологически" более "быстро схватывают", очень пластичны и обладают природным богатым воображением. Основные властно-приоритетные сферы будут и дальше радикально омолаживаться, трансформируя возрастные стандарты прежних норм и ценностей. Ценности молодых, энергичный стиль, напор, сочетание идеализма и прагматизма, творчество, оригинальность будут и дальше влиять на все общество в сторону его "ювенализации". Все более будет утверждаться истина, что возраст человека зависит от живости, открытости, незавершенности его сознания, а не старения тела. В этом я вижу главный вклад молодежных контркультур - в резком, экстремальном "встряхивании" общества от завораживающего обреченностью взросления, успокоения, старения: живи сейчас и по максимуму. Это - специфически молодежный формат "революции сознания", протекающей уже более 2000 лет со времени "осевого человечества".


[1] Ранее, до ХХ века, подобных молодежных субкультур - автономных, рефлексивных, социально-символических реальностей - практически не существовало. Было молодежное предкриминальное хулиганство, озорство, бессознательно протестные, антиавторитарные настроения и прочее подобное тому.

[2] См. Красиков В.И. Синдром существования. - Томск, 2002. - С.9-127.

[3] Особо резко и контрастно это происходит у мужской части молодых, у которой отмечают "синдром молодого самца", признаки которого более или менее одинаковы у многих видов животных и предположительно связаны с секрецией тестостерона. Молодые мужчины представляют собой особую социально-демографическую группу, которая по своим физическим (мускулы, гормоны, физическая сила), поведенческим (стадность, высокая соревновательность), психическим (склонность к риску, отсутствие заботы о личной безопасности, желание выделиться, склонность к девиантному поведению) отличается как женщин, так и от старших мужчин.

[4] Гуггенбюль А. Зловещее очарование насилия. Профилактика детской агрессивности и жестокости и борьба с ними. - СПб: Гуманитарное агентство "Академический проект", 2000. - с.26.

[5] Каждый раз поколение молодых начинает как бы с чистого листа. Для них, для любого стартующего сознания, и мир-то собственно начинается, настает быть с того момента, когда начинает работать эта-вот мысль. Мир, бытие начинаются всегда каждый раз "здесь и сейчас", свидетельства о существовании мира до меня абстрактны и условны. Мир для молодых всегда новый, является началом. А всякое начало не может не быть священным - это один из архетипов сознания как такового. Каждое молодое поколение потому страстно стремится к значительности, мифотворчеству, пытаясь сакрализовать свою историю, историю своей группы как Начало, Обновление, Пробуждение и т.п.

[6] Их "теоретические и практические системы … отличались от добившихся успеха моментом анархии. Идея и индивидуалистичность значили для них больше, нежели администрация и коллектив". Хоркхаймер М., Адорно Т.В. Диалектика Просвещения. Философские фрагменты. - СПб, 1997. - с. 262.

[7] В философии это Дж.Пико дела Мирандола, который в своей знаменитой "Речи…" ярко и манифестно выразил кредо витальной мощи homo novini: героический энтузиазм и превозмогание. Другие прецеденты - это Дж.Беркли (25 лет), Д.Юм (25 лет) и Фр.Шеллинг (23 года), чьи философские учения отличаются радикальным критицизмом (критика фундаментального понятия "материи" со стороны Беркли, критика понятия "я" Юмом) и бескомпромиссным идеализмом (солипсизм Беркли, абсолютный идеализм Шеллинга). Характерно, что они "выработались" в главном сразу, в молодости, затем занимаясь в своей долгой последующей жизни лишь "отделкой" и автокомментированием своих фундаментальных ранних произведений, принесших им славу.

[8] Демоз Л. Психоистория. - Ростов-на-Дону: Феникс, 2000. - с.12, 82-85.

[9] Райх В. Сексуальная революция. - СПб-М.: Университетская книга, АСТ, 1997. - с.8.

[10] Мид М. Культура и мир детства. Избранные произведения. - М.: Главная редакция восточной литературы, 1988. - с.362, 361, 357, 361, 359.

[11] А.Гуггенбюль настаивает на этих трех исторических волнах, центрах влияния на мировую молодежь: экзистенциалисты 50-х, битломания, хиппи и "home boys" 90-х. (Гуггенбюль А. Указ. соч., с.41-43). Однако экзистенциалисты все же остались по преимуществу "взрослым" течением, их разрабатывали "дяди-философы", не сами молодежные лидеры, даже если эти идеи и были подхвачены французской молодежью. Здесь нет новизны - все было, как и прежде, за молодых говорил зрелые. Гуггенбюль почему-то упускает ключевое звено - битников 50-х, духовных отцов хиппи. Нет в его схеме панков и скинхедов с их ясной самобытной философией и стилем.

[12] Совсем по Сенеке: Qual fuearant vitia, mores suht. Что было пороком, то теперь нравы.

[13] Молодежные банды были всегда (Гуггенбюль А. Указ. соч., с.34), из них отчасти рекрутитируется контингент для уголовного мира. Часто они также "на виду", особенно в небольших городках и поселениях. Это явные маргиналы. Примитивнейшие молодые люди - полуфабрикаты преступников. Однако крайне близоруко устанавливать знак равенства между молодежным маргинализмом и молодежными контркультурами, как-то делают до сих пор отечественные психологи "марксистской закалки" (к примеру, Башкатов И.П. Психология асоциально-криминальных групп подростков и молодежи. - М.-Воронеж, 2002.) Для них молодежные субкультуры - предкриминальные образования, выражения "глубокого кризиса всех существующих моделей социализации личности … пессимизма, упадочничества и т.п." (Башкатов И.П. Указ. соч., с.20) Это "эскапистские банды". Помимо полной глухоты, нежелания понять, ограниченности и махрового консерватизма здесь трудно более что видеть. Главные причины маргинализма и эскапизма по мнению подобных специалистов по детским душам - отсутствие "порядка" и "живой работы" (с.102 там же) - читай тотального контроля и опеки. Для других специалистов по молодежному отклоняющемуся поведению характерно рассматривание в одной качественной последовательности "молодежных девиаций": бродяжничество (в том числе и знаменитый "автостоп" битников и хиппи), гомосексуализм, самоубийство и граффити (?) (см. Клейберг Ю.А. Психология девиантного поведения. - М.: Сфера, 2001. - 160 с.) Воистину: "все смешалось в доме Облонских".

[14] Молодежные субкультуры более дробны и разнообразны. "Моды", "рокеры", "металлисты", "попсятники", "толкиенисты" (ролевики в широком смысле), "яппи" и др., представляют собой зачастую разновидности, вариации, формы "базовых". Так "моды" - предтечи "скинов", "металлисты" - родственное "панку" течение, "яппи" - часть "хиппи", пошедшая на мировую с Системой, став ее образцовыми сыновьями. Молодежные банды на мотоциклах более близки "скинам" и "панкам". Все же заявили четко свою идеологию, музыкальный стиль, выдержали опыт взлетов, падений и стабилизаций только эти субкультуры. И еще, они все же имеют достаточно заявленную "контр-" ориентацию.

[15] К примеру, сейчас, 4 из 5 названных движений состязательно существуют и в наши дни, существуя, с большим или меньшим успехом, как молодежные субкультуры.

[16] У человека есть врожденная программа "максимализации" удовольствий - о том писал еще З.Фрейд. У молодежи ее торможение осложнено тем, что, во-первых, не выработался "принцип реальности" (устойчивое самоуправление сознания) и, во-вторых, молодая, т.е. способная к невозможной восстанавливаемости, плоть дает возможность для радикальных гедонистических экспериментов в формате "No future!"

[17] Паттерн структурной оценки мира - дуально-этизованная категоризация значений мира в сознании человека. Любое сознание дает фундаментальную оценку социального мира, бинарно структурирует его. Главное в оппозиционно настроенном сознании контркультур - жесткость и этизованная дихотомичность деления всего смыслового пространства. Экстремизм, нетерпимость здесь производны от резкости границ между "плохим" и "хорошим" и отсутствия переходов между ними. "Или - или". Особенность структуры фундаментальной оценки мира в сознании контркультур в том, что здесь происходит консолидация и строгая локализация негативных и позитивных этических оценок. Такая задаваемая исходно установка биполярного мышления порождает пытливо-обвинительный уклон в гносеологических и онтологических высказываниях: "Как это получилось и кто в этом виноват?" Эта же установка продуцирует и такие неявные мировоззренческие операции, которые осуществляют контркультурные идеологии как приписывание внутренней враждебности и демонизацию противостоящей социальной силы: Системы, Государства, Мира Взрослых и т.п.

[18] Skins - http: // www.rusklad.ru/skins/hist.php ; Profane Existence. - http://www.profaneexistence.com/

[19] Реальные красноречивые клички некоторых лидеров отечественных скинхедов. По данным правоохранительных органов в России более 200 скингрупп: от больших, типа "Кровь и честь" (400 чел.) и "Московского скинлегиона" (300 чел.) до мелких групп по 20-50 человек.

[20] Борн Ян. РЭП: краткая история музыкальных гангстеров. - http://rapartage.narod.ru/

[21] Панк - http://punk.com.ua/index.php Панк ИSТОRIЯ - http://punk.to.kg/history.php

[22] Hippy Philosophy and the Hippy Dream. Hippies From A to Z. - www.hippy.com/php/atoz.html

[23] Керуак Дж. Бродяги Дхармы. (перевод А.Герасимовой). текст взят с официального сайта: http://www.umka.ru/raznoe.html

[24] Керуак Дж. Указ. соч.

[25] Берроуз У.С. Падение искусства. fallart.html - Падение искусства (Перевел Алекс Керви).

[26] Кизи К. Над кукушкиным гнездом. - Новосибирск: Новосибирское книжное издательство, 1988. - с.26.

[27] Керуак Дж. Указ. соч.

[28] The Old Hippies. From A to Z - Hippiedom - http://www.hippy.com/php/index.php

[29] One thing I can tell you is you've got to be FREE. John Lennon. Come Together. Могу сказать вам одно - вам надо быть свободными - песня Джона Леннона "Объединяйтесь!"

[30] Борн Ян Указ. соч.

[31] "Вместо реализации обещания оргиастического наслаждения, секс в Америке, где не знали и не хотели знать, что такое загадка женщины, превратился в холодный, безрадостный, национальный невроз, если не унылое, презираемое занятие" Betty Friedan. The Feminine Mystique, 1963. - Sex, Love and Hippies. Hippies From A to Z - Love - http://www.hippy.com/php/index.php

[32] Никакого секса до замужества. No sex before marriage.

[33] Если тебе это нравится - сделай это. If it feels good, do it.

[34] Sex, Love and Hippies. Hippies From A to Z - Love - http://www.hippy.com/php/index.php

[35] Хаксли О. Двери восприятия. Рай и ад. - Speaking in Tongues. - электронная версия, перевод М.Немцова, 1991.

[36] Хаксли О. Указ. соч.

[37] У.Берроуз буквально исколесил планету в поисках и пробах традиционных естественных наркотических средств разных культур и опробовал их на себе, описав эту жизнь в своих романах. Похоже, он имел потрясающую витальность и прожил 83 года (1914-1997).

[38] Берроуз У.С. Нагой обед. (перевод М.Немцова). A Publishing In Tongues Publication. 1996.

[39] Керуак Дж. Указ. соч.

[40] Skins - http: // www.rusklad.ru/skins/hist.php

[41] http://whiteworld.ruweb.info/cgi/forum/

[42] Показателем инородности скинов для молодежных контркультур является их неспособность создать свой самостоятельный оригинальный стиль в музыке, который имеется, как свой фирменный лейбл, у других контркультур. Конечно, есть скин-группы, но они не разработали ничего нового и даже не смогли создать общезначимых музыкальных хитов для мировой музыки. В основе скин-музыкальных интересов лежат заимствованные: ямайской рэгги и панк-77 (от ненавидимых панков!). Они все же попытались сделать выборку из этого музыкального винегрета и культивируют так называемую Oi-музыку. Это "музыка для сильных ребят, чистая и жизнерадостная". "Жизнеутверждение" проявляется в обилии "громких и веселых" кричалок, типа "Hey! Ho! Let's go!"

[43] Художественная композиция, рисунок либо просто надпись, незаконно нанесенная на поверхность стены, здания или какого-либо другого объекта, находящегося в поле зрения общественности с помощью специальных баллонов с краской. Возникло целое направление искусства со своими темами, сюжетами, даже "школами".

[44] В России это панк-группы "Гражданская оборона", "Автоматические удовлетворители", "Спинки мента". "Панкующие" группы: "Кино", "ДДТ", "Алиса", в настоящее время - "Король и шут", "Ленинград", "Тараканы!" и др.

[45] Рэп-группы своими текстами также искренне выражают протест, агрессию и "пофигистику". Что делать, чем заниматься? А что хочешь: можешь танцевать брейк-данс, потусоваться в клубах, можешь разукрасить стены своей школы, покататься на роликах или набить кому-нибудь морду. Контркультура, протест здесь "уходят в пар", нисходят в моду и большие продажи (музыкальных записей, бейсболок, баллончиков с краской, экипировки для спорта).

[46] Живой контакт, суггестия происходят как в прямом общении на встречах (рок-концертах), так и опосредовано через чтение священных текстов (прослушивание звукозаписей и видеоряды)ю

[47] Молодежное движение 60-х, которое часто возглавляли и олицетворяли хиппи, было самым массовым и оно уже 30 лет как завершилось, а активные его деятели вступили в мемуарный возраст. Для ученых же появилась необходимая временная дистанция для рефлексии. Отсюда - обилие художественной, мемуарно-апологетической, теоретической литературы о хиппи. Другим еще не так повезло. У панк-культуры появляются свои философы, теоретики (Крейг О'Хара, О.Аксютина), у остальных все остается пока на кустарно-любительском уровне веб-сайтов, где "ветераны" с разной степенью успешности пытаются объяснять неофитам историю, легенды, атрибутику, тотемы, порой даже "философию" движения. Может просто еще не приспело время, появятся и здесь "Платоны и быстры разумом Невтоны".

[48] Берроуз У. Падение искусства. fallart.html - Падение искусства (Перевел Алекс Керви). A Publishing In Tongues Publication.

[49] "Нация Вудстока оставила свой след в мире" (The Woodstock Nation had left its mark on the world). 15-17 августа 1969 года в Вудстоке (США) состоялся гигантский рок-фестиваль, в котором приняли участие полмиллиона человек.

[50] O'Hara C. The Philosophy of Punk: More Than Noise. San.Francisco, Edinburrgh, AK-Press, 1999. Аксютина О. Панк-вирус в России. - М., 1999.

[51] Skins - http: // www.rusklad.ru/skins/hist.php

[52] Маркузе Г. Эрос и цивилизация. Философское учение Фрейда. - Киев, 1995. - с.309.

[53] Закон судеб: взросление и усталость. Дж.Керуак в "Бродягах Дхармы" несколько раз связывает воедино эти человеческие состояния. Повествуя о событиях, случившихся в некотором отстоянии от тех дней, когда он писал роман, он говорит о том, что стал сейчас "стар и равнодушен, стал лицемернее в своей болтовне, циничнее и вообще устал". В главе 24, когда автор-герой Рэй Смит возвращается, после многомесячной отлучки домой, в Сан-Франциско, Мекку битников того времени, они находит своего друга, "нового американского героя", лидера движения Джефи Райдера в состоянии хронической усталости от их стиля жизни: "устал, женюсь, устал я так болтаться, слова все, словесные описания слов-слов-слов". Другая центральная точка сюжета книги - подъем Смита и Райдера на 12 тысячефутовую вершину (Маттерхорн) - архетипический мотив Большого Испытания и единения с природой. Это мероприятие требует сверхусилий и вдруг Смит начинает понимать зависимость между идеализмом и мерой жизненных сил. Противостояние социальному миру, идеалистическая вера подпираемы витальностью и хотя бы "чуть-чуть усталости многое меняет". (Керуак Дж. Указ. соч.) Взросление и есть неуклонная утеря сил. И чем дальше, тем невосполнимее.

[54] Керуак Дж. Указ. соч., гл.29, 33.

[55] Hippy Activism. Hippies From A to Z. - Activizm. -Hippyland - http://www.hippy.com/php/banners.php?op=click&bid=15

[56] The Way of the Hippy. Hippies From A to Z. - Hippiedom - http://www.hippy.com/php/banners.php?op=click&bid=1

[57] Идеалисты везде и всегда одинаковы: в конце XIX века известный русский философ Владимир Соловьев имел подобную же веру. "Представь себе, - писал он в одном из писем, - что некоторая, хотя бы небольшая часть человечества вполне серьезно, с сознательным и сильным убеждением будет исполнять в действительности учение безусловной любви и самопожертвования, - долго ли устоят неправда и зло в мире!" (цитировано по Лосский Н.О История русской философии. - М.: Советский писатель, 1991. - с. 106-107.

[58] O'Hara C. The Philosophy of Punk: More Than Noise. San.Francisco, Edinburrgh, AK-Press, 1999. - p.88.

[59] Медитировать или уметь чувствовать большие длительности: "сейчас" соразмерять с тысячелетиями. Тысячи, миллионы лет - постоянные образы у Керуака. Похоже, это тип сознания (аскетический, трансцендирующий), который логарифмует свою временность в контексте "вечности": "приходи через миллиард лет, поспорим. Ибо, что есть время?" Видеть и чувствовать целостность Сущего: "над оранжевым сиянием костра переливались мириады звезд и созвездий, отдельные блестки, низкая блесна Венеры, холод, синь, серебро". Или: "алость утонула в лиловом сумраке, и гул тишины вливался в уши алмазным прибоем - любого успокоит на 1000 лет". Керуак Дж. Указ. соч.

[60] Первые хиппистские коммуны были сельскохозяйственными. Их неудача в конце 60-х - начале 70-х была одной из причин кризиса хиппи-движения. В настоящее время это обычная практика, ингредиент контркультуры хиппи и панков: сквоттеры - самовольное занятие пустующих старых домов и жизнь там коллективом. Есть городские и сельские коммуны, религиозные и светские, лидерские и децентрализованные. Есть свои web-сайты, где каждый может подобрать коммуну по своим вкусам. См. Communal Living Forum. - http://www.hipforums.com; Intentional Communities Website. - http://www.ic.org

[61] Для многих молодых людей субкультура, стиль - просто модная (продвинутая) форма погулять, покутить "со смыслом". Их принцип: "бухать - блевать". Молодость скоро пройдет, потому надо взять от жизни как можно больше "поп-корма": красивой одежды, сильных ощущений, "много телок и пива".

[62] "На языке социологии быть молодым означает стоять на краю общества, быть во многих отношениях аутсайдером". К.Манхейм полагал, что эта объективная социальная позиция аутсайдерства, определяющая личностные преимущества (открытость, творчество) есть "лишь возможность, которую правящие круги могут либо подавить, либо мобилизовать и интегрировать в движение" (Манхейм К. Диагноз нашего времени. - М.: Юрист, 1994. - с.446.) Так, несомненно, было раньше, однако Манхейм не дожил до 60-х (умер в 1947) и не увидел потому беспрецедентности самостоятельных контркультур молодежи.

 
 

CREDO - копилка

на издание журнала
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку