CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная arrow Подшивка arrow 1998 arrow Теоретический журнал "Credo" arrow Роль и место системы образования в политической социализации населения современной России
Роль и место системы образования в политической социализации населения современной России

Г.В. Шешукова,

доктор политических наук

РОЛЬ И МЕСТО СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СОЦИАЛИЗАЦИИ НАСЕЛЕНИЯ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

           Термина “политическая социализация” не было до 1954 года. Впервые это понятие стали использовать при анализе положения беженцев, затем в исследованиях по социальным ориентациям детей. Однако уже в 1968 году около 800 членов Ассоциации американских политологов избрали своей специальностью “политическую социализацию”. Американский политолог Ф. Гринштейн утверждает, что использование этого понятия возможно в следующих ситуациях:
           1) при изучении политических ориентаций у детей;
           2) при изучении норм и правил, преобладающих в обществе;
           3) при изучении влияния различных политических теорий на граждан в любой стадии их жизненного цикла;
           4) в ходе наблюдений за деятельностью институтов социализации которые являются своеобразными каналами воздействия общества на человека (1, с.190-191).
           Политическая социализация граждан существует во всех современных обществах. По существу - это процесс передачи из поколения в поколение ценностей, норм, моделей поведения. Кризис или напряженность в процессах социализации сказывается на стабильности политической системы. И именно это мы наблюдаем сегодня в России.
           Политическая социализация является, как мы уже отмечали, формой социального контроля. Элита контролирует явно или косвенно содержание и структуру образования, СМИ, и другие каналы социализации с целью обеспечить лояльность населения по отношению к существующему политическому режиму. Социальный контроль осуществляется через нормы и ценности, внедряемые в индивидуальное сознание через институты социализации (семья, школа, вузы, церковь, профессиональная группа и т.д.).
           В условиях трансформации политической системы в России, возрастает роль и значение политической социализации, результатом которой должна быть новая политическая культура населения. В СССР мы имели стабильную интегрированную непротиворечивую политическую культуру общества, групп, граждан за счет эффективной социализации через семью, школу, вузы, СМИ, общественные организации и, наконец, КПСС. Однако, не будем забывать о том, что эффективность политической социализации в то время обеспечивалась жесточайшим контролем в отношении институтов социализации. Г.Юнг доказывает, что абсолютное государство, в котором индивид ищет спасения от своего растущего социального и психологического одиночества, в действительности приводит к разрушению всякого остатка индивидуальности. Человек больше не принимает каких-либо важных решений, “вместо этого им руководят, его кормят, одевают, воспитывают в качестве социальной единицы” (2, с.59-60).
           Итак, разрушение индивидуальности являлось платой за тот психологический комфорт, который обеспечивала людям идентификация с сильным государством. С разрушением прежней политической системы разрушились и привычные каналы политической социализации.
           В семьях нередко наблюдается конфликт между поколениями относительно новых социальных и политических ценностей. Отсутствует единство и в системе современного образования, в СМИ по поводу норм, декларируемых элитой. Глубокое влияние на процессы социализации оказывает социально-экономическая ситуация в стране, ослабляя лояльность избирателей в отношении политической системы и политических лидеров. Осложняет социализацию то, что политическая культура современного российского общества характеризуется не просто противоречивостью, она находится в состоянии раскола. Можно согласиться с Б.Г. Капустиным, который считает, что раскол - это не стягивание общества к сопряженным полюсам. Это расщелина в его основании. Идеальный тип российского конфликта - раскол, кто бы не выступал его противоборствующими сторонами - старообрядцы и никониане или “демократы” и “коммунисты”.(3, с.31). Как известно, Хантингтон относит Россию к расколотым странам и предполагает, что для того, чтобы расколотая страна могла обрести свою идентичность, должны быть соблюдены 3 условия: во-первых, чтобы политическая и экономическая элита страны приветствовала такой шаг, во-вторых ее народ должен быть согласен, пусть неохотно, на принятие новой идентичности, в данном случае, демократической. В-третьих, господствующие группы той цивилизации, в которую расколотая страна пытается влиться, должны быть готовы принять “новообращенного” (4, с.45).
           В своей работе “Третья волна: демократизация в конце 20 веке “(1991 г.) С.Хантингтон вновь обращается к роли элиты в демократизации страны. В одном варианте перехода основную роль играет - правящая элита, в другом - оппозиция, в третьем - совместные действия элиты и контрэлиты (5, с.73). Итак, мы видим, что известный ученый отводит ключевую роль в переходный период политическим лидерам, представляющим политическую элиту страны.. Я думаю, что Хантингтон не учел главного препятствия на пути преодоления раскола - состояния политической культуры населения. Непримиримое противостояние субкультур различных сегментов населения исключительно опасно для будущего страны.
           При изменении, трансформации политической системы коренным образом изменяется и политическая социализация. Верным является и обратное утверждение о том, что успех преобразования политической системы обеспечивается эффективной социализацией.
           У. Розенбаум выделяет тезис о том, что все правительства контролируют институты социализации. Их цель создать массовую политическую культуру, совместимую с режимом. И когда это достигается, то сохранить эту культуру.
           Если в обществе, происходят большие изменения (например коммунистический режим превращается в некоммунистический), то элитамодернизируется и стремится переориентировать политическую культуру через реформу образования на новые идеалы и ценности, в надежде обеспечить таким образом политический порядок (6, с.19). Приходится заметить, что как российское правительство, так и правительство Оренбургской области, крайне непоследовательно осуществляют контроль за процессом политической социализации. Реформа образования включает в себя изменение содержания и структуры гуманитарных дисциплин в школах и вузах. Однако новые ценности и нормы не возникают лишь под влиянием новых учебников и учебных программ. Результат в значительной степени зависит от состава учителей и педагогов, а они в большинстве своем остаются носителями прежней, советской политической культуры. Большинство взрослых воспроизводит политические ориентации, полученные в детстве (6, с.15). И учителя не являются исключением. Процесс изменения ориентиров политической социализации в системе образования идет в основном стихийно. А следовательно возрастает вклад иных каналов политической социализации.
           Неумение значительной части избирателей приспособиться к новой политической реальности объясняется отсутствием навыков гражданской политической культуры. Не нужно забывать о том, что политическое поведение - это обучаемое поведение, т.е. его можно корректировать и очень существенно на основе формирования определенных ориентаций в рамках новой политической культуры. В качестве ведущей политической ориентации можно выделить политическую идентичность. Понятие идентичности характеризует прежде всего цельность, непротиворечивость духовного мира человека, систему личности.
           Цельность личности обеспечивает внутренняя идентичность, которая дает возможность компонентам личности быть вместе для выполнения целей личности. Наряду с удовлетворением витальных потребностей для гармонии личности очень важна самореализация, самоутверждение. Таким образом, идентификация себя с другими в электорате одного кандидата - это один из каналов самореализации личности, хотя и не самый важный. Идентификация включает в себя также ощущение своей принадлежности к государству, и к т.п. “малой родине” (город, район), к этносу, политической партии, религиозной общине и т.д. После распада СССР сложным для многих вопросом является вопрос об идентификации с определенным государством.
           На вопрос о том, гражданином какой страны вы хотели бы быть, 52% опрошенных жителей 8 районов Оренбургской области в 1993 г. заявили, что хотели бы вновь стать гражданами СССР, в случае его восстановления. И только 42% избрали гражданство России, а 4% хотели бы выехать и получить гражданство другой страны. Характер политической идентификации зависит от такого объективного фактора, как социальный статус избирателей.
           Большими социализирующими возможностями обладают статусные группы. Причем, как доказывают Миллер А. и Уилзин К. в своей статье “Социальная группа, динамика эволюции сторонников”, социальные группы следует рассматривать не только как демографические категории, но и как социально-психологические, т.е. объединенные общими чувствами и настроениями (7, с.5-22). И хотя всегда между членами группы есть различия в отношении к отдельным политическими объектам, существуют и общие настроения, характерные для большинства членов группы.
           Весьма сложной задачей политической социализации является формирование политического доверия, толерантности по отношению к субъектам политики, к индивидам и группам с иной политической позицией. В течение длительного времени у поколений советских людей формировалась очень жесткая идеологическая установка: правы лишь те, кто разделяет наше коммунистическое мировоззрение, остальные либо не понимают истину, либо враги. Эта нетерпимость передавалась из поколения в поколение через семью, систему образования, СМИ. В настоящее время изменить эти ориентации очень сложно, особенно у старшего поколения. Однако первая стадия или фаза на пути политической толерантности уже пройдена: речь идет об осознании глубоких различий в политических ориентациях россиян. А вот вторая ступень, признание этих различий нормальным, допустимым фактом, проявление уважения к группам с противоположными взглядами - это главная задача политического воспитания в системе современного российского образования.
           Социализация существенно осложняется традиционным для россиян отношением к законам, правопорядку. Неуважение по отношению к современным российским законам имеет глубокие исторические корни, срабатывает скорее страх перед наказанием.
           Г.А. Алмонд и С.Верба в своей классической работе “Гражданская культура и стабильность демократии” аргументировано доказывали, что политическая деятельность представляет собой лишь часть интересов гражданина, причем, как правило, не очень важную часть. Сохранение других ориентаций ограничивает степень его включенности в политическую деятельность и удерживает политику в надлежащих рамках. Возможно, это просто того не стоит быть настолько уж хорошим гражданином (8, с.123). Поэтому средний уровень участия граждан в выборах нередко спасает страну от политических потрясений.
           Политическая социализация имеет свои особенности в зависимости от того, в какой стране, в каком регионе страны он имеет место. В стабильных, благополучных странах - это консервативный процесс, т.к. необходимо с помощью социализации обеспечить статус-кво. В странах, где идет процесс трансформации и социализация динамична.
           Так в США, по мнению Розенбаума, социализация ограничена изучением “хорошего гражданства”, что означает уважение к правительству и обществу, изучение правил голосования, формирование гордости за историю страны. На эти задачи ориентируется и система образования в США.
           В других странах у граждан формируется привязанность к отдельным лидерам, идеологиям, партиям, враждебность к врагам государства. То есть в основу социализации заложена идеологическая борьба. Но то, что В.Розенбаум относит к американской политической культуре специфично не только для нее. Уважение к правительству, изучение норм голосования, воспитание гордости за свою Родину имеет место как в тоталитарных, так и демократических режимах.
           В том и в другом режиме социализация достаточно консервативный процесс. Современная российская политическая элита по-видимому, предполагает, что усвоение новых демократических ценностей произойдет само собой. И если тоталитарный режим осуществлял строжайший контроль за политическими ориентациями населения в процессе жесткой социализации, то элита современной России, по существу, политической социализацией почти не занимается. Это одна из причин постоянной напряженности и нестабильности существующей политической системы в России, хотя, казалось бы, чувство самосохранения, должно было “заставить” элиту вплотную заниматься проблемами политической социализации населения в целом и в системе образования, в частности.
           В современной ситуации фрагментарная, плюралистическая политическая культураможет быть представлена определенной иерархией субкультур. Критерии выделения субкультур различны. Например, по возрастному признаку: субкультура молодежи, людей среднего возраста и тех. кому за 60 лет. Можно также выделить субкультуры
по социальному статусу и образованию.
           По мнению многих политологов и социологов системе образования принадлежит наиболее ответственная роль в осуществлении политической социализации. Эту мысль подчеркивали и французские социологи М. Доган и Д. Пеласси в своей книге “Сравнительная политическая социология”. Учебные заведения, по их мнению, определяют во многом политические, экономические и даже нравственные возможности государств (9, с.117).
           Уровень образования, пожалуй, один самых могучих базовых объективных факторов, который влияет на электоральные ориентации. Это подтверждается данными многочисленных исследований за рубежом и в нашей стране.
           По данным наших исследований мы также можем проследить влияние уровня образования на электоральные позиции оренбуржцев. Такие характеристики их электорального поведения, как предполагаемая активность избирателей на выборах, а также интерес к информации о них прямо пропорционально зависят от уровня образования избирателей.

           Зависимость электоральных позиций от уровня образования
           
избирателей (сравнительная характеристика положительных ответов)
           в % по каждой группе, Оренбургская область n-1000, 1996

           Таблица 1

Вопросы О Б Р А З О В А Н И Е
непол.среднее среднее ср.специальное высшее
февр. май февр. май февр. май февр. май
Прийдете ли Вы на выборы президента РФ ?
Да 44 48 54 51 59 61 73 79
Важны ли для Вас лично результаты выборов ?
Да 50 49 57 54 64 59 73 73
Интересуетесь ли Вы сейчас выступлениями СМИ, посвященным выборам ?
Да 44 40 52 45 58 45 71 72

 

           Анализ положительных ответов активных избирателей позволяет сделать вполне определенные выводы:
           1) Активность избирателей тем выше, чем выше их уровень образования.
           2) Лояльность по отношению к политической системе и избирательным процедурам повышается с уровнем образования.
           3) Компетентность избирателей, которая определяется потребностью в получении информации о выборах, также в свою очередь зависит от уровня образования. Чем выше уровень образования, тем выше компетентность избирателей. Особенно наглядно можно проследить различия при сравнении двух крайних групп: с неполным средним и высшим образованием. Таким образом, повышение уровня образования населения в целом может обеспечить и определенный рост политической культуры избирателей через повышение их гражданской ответственности и компетентности. Проблема совершенствования системы образования, в плане обеспечения эффективной политической социализации, предполагает решение таких проблем, как обучение учителей и преподавателей элементам демократической гражданской культуры, нужны также содержательные изменения в курсах гуманитарных дисциплин. Эти вопросы требуют специального отдельного исследования.
           Практически все исследователи наиболее эффективным периодом политической социализации считают ранний период детства и юности. Сторонники психоаналитического подхода склонность русских к покорности, терпению и бунтарству выводили, в частности, из привычки русских женщин плотно пеленать детей в младенчестве. Эту позицию отстаивали Гореро в своей книге “Народ великой России” и Генри Дик в работе “Обзор современного русского поведения”. С. Уайт в своей книге “Политическая культура и советская политика” (1979 г.) доказывает несостоятельность психоаналитического подхода. По его мнению, политическое поведение русских можно адекватно объяснить учитывая прежде всего историю России и особенности динамики элитной культуры. Позиция Уайта представляется более убедительной (10, с.10-14). По мнению В. Розенбаума, раннее политическое воспитание обеспечивает устойчивость к поздним влияниям. Большинство взрослых воспроизводят политические ориентации, полученные с детства.
           Однако, именно Розенбаум отмечает: нет твердых доказательств того, что политические ориентации взрослых следуют полностью за ориентациями детства (6, с.14-16). Сторонники психоаналитического подхода настаивают на том, что детские впечатления играют определяющую роль в характере и содержании политической культуры взрослого человека. Так, Лейн Р. в своей книге “Личность и политика” подробно анализирует взаимоотношения детей с отцом и высказывает предположение, что именно в этих отношениях кроется главная причина политических настроений и симпатий взрослого человека. Так он замечает, что для общественной жизни необходимо чувство доверия, а у некоторых людей такого опыта в детстве не было из-за враждебного отношения к отцу. Нарушение связей между отцом и сыном приводят к слабой политической информированности гражданина, его авторитарной ориентации, к ограниченной способности занимать критическую позицию в оценке политики, к скептицизму относительно того, что хорошая власть вообще может иметь место. Поэтому, будущее политическое сообщество неизбежно будет отрицать качество отношений между отцами и сыновьями. Лейн утверждает, что в американском обществе хорошие отношения между родителями и детьми являются нормой. Поэтому американский политический стиль предполагает стремление к согласию в большей мере, чем к биполяризации и радикализму. Большинство американцев хорошо информированы в области политики, достаточно легко переносят победу оппозиции в том случае, если они поддерживают правящую партию. Во внешней политике они пришли к установлению мирового порядка по американскому образцу (11, с.66-74). Главная причина таких политических ориентаций кроется в том, что в детстве американцы испытывали доверие по отношению к родителям. Характер ранней политической социализации бесспорно воздействует на последующие политические позиции, причем очень важно то, как осуществляется взаимовлияние на ребенка различных институтов политической социализации: семьи, школы, ближайшего окружения, СМИ.
           По мнению некоторых ученых, семьяне во всех контекстах выступает самым значительным фактором социализации. М.Доган и Д. Пеласси - классики французской социологии, считают, что в тоталитарных обществах влияние семьи ограничивается со стороны государства. “Ваша поддержка не имеет значения” - кричал Гитлер колеблющимся немцам. Мы подчиним себе ваших детей во чтобы то ни стало” (12, с.116-118). Практика пионерской и комсомольской организаций в СССР вроде бы подтверждает этот тезис. Достаточно успешно, в частности, пресекалось религиозное влияние на детей со стороны семьи. Но при этом следует отметить, что со временем большинство советских семей с большим энтузиазмом осуществляли политическое воспитание детей в духе тех ценностных норм и моделей поведения, которые были важны для государства. Диссидентство было незначительным исключением. Т.е. семья воспитывала детей так, что они, приходя в школу, были готовы воспринять то, что скажут учителя, а затем СМИ. Социализация обеспечивала воспроизводство интегративной тоталитарной политической культуры. Значительно сложнее протекает процесс взаимодействия институтов социализации в условиях современной фрагментарной политической культуры.
           Рассмотрим политическую субкультуру студенчества. Особый интерес для нас представляют ценностные ориентации студенчества, т.к. в полной мере новая политическая культура должна сформироваться у молодых, хотя для этого требуется значительный период времени.
           В течение ряда лет мы проводили социологические исследования, целью которых являлся анализ особенностей политической культуры студенчества.
           Так, в октябре-ноябре 1993 г. было опрошено 400 студентов Оренбургского медицинского института, в ходе которого выяснилось, что приоритетной для студентов является такая ценность, как права свободы личности (70%). Для 18 % студентов на первое место вышли интересы России, а для 7 % - интересы нации.
           На первый взгляд, можно сделать вывод о том, что студенты выбирают скорее либеральные ценности, а не национальные или государственные. Однако на контрольный вопрос об отношении к лозунгу “Россия для русских” более 50 % студентов ответили утвердительно. Аналогичные опросы в Оренбургском мединституте проводились с 1994 по 1996 г. По итогам этих опросов от 50 до 60 % студентов одобряли (полностью или частично) лозунг “Россия для русских”. Поэтому явно преждевременно говорить о преимуществе либеральных ценностей в политической культуре студенчества. В конкретной ситуации у студентов явно преобладают национальные, а не либеральные ценности. В ходе октябрьского 1993 года опроса студентов им было предложено также ответить на вопрос: “Придете ли Вы на выборы депутатов Госдумы?”Утвердительно ответили только 22 %, почти 50 % не собирались приходить на выборы, остальные еще не приняли решение. Выборы показали, что самую низкую электоральную активность продемонстрировали именно студенты, причем не только в 1993 году, но и на последующих выборах. Студенческая политическая субкультура включает в себя либо негативное, либо индифферентное отношение к выборам. Говорить о политике, интересоваться политикой, выборами - такой тип поведения, как правило, не одобряется в студенческой среде. Поэтому именно под воздействием ожиданий среды формируются электоральные ориентации студенчества. Можно говорить о специфике культуры политического выбора студенчества. Причем низкая электоральная активность характерна и для студенчества других регионов. Если иметь ввиду приоритетность для студентов такой ценности как права и свободы личности, то скорее можно говорить не о либеральной системе ценностей, а противоречивой политической культуре, которую Б.Г.Капустин и И.Клямкин метко определили термином “нелиберальный индивидуализм” (13, с.74)
           По данным социологического опроса в 1996 г. (Оренбургская область) ценностные ориентации студентов существенно отличались от ценностных ориентаций населения в целом, особенно по набору либеральных ценностей.
           Сравним некоторые ценностные ориентации населения области и студенчества (май 1996 г., Оренбургская область):

 

           Таблица 2

Идеи-символы

Население области Студенчество
1. Возрождение России 11 20
2. Свобода 4 15
3. Вхождение в современный мир 3 10
4. Права человека 14 32

           Эти данные свидетельствуют о либеральной направленности мировоззрения студентов. Но это только вербальная направленность, которая слабо реализуется в поведении студентов, особенно в электоральном поведении. Лишь 43 % тех же студентов ориентированы на участие в выборах. А осознанное участие в выборах является важнейшим показателем зрелости либерального сознания.
           Низкая электоральная активность студенчества сопровождается нередко достаточно высоким протестным потенциалом.
           Так в ходе мартовского, 1994 года, опроса студентов пяти курсов (n-473) ОГМА выяснилось, что 41 % опрошенных готовы поддержать акции протеста, забастовки студенчества, если они возникнут.
           Только 9 % твердо отказались от таких действий, а 48 % не определили своего отношения к возможному участию в этих акциях.
           Социальная реальность, интенсивно конструируется нашими действиями, в основе которых лежит отношение к ценностям. именно ценности и определяют содержание наших действий. Поэтому характер формирования ценностной ориентации студенчества в процессе преподавания гуманитарных дисциплин в вузах имеет прямое отношение к тому, какой будет Россия как недалекого, так и отдаленного будущего.
           Американский политолог Ф. Конверс в своей статье “Публичное мнение и поведение на выборах”, опираясь на анализ электорального поведения, детерминированного историческими факторами, приходит к выводу, что именно молодежь обычно отчетливо проявляет новые взгляды в переломные для страны периоды (14, с.141). Этот вывод Ф. Конверса подтверждается и нашими данными.
           Итак, в период преобразования общественно-политической системы в России усложняются и изменяются требования к процессу политической социализации, который осуществляется в системе среднего и высшего образования. Для молодых россиян существенно снижается влияние семьи по сравнению со стабильными историческими эпохами. При этом растет рольсистемы образования, хотя среди каналов политической социализации, пожалуй, самый могучий - это СМИ. Мощное влияние на население оказывают электронные СМИ. Но это уже тема отдельного разговора.

           ЛИТЕРАТУРА

           1. Grenstein F. A note on the ambiguity of political socialization: definitions, criticism and strategies of inquiry // The civil culture revisited. Ed. Almond and Verba, Boston, 1980.
           2. Одайник В. Психология политики. Политические и социальные идеи. К.Г. Юнга. С.-П., 1996.
           3. Капустин Б.Г. Россия и Запад: пути к миру народов // Цивилизация и культура. Вып.1. - М., 1994.
           4. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций // Полис, 1994, № 1.
           5. Харитонова О.Г. Генезис демократии // Полис, 1996, № 5.
           6. Rosenbaum W. Political culture. N.Y., 1975.
           7. Miller A.,Wlezien C. The social group dynamics of partisan evaluations // Electoral studies, 1993, vol. 12, № 1.
           8. Алмонд Г.А., Верба С. Гражданская культура и стабильность демократии //Полис, 1992, № 2.
           9. Доган М., Пеласси Д. Сравнительная политическая социология. М., 1994.
           10. White S. Political culture and soviet politics. N. J. - L., 1979.
           11. Lane R. Political man: toward a conceptual base // Comparative politics series 01-046, 1973, Vol. 4
           12. Доган М., Пеласси Д. Сравнительная политическая социология. М., 1994.
           13. Клямкин И., Капустин Б. Либеральные ценности в сознании россиян // полис, 1996 № 6.
           14. Converse P. E. Public opinion and voting behavior // Handbook of political science, eds Greenstein F., Polsby N. Reading (Mass.), 1975.

 
 

CREDO - копилка

на издание журнала
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку