CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная
ТЕМПОРАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ ГЛОБАЛЬНОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ,Л. А. Гореликов
Л. А. Гореликов ТЕМПОРАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ ГЛОБАЛЬНОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ В СОВРЕМЕННОЙ НАУЧНО-ФИЛОСОФСКОЙ КАРТИНЕ МИРА

Л. А. Гореликов

доктор философских наук


ТЕМПОРАЛЬНАЯ МОДЕЛЬ ГЛОБАЛЬНОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ
В СОВРЕМЕННОЙ НАУЧНО-ФИЛОСОФСКОЙ КАРТИНЕ МИРА


«И ангел, которого я видел стоящим на море и на земле, поднял руку свою к небу. И клялся Живущим во веки веков, Который сотворил небо и все, что на нем, землю и все, что на ней, и море и все, что в нем, что времени уже не будет». (Апок. 10: 5-6).

Одной из наиболее глубоких интуиций научно-философского познания явилась постановка античными мыслителями проблемы субстанциональных оснований бытия. Наиболее строгое обоснование мировой целостности было представлено учением Аристотеля о четырех видах причин – материальной и формальной, движущей и целевой, связанных между собой требованием взаимной непротиворечивости, самосохранения сущего. Логика, физика и метафизика Аристотеля вместе с геометрией Евклида составили теоретический каркас средневековой науки.
Наука Нового времени возникает как генерализация логических норм познания, преодолевающая качественную разнородность физического и метафизического бытия и утверждающая в принципе относительности Галилея тождество движения и покоя, земного и небесного миров. Математическим ядром классического естествознания оказывается геометрия Евклида, заложившая концептуальный фундамент теории Ньютона и определившая предельно объективированный характер механической картины мира. Важнейшим шагом на пути концептуального преодоления механистического мировоззрения явилось рождение в ХIХ столетии гиперболической геометрии Лобачевского-Больяи и сферической геометрии Римана. Перед физикой возникла проблема выбора адекватной математической модели пространственно-временной структуры физической реальности.
Отправным пунктом решения данной проблемы стало появление релятивистских теорий, связавших вопрос о пространственно-временной организации Вселенной с состоянием движения и плотностью космической материи. В первоначальных представлениях А. Эйнштейна окружающий космос рисовался в виде стационарной сферической структуры с положительной кривизной пространства-времени. Однако А. А. Фридман, исследуя зависимости общей теории относительности, пришел к выводу о неравновесном состоянии представленной здесь Вселенной. Эмпирическим подтверждением правильности его вывода стали результаты наблюдений американского астронома Э. Хаббла, открывшего явление «разбегания галактик». При этом была установлена линейная зависимость скорости космологического «разбегания» галактик от расстояния между ними: V=HR, где R – расстояние между галактиками, V – средняя наблюдаемая величина прироста скорости разбегания галактик при соответствующем увеличении расстояния между ними, а H имеет постоянный характер и представляет пропорцию возрастания скорости в интервале (по современным данным) от 50 до 100 км/сек на 1 мегапарсек (Мпс) прироста расстояния (З•1019 км) [1]. Также было установлено, что постоянная H является величиной, обратно пропорциональной общей продолжительности космологического расширения Вселенной [2]. В связи с этим величину T=1:H принято считать показателем возраста Вселенной. Так, если принять увеличение скорости разбегания галактик на 1 Мпс прироста расстояния между ними в 100 км/сек, то возраст космологического расширения Вселенной составит примерно 1010 лет, а при величине возрастания скорости на 50 км/сек общая продолжительность расширения составит около 2•1010 лет [3]. Однако сам Хаббл первоначально определил постоянную H в пропорции 500-600 км/сек прироста скорости разбегания галактик на 1 Мпс увеличения расстояния между ними [4]. К 1931 году он подтвердил открытую закономерность «новыми наблюдениями более далеких галактик… Для коэффициента пропорциональности H он нашел значение 560 км/сек•Мпс. Последнее означало, что с увеличением расстояния на 1 Мпс (миллион парсеков или около 3,3 млн. световых лет) скорость галактик увеличивается на 560 км/сек» [5]. Согласно этой величине возраст Вселенной будет составлять интервал времени в 2•109 лет, что явно не соответствует действительности, так как возраст Земли как космического тела был определен эмпирическим путем продолжительностью в 4,5•109 лет [6].
Но и современные показатели возраста Вселенной представляются философскому сознанию сомнительными величинами в силу явного расхождения в них пространственных и временных параметров. Так, Земля, в пространственном измерении «бесконечно малая» величина по сравнению с «безграничной» Вселенной, существует по времени лишь в 4 раза менее всей космической реальности – 4,5 млрд. лет. Эти сомнения еще более усилятся при соотнесении возрастных показателей качественно различных уровней организации материи.
Возьмем в качестве меры, характеризующей темпоральную динамику мировой эволюции, отношение продолжительности существования генетически последующей и качественно более сложной в рамках освоенной человеком Вселенной формы движения материи к возрасту исторически предшествующей и качественно более простой формы ее организации. Соотнесем возраст существования жизни на Земле, определяемый в 3,8-4 млрд. лет, со средней величиной физического возраста нашей Вселенной, то есть со средней величиной длительности ее космологического расширения, которая, по современным данным, будет равняться 15 млрд. лет [7]. В результате мы получим приблизительное соотношение 1:4.
Проделаем аналогичную операцию, но уже соотнося возраст человеческого рода как следующей после возникновения живого эпохальной ступени космической эволюции с продолжительностью существования жизни на Земле. Исторически первой формой представителей человеческого рода считается «человек умелый», сформировавшийся около 2 млн. лет назад [8]. «По мнению специалистов, «человек умелый» систематически изготовлял простейшие каменные орудия, мог строить несложные каменные укрытия, охотился на мелкую дичь, а также употреблял в пищу растения и туши крупных животных, убитых хищниками» [9]. Соотнесение на основе указанных обстоятельств возраста человеческого рода (2 млн. лет) с возрастом живого на земле (З,9 млрд. лет) даст нам пропорцию 1:1950, что свидетельствует о явном замедлении темпов эволюционного процесса по сравнению с предшествовавшим этапом. Если учесть тезис о единстве мира, взаимозависимости различных уровней его организации и эмпирически наблюдаемый факт ускорения биологической эволюции по мере усложнения форм организации живого, то возможность такого замедления представляется сомнительной.
Это «замедление» мировой эволюции можно несколько ослабить посредством увеличения возраста человеческого рода за счет отнесения начала его исторической жизни ко времени существования такого ископаемого вида человекообразных обезьян, как «рамапитек», жившего на Земле примерно 10-14 млн. лет назад. Основанием для подобного рассмотрения может служить тот факт, что указанный вид антропоидов выразил содержание эволюционного процесса в его непосредственной направленности на появление человеческого рода, не дав каких-то побочных линий в отношении ныне существующих человекообразных обезьян и отделив тем самым человека от этих форм животного царства [10]. В данном историческом контексте соотношение возраста жизни на Земле (З,9 млрд. лет) с возрастом человеческого рода (12 млн. лет) даст пропорцию 1:325. Как и в первом случае, мы наблюдаем здесь явное замедление скорости эволюционного процесса по сравнению с предшествующим этапом перехода от физической к биофизической форме эволюции.
Наши сомнения в достоверности, объективной обоснованности нынешних показателей возраста вселенной еще более окрепнут при соотнесении длительности биосоциального существования человеческого рода, представленной величинами в 2 и 12 млн. лет, с возрастом «социализированного человечества», отсчитываемого от времени появления примерно 38000 лет назад «человека разумного» [11]. Такое соотнесение даст нам, соответственно, пропорции 1:53 и 1:316. Данные результаты свидетельствуют о нарастании темпоральной динамики мировой эволюции в сравнении с предшествующей «биотической» фазой, не подтверждая возникающее из современных показателей возраста Вселенной представление о замедлении темпов эволюционного процесса. Почему же нарастающая динамика не обнаруживается при переходе от космологической к биотической эволюции? При ответе на этот вопрос следует учитывать, что экспериментальные установки и приборы наблюдения при всем их «несовершенстве» в контексте безграничных возможностей познания все же не могли вызвать такого резкого расхождения показателей эволюционной динамики на космологическом уровне, с одной стороны, и биотическом, «биосоциальном» и социальном, с другой. Поэтому главная причина «искажения» кроется, по-нашему мнению, в спекулятивно-теоретических постулатах, гипотетических допущениях нынешних исчислений возраста Вселенной.
Исходным эмпирическим фактом при определении возраста Вселенной послужило явление «красного смещения» в спектрах излучения (поглощения) электромагнитных волн окружающих нас галактик. На основе данного явления была установлена зависимость скорости разбегания галактик от величины расстояния между ними [12]. Но явление «красного смещения» может быть интерпретировано в двух различных теоретических моделях. В одном случае оно может быть истолковано как «эффект Допплера», интерпретируемый на основе СТО и характеризующий изменение длины волны сигнала излучающего тела при его движении относительно системы отсчета по сравнению с длиной волны в состоянии его покоя [13]. «Изменение частоты периодического сигнала, обусловленное относительным движением источника и наблюдателя, называется эффектом Доплера» [14].
В другом случае «красное смещение» может быть интерпретировано как «гравитационный» эффект, как результат «затухания» частоты электромагнитных колебаний вследствие гравитационных взаимодействий. Такое понимание тесно связано с фридмановой моделью расширяющейся Вселенной и ОТО как ее теоретическим основанием. В этом случае утверждается не просто разбегание галактик в статическом пространстве, что характерно для первого подхода, но признается также разрастание с течением времени самого пространства, из-за чего общее время движения луча от источника к приемнику будет более продолжительным по сравнению с величиной, определяемой лишь по эффекту Доплера [15]. Расхождение между первоначальной величиной возраста Вселенной, полученной Хабблом, и современной как раз и обусловлено тем обстоятельством, что в первом случае вычисление опиралось лишь на принципы СТО, тогда как во втором оно учитывало и принципы ОТО [16]. Но так ли уж согласованы между собой принципы данных теоретических систем? Между принципами СТО и ОТО существуют глубокие качественные различия: ОТО освещает явления гравитации, а законы СТО описывают электромагнитные процессы [17]. В СТО пространственные размеры тела ставятся в зависимость от определений времени [18]. По словам М. Планка, появление СТО «приводит к… революционному следствию, касающемуся понятия времени» [19]. Если в СТО пространственные зависимости определяются на основе соотношений во времени, то для ОТО характерна первичная геометризация бытия, когда время становится четвертым измерением пространства. Пространственно-временной континуум ОТО характеризуется тем, что «законы, управляющие поведением… объектов, … зависят от их местонахождения» [20]. «Не может быть пространства… без потенциалов тяготения… без них вообще оно немыслимо. Существование гравитационного поля непосредственно связано с существованием пространства. Напротив, очень легко представить любую часть пространства без электромагнитного поля… природа электромагнитного поля вовсе не определяется природой… поля тяготения. Электромагнитное поле… определяется совершенно другой формальной причиной» [21]. Если СТО полагает естественный характер прямолинейного движения и постигает мир сквозь призму евклидовой структуры пространства, то в основаниях ОТО лежит представление о естественном характере римановой структуры пространства [22]. В общем виде можно раскрыть ту роль, которую играют пространственно-геометрические образы в построениях ОТО, высказыванием Эйнштейна по поводу построения единой теории поля. Сейчас, говорит он, «нам начинает казаться, что первоначальную роль играет пространство; материя же должна быть получена из пространства, так сказать, на следующем этапе» [23].
Формальные расхождения релятивистских теорий допускают возможность построения трех различных моделей Вселенной, не позволяя разуму точно определить пространственно-временные параметры космической реальности [24]. Во-первых, Вселенную можно представить как замкнутую пульсирующую сферу, пространственные границы которой задаются законами сферической геометрии Римана, то есть устанавливаются в «узком интервале» содержательных возможностей последней. Во-вторых, ее можно истолковать как неограниченную расширяющуюся систему, свойства которой определяются принципами гиперболической геометрии Лобачевского-Больяи. И, в-третьих, она может быть понята как неограниченно расширяющаяся реальность с пространством нулевой кривизны, свойства которого задаются постулатами геометрии Евклида. «Кривизна дает точную меру всемирного тяготения, а с ней и естественную меру хода времени повсюду во Вселенной» [25]. Характер изменений Вселенной во времени можно было бы точно зафиксировать лишь при условии однозначного подтверждения одной из представленных моделей. «Точный возраст Вселенной мы могли бы определить, если бы удалось узнать, какая из моделей Фридмана соответствует действительности» [26].
Сегодня такой выбор оказывается крайне сомнительным, так как обусловлен распределением вещества во Вселенной, его средней плотностью, значение которой очень неопределенно [27]. Но если геометризация Вселенной на основе принципов ОТО не позволяет сделать однозначный вывод о ее динамике во времени, то единственным выходом из этого затруднения остается путь, по которому пошел в свое время Хаббл, попытавшийся проинтерпретировать красное смещение безотносительно к перепадам гравитационных взаимодействий, признавший их постоянную величину и подключивший к своим вычислениям постулаты СТО – принципы относительности, неразличимости покоя и равномерного «инерциального» движения и постоянства скорости света в вакууме, равной 300 000 км/сек. Однако эти принципы в рамках намечаемого подхода должны быть скорректированы в соответствии с той перспективой, которая была выражена геометрическими перестроениями образа Вселенной в уравнениях ОТО. Если СТО связана с представлением о действительности евклидовой структуры пространства и естественности прямолинейного движения, то ОТО утверждает объективную реальность римановой структуры пространства и тем самым признает естественный ход движения по искривленным мировым линиям.
Поскольку вряд ли можно усомниться в принципе относительности, представляющем общую тенденцию развития всей современной физики, постольку намечаемая коррекция должна коснуться, по нашему мнению, принципа постоянства скорости света в вакууме. Данный принцип, составляя фундаментальное положение СТО, остался нерушимым и в ОТО, придавая тем самым физический смысл евклидовой структуре пространства [28]. Но в содержании ОТО принципы евклидовой геометрии характеризуют окрестности лишь бесконечно близких точек пространства, тогда как в общей форме метрика пространства ОТО определяется геометрией Римана. Однако в отношении характера распространения светового сигнала соответствующего обобщения осуществлено не было, в связи с чем процесс распространения потока света можно было трактовать лишь как набор бесконечно малых прямолинейных перемещений в римановой структуре пространства. Если строго следовать особенностям этой искривленной структуры пространства, то надо признать, что принцип постоянства скорости света здесь уже перестает работать, требуя своего соответствующего обобщения. Гравитация, отметил в свое время М. Д. Ахундов, «воздействует на распространение света… изгибает световые лучи… второй постулат оказывается невыполнимым в присутствии гравитации, скорость света в пустоте лишается своей абсолютности и неизменности» [29]. В таком случае при определении возраста Вселенной мы должны учитывать выраженную в ОТО тенденцию к преодолению постулата о постоянстве скорости света в вакууме.
Нарушение принципа постоянства скорости света в условиях гравитационных взаимодействий признавал и сам А. Эйнштейн. Так в статье 1917 г. «О специальной и общей теории относительности» он констатирует, что «закон постоянства скорости света в пустоте, представляющий одну из основных предпосылок специальной теории относительности, не может, согласно общей теории относительности, претендовать на неограниченную применимость. Изменение направления световых лучей может проявиться лишь в том случае, если скорость распространения света меняется в зависимости от места» [30]. В свете обобщенного содержания принципа относительности и представления ОТО о «естественности» искривленной структуры пространства возникает необходимость замены утверждения о постоянстве скорости света каким-то иным постоянным показателем, характеризующим процесс распространения сигнала по искривленным мировым линиям. Таким постоянным показателем распространения светового луча в искривленном пространстве может служить, по нашему мнению, фиксированная величина ускорения сигнала, равная 300 000 км/сек2. Постулирование постоянства ускорения светового сигнала в вакууме как одно из гипотетических направлений в развитии концептуальных оснований современной научной картины мира снимает теоретические ограничения на возможность реализации в физическом мире сверхсветовых скоростей [31]. «Во всяком случае, – отметил 30 лет назад В. С. Барашенков, – в настоящее время нельзя привести какие-либо абсолютные запреты для частиц со сверхсветовыми скоростями» [32].
Возможности теоретического моделирования физических процессов с потенциалом сверхсветовых скоростей взаимодействия представлены сегодня в построениях информационно-вакумной картины Вселенной Л. В. Лескова, связавшей низшие и высшие этажи мироздания энергетическим полем «мэона» [33]. «Предполагается, – разъясняет О. А. Авченко содержание данной концепции, – что физическим референтом информационного поля является мэон – семантически насыщенная структура квантового вакуума. Далее утверждается, что мэон может содержать неограниченно большой объем информации и взаимодействовать с материальными объектами. … При этом мэон, не находясь нигде в нашем материальном мире, одновременно весь целиком присутствует повсюду, в каждой точке нашей четырехмерной Вселенной. Наблюдатель воспринимает это свойство мэона как голографический принцип кодирования информации в семантическом пространстве наблюдателя. С точки зрения Л. В. Лескова, если в актах информационного обмена между наблюдателями в качестве посредника участвует мэон, то вполне можно ожидать необычных эффектов – передачи информации, превышающей скорость света на много порядков, «считывание» информации из прошлого, будущего или пространственно удаленной области и т. д…. Давлением информационного потенциала можно объяснить формирование направления вектора эволюции материального мира и возможное ускорение самого хода эволюции биосферы с течением времени» [34]. По логике приверженцев «инфляционной теории» космогенеза П. Линде и Г. Гут, характеризует О. Базалук революционные идеи современной космологии, развитие Вселенной в момент Большого Взрыва «не было связано с соблюдением принципа причинности и потому было допустимо любое превышение скорости» [35]. Это предположение, являясь в основном результатом теоретического анализа проблем физики и космологии, находит свое определенное опытное подтверждение в результатах ряда эмпирических наблюдений современной астрономии, зафиксировавших факт движения физических объектов со скоростью, превышающей величину 300000 км/сек [36]. «В 70-х годах при исследовании нескольких квазаров выяснилось совершенно поразительное обстоятельство: скорость … оказалась больше скорости C, причем в некоторых случаях достигала значение 20С» [37]. Исходя из допущения постоянства ускорения светового сигнала в пустоте (300000 км/сек2), мы и попытаемся установить возраст космологического расширения Вселенной.
Отправным пунктом наших вычислений будут сегодняшние представления о средней величине возрастания скорости разбегания галактик при увеличении расстояния между ними на 1 Мпс, то есть о возрастании скорости на 75 км/сек. Поскольку эти данные не могут быть результатом непосредственных измерений, а определяются на основе сигнально-временных сопоставлений наблюдаемых явлений, постольку сведем исходные величины к длительности времени, характеризующей продолжительность пробегания светового луча по интервалу расстояния между телами. Это время мы найдем по формуле Т=2R:С, где R – расстояние между сопоставляемыми явлениями, проходимое лучом света от одного из них к другому в одном направлении и составляющее величину в 1 Мпс (3•1019 км), Т – время, затраченное световым лучом на прохождение расстояния R между наблюдаемыми событиями туда и обратно, С – скорость света, равная 300000 км/сек (мы пока вынуждены использовать постулат о постоянстве скорости света, чтобы в дальнейшем, получив исходную, «базовую», величину времени, ввести в собственные вычисления постоянную величину ускорения светового сигнала в вакууме). В результате вычисления мы получаем: Т=2•3•1019км:3•105км/сек=2•1014сек. Вот то время, опираясь на которое, наш гипотетический предшественник по вычислениям мог получить величину в 1 Мпс расстояния при допущении равенства скорости света 300 000 км/сек. Мы же, исходя из установленного времени, должны определить величину R1 на основе постулирования постоянства ускорения светового сигнала, равного 300 000 км/сек2. В предполагаемом вычислении R1 будет представлять расстояние между соотносимыми телами, которое пройдет луч света в одном направлении при постоянстве своего ускорения и при условии, что полное время его движения туда и обратно составляет величину Т=2•1014сек. При этом полное расстояние, пройденное лучом с постоянным своим ускорением, будет найдено по формуле: S=(A•Т2):2, где S – полное расстояние, А – постоянная величина ускорения светового сигнала, равная 300 000 км/сек2, а Т – полное время движения светового луча туда и обратно. В таком случае наши вычисления дадут следующий результат: S=3•105км/сек2•(2•1014сек)2:2=6•1033км. Тогда величина R1 будет составлять половину полного расстояния S:R1 =6•1033км:2=3•1033км.
Теперь вычислим время t1, соответствующее отрезку времени на прохождение лучом света половины полного расстояния от начального пункта движения при постоянстве ускорения светового сигнала. Для этого составим следующее уравнение: At12:2=AT 2:2-At12:2. Сокращение одинаковых знаменателей в правой и левой частях даст нам отношение: At12=AT 2-At12. Сокращение одинаковых множителей в правой и левой частях приведет к равенству: t12=T 2-t12. В итоге мы получаем соотношение: 2t12=T 2. В таком случае искомую величину можно получить по формуле: t1=√(T 2:2) или t1=T:√2. Тогда получаем: t1=2•1014сек:√2=√2•1014сек.
Затем приступим к переводу величины возрастания скорости разбегания галактик в соответствии с постулатом постоянства ускорения светового сигнала. Для этого необходимо исходную величину возрастания скорости разбегания галактик также свести к показаниям времени. Нам известно, что средний прирост скорости при увеличении расстояния между галактиками на 1 Мпс, то есть на 3•1019км, равняется, по современным данным, величине V0=75 км/сек. При этом данному увеличению расстояния соответствует при постоянстве скорости света определенный интервал времени: T0=R:С=(3•1019км):(3•105км/сек), то есть T0=1014сек.
В таком случае дополнительное расстояние, на которое увеличивается расстояние между галактиками за счет прироста скорости их взаимного разбегания, составит величину: S0=V0•T0 или S0=75•1014км. Вычислим промежуток времени, соответствующий приросту этого дополнительного расстояния при условии постоянства скорости света и прохождения светового сигнала по этому расстоянию туда и обратно. Это полное дополнительное время составит величину: T1=2S0:C или T1=(2•75•1014км):(3•105км/сек)=5•1010сек. Теперь, исходя из полной величины дополнительного времени, определим то расстояние, которое мог бы пробежать луч светового сигнала в одну сторону от начального пункта при постоянстве своего ускорения. Эта величина S1 составит прирост расстояния между галактиками за счет возрастания их скорости при постулате постоянства ускорения светового сигнала: S1=Ѕ•AT12:2=Ѕ•(3•105км/сек2)•(5•1010сек)2:2=(75•1025км):4≈1,875•1026км.
По полученному «действительному» приросту расстояния за счет возрастания скорости разбегания галактик и «действительному» времени, соответствующему данному приросту расстояния, можно определить среднюю величину «действительного» прироста скорости: V1=S1:t1=75•1025км:4•√2•1014сек=(75•1011)км: (4•√2)сек. В таком случае время космологического расширения Вселенной с учетом постоянства ускорения светового сигнала составит величину: T1=1:H =1:(V1:R1)=R1:V1= 3•1033км:[(75•1011):4•√2 км/сек]=16•√2•1020сек. При приблизительном равенстве одного года интервалу времени величиной 31•106 секунд возраст космологического расширения Вселенной составит приблизительно 7,29•1013 лет.
Но этот возраст определен нами на основании сегодняшних представлений о зависимости между скоростью разбегания галактик и расстоянием между ними. Однако данные представления, как мы уже говорили, формируются на довольно шатком теоретическом основании, представленном гравитационными параметрами красного смещения и неопределенностью действительных величин средней плотности вещества во Вселенной. Поэтому в теоретическом плане более обоснованным выглядит результат, полученный самим Хабблом, определившим прирост скорости разбегания галактик на 1 Мпс возрастания расстояния между ними в 560 км/сек. На основе этой первоначальной величины вновь определим возможный возраст расширения Вселенной при условии постоянства ускорения светового сигнала в пустоте. Тогда: Sу=Vу•T0=560 км/сек•1014сек=56•1015км. В соответствии с этим устанавливаем новую величину полного дополнительного времени: Tī=2Sу:C=(2•56•1015км):(3•105км/сек)=(112•1010сек):3 =37,3•1010сек. Затем находим новую величину прироста расстояния между галактиками за счет возрастания их скорости при постоянстве ускорения светового сигнала: Sī= (Ѕ)•ATī2:2=Ѕ•(3•105км/сек2)•(37,3•1010сек)2•Ѕ=ј•3•105•1391,29•1020км=ј•4173,87•1025км≈ 1043,47•1025км. В результате получаем другую величину действительного прироста скорости: Vī=Sī:t1=(1043,47•1025км):(√2•1014сек)=(1043,47•1011км/сек):√2= Ѕ•1043,47•√2•1011км/сек≈738•1011км/сек. В итоге мы приходим к новой величине продолжительности космологического расширения Вселенной: Тī=1:H=1:(Vī:R1)=R1:Vī= (3•1033км):(738•1011км/сек)=(3•1022):738 сек≈4,065•1019сек. В годах эта величина охватит отрезок времени длительностью приблизительно в 1,289•1012лет (1 трлн. 289 млрд. лет).
Какая же из полученных величин возраста космологического расширения Вселенной обладает необходимой мерой правдоподобия, в достаточной степени соответствует не только требованиям концептуально-логического единства научного знания, но и содержанию эмпирических обобщений? Решение этого вопроса предполагает строгое определение самогу проверочного материала оценки наших гипотетических построений. Научная истина как непротиворечивая система достоверных утверждений о предметной целостности исследуемой реальности рождается в процессе согласования, взаимной коррекции эмпирических суждений о фактах чувственного опыта, фиксирующих необходимое разнообразие в материале объективной действительности, и положений теории, призванных обозначить сущность, внутреннее основание наблюдаемых явлений и выразить их универсальную взаимосвязь. Поскольку такая связь не является искусственной схемой, а представляет действительную сущность исследуемых процессов, постольку она должна наблюдаться в содержании самогу эмпирического материала. В этом плане эмпирический «факт» обладает в своей реальной «бытийственности» относительной автономией в структуре познания, первенствует в отношении абстрактных утверждений спекулятивно-теоретического сознания, способен продуктивно продвигать познание независимо от теоретического программирования, развивая полноту знания за счет своего объективно-исторического потенциала. В данном контексте следует признать оправданным, в случае сомнительности теоретических утверждений, непосредственное обращение познания к показаниям опыта как критерию достоверности научного знания. В соотношении мышления и бытия, воображаемой и реальной действительности наука, в отличие от мифо-идеологического сознания, отдает предпочтение объективно-историческим свидетельствам материального мира. «Реалистическая теория познания, – обозначает Н. А. Бердяев объективные границы рационального мышления, – должна признать примат бытия над мышлением. Мы мыслим по законам логики потому, что живем в данных формах бытия» [38].
Возникшие сомнения в объективной обоснованности сегодняшних показателей возраста Вселенной, полученных на основе спекулятивно-теоретических построений, заставляют нас обратиться к данным эмпирических наблюдений с целью выявления в их содержании действительных параметров мировой эволюции. Но при этом сама действительность должна выступать в содержании научного опыта в своем максимально обобщенном виде. Учитывая это, мы будем руководствоваться при оценке необходимой полноты эмпирических данных рядом методологических требований: 1) «фактичности» (эмпирической наблюдаемости), 2) всеобщности (максимальной широты наблюдаемых зависимостей), 3) строгости (непротиворечивости, соответствия фиксируемых событий общей логике развития содержания), 4) простоты (минимума спекулятивно-теоретических допущений).
Одной из «рационально-эмпирических» моделей мировой целостности является хронографическая картина эволюции структурных уровней материи, разработанная А. А. Мироненко [39]. Автор рисует многоуровневую картину генезиса организационных и управленческих структур материального мира, наглядно раскрывающую закономерный процесс его поступательного развития от простого к сложному. Подчеркивая многокачественный потенциал исторического генезиса видов организации материи, исследователь полагает в то же время наличие на каждом из уровней бытия некоторой постоянной величины темпоральной динамики присущих ему организационных форм [40]. Поскольку при переходе с одного уровня бытия на другой происходит усложнение способов организации материи, постольку развитие ее содержания обнаруживается в удвоении скорости эволюционных изменений по сравнению с предшествующим этапом. «Из этого следует, что время развития (длительность) определяющей роли каждого данного уровня вдвое меньше предыдущего, а последующего – вдвое меньше данного» [41]. Однако установленная регулярность в темпоральной динамике мирового развития тут же претерпевает эмпирическую «поправку», отвергающую логику соответствия усложнения и ускорения эволюционного процесса. Чрезмерная усложненность, искусственность, предлагаемой схемы расчета мирового времени становится очевидной при моделировании автором параметрических оснований общественной жизни [42].
Стремление к определению универсальных параметров социального развития обнаруживается в программе математического моделирования общественной жизни С. П. Капицы. Интегральным показателем социальной динамики служит для него рост народонаселения. [43]. Найденный закон «квадратичного роста» удовлетворяет, по мнению ученого, требованиям формального единства реализуемого процесса, его независимости от локальных условий окружающей среды [44]. Однако автор, определив математический алгоритм роста населения в мире, тут же вынужден ввести эмпирические поправки и ограничить действие закона внешними обстоятельствами. Разработанная С. П. Капицей модель «квадратичного роста» населения Земли сама должна опираться на прочное эмпирическое основание, обладающее действительно всеобщей необходимостью, самоочевидной достоверность [45].
Свою версию глобальной модели мировой темпоральности – «вселенского времени, геологического времени, оси истории человечества» – разрабатывает А. Е. Кулинкович [46]. «Применительно к проблемам геологии эта версия легла в основу конкретных методик, существенно важных при поисках и разведке месторождений нефти, газа, угля – методик «геотаймерного анализа». В литературе… эта версия «уравнения Рока» получила название «уравнения Хлебникова-Кулинковича»» [47].
Характерные контуры всеобщей зависимости были намечены в материале живой природы Ф. Энгельсом, увидевшим здесь действие закона постоянства ускорения биотической эволюции: «По отношению ко всей истории развития организмов надо принять закон ускорения пропорционально квадрату расстояния во времени от исходного пункта» [48]. Эта установленная Ф.Энгельсом эмпирическая закономерность может быть с некоторым уточнением экстраполирована на всю доступную нашему наблюдению Вселенную: по отношению ко всей истории мировой целостности можно принять закон ускорения эволюционного процесса пропорционально двойному расстоянию по времени от исходного пункта» [49]. В соответствии с таким обобщением можно построить прогрессию темпоральной динамики мировой эволюции в ее ретроспективной проекции от настоящего к прошлому. Исходной мерой намечаемой исторической ретроспекции будет интервал времени в 1 век. Отложим последовательно 6 отрезков мирового времени, из которых каждый последующий в ретроспекции этап будет охватывать удвоенное время предшествующего. Сумма элементов данного числового ряда – 1, 2, 4, 8, 16, 32 – составит 6300 лет, указывая в своем итоге на такой узловой момент истории человечества, как становление на рубеже V-IV тыс. до н.э. раннеклассовых цивилизаций Востока – Древнего Египта и Месопотамии. Если к полученной сумме в 63 столетия прибавить десятикратное увеличение 6-го шага нашей прогрессии (320 веков), то полученная величина в 38300 лет будет соответствовать примерному возрасту «человека разумного», определившего идеальные перспективы социально-исторической практики человечества и создавшего современную техногенную цивилизацию.
Повторим ту же процедуру, но уже с единицей измерения, равной десятикратному увеличению 6-го шага первого числового ряда (32000 лет): 32, 64, 128, 256, 512, 1024. Сумма этих величин обозначит отрезок мировой истории в 2016000 лет. Согласно данным современной антропологии, примерно 2 млн. лет назад на Земле появились первые представители человеческого рода, возник вид «человека умелого». Если сложить полученный результат (2016000) с десятикратным увеличением 6-го шага данного числового ряда (10240000) и возрастом «социализированного человечества» (38000), то величина в 12294000 лет будет указывать на период существования в истории земной фауны такого ископаемого вида антропоидов, как «рамапитек», отделившего около 12 млн. лет назад человека, ставшего прародителем человеческого рода, от ныне существующих человекообразных обезьян.
Проделаем вновь вычисления, но уже с исходной единицей, равной десятикратной величине 6-го шага предшествующего ряда (10240000 лет): 10240, 20480, 40960, 81920, 163840, 327680. Сумма величин этого ряда (645120000 лет) указывает на эпоху кардинального преобразования в развитии живой природы, обозначившую переход от примитивных форм жизни к сложноорганизованным, целостным существам животного мира. Если к этой величине (645120000) прибавить десятикратное увеличение 6-го шага данного ряда (3276800000 лет) и возраст человечества в его максимальных границах (12294000 лет), то интервал в 3934214000 лет укажет в общих чертах длительность существования жизни на Земле.
Достаточно «точные» попадания прогрессии в узловые точки мировой эволюции, обозначающие «социальную» историю человечества, его биосоциальную предысторию и биотическую эволюцию, позволяют п

 
 

CREDO - копилка

на издание журнала
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку