CREDO NEW теоретический журнал

Поиск по сайту

Главная arrow Подшивка arrow 2010 arrow Теоретический журнал "Credo new" arrow Лакуны: проблема, термин, понятие, Т.Ю. Данильченко
Лакуны: проблема, термин, понятие, Т.Ю. Данильченко

 

Т.Ю. Данильченко

кандидат философских наук


Лакуны: проблема, термин, понятие

 

 

Для того, чтобы объяснить, что такое лакуны, рассмотрим вначале несколько случаев.

Представим себе ситуацию, наподобие той, которую часто описывают те, кто проводит кросс культурные исследования. Некая австралийская учительница решила заняться просветительством и благотворительностью. Она стала преподавать бесплатно в школе для детей аборигенов. Подходя творчески к своему делу, она стала использовать игровые методики. На перемене она стала учить их игре под названием «Кто меня трогал?». В этой игре все дети встают в круг и тому, кто водит, завязывают глаза. Затем кто-то из круга тихо подходит к водящему, дотрагивается до него и возвращается на место. Потом водящий снимает повязку и должен угадать, кто до него дотронулся. Однако эффект был удручающим. Вопреки ожиданиям учительницы, дети не проявляли интереса к ее занятиям, они перестали ее слушаться, стали неуправляемыми. Естественно, что после этого все попытки выучить алфавит стали безрезультатными. Наступила ситуация разочарования и учительница сделала для себя вывод, что дети аборигенов глупы, у них нет способностей к обучению, возможно в этом виновата их генетика.

С другой стороны, родители жаловались на то, что их учительница не пользуется и не может пользоваться авторитетом у детей. Дети перестали ее слушаться, так как обнаружили ее элементарную некомпетентность в той игре, которую она сама предложила. Более того, они стали считать ее глупой и поэтому перестали обращать на нее внимание. Угасание эмоционального интереса обусловило отрицательный эффект в познании.

«Школа жизни» аборигенов устроена так, что уже младшие дети могут отличить человека, бросив один взгляд на отпечатки его ног. Получается, что учительница заставила их играть в игру, которая с их точки зрения является настолько тривиальной, что не заслуживает внимания. Когда дети осознали, что учительница не может справиться с такой элементарной вещью, как «читать» отпечатки ног, то подумали, что она глупая. Игра была настолько легкой, что «педагогическая находка» учительницы не имела никакого смысла.

Нормы своих ценностей нельзя применять к иным национальным характерам в ситуации межкультурной коммуникации. Суждениям и действиям в «чужом» этносе должна предшествовать компетентность в области морально-этических и культурных правил этого этноса, их корнях, этнокультурных отличиях и о последствиях их игнорирования.

Этот пример, с нашей точки зрения, иллюстрирует, что субъекты познания, в данном случае учительница и дети, прочитывали живой текст по-разному. Они распредмечивали из одной и той же ситуации разный смысл. А обусловлено это было тем, что они являлись представителями разных этнических культур. Эти культуры отличаются традициями, обычаями, образом жизни, языком, фоновым знанием. Один и тот же «текст жизни» был прочтен по-разному, потому что личностный смысл участников одного и того же педагогического процесса имел значительные различия. Та культурная дистанция, то различие культурных смыслов, которое обусловило неправильное понимание учительницы детьми мы и называем лакуной. Различие культурных смыслов стало основой ситуации непонимания и неадекватных педагогических действий.

Несовпадение, различие картин мира, мировоззрений сплошь и рядом является источником непонимания, напряженности, конфликтов в повседнейной жизни, религии, политике. То, что Библия является Священной книгой нескольких религий не вызывает никакого удивления. Мировая литература наполнена множеством сюжетов на эту тему. «Хазарский словарь» Милорада Павича содержит красную, зеленую и желтую книгу. Кир Аврам Бранкович собирал сведения о «Хазарском словаре», чтобы воссоздать Адама Кадмона и реконструировать христианскую версию события. Еврей-сефард из Дубровника Самюэль Коэн развивал версию, что в IX веке хазары приняли иудаизм. Третий составитель словаря, Юсуф Масуди, разрабатывал исламскую версию хазарского вопроса.

Как видим, художественное произведение моделирует сложную ситуацию конкуренции религиозно-мировоззренческих систем между собой. Эта ситуация характеризует напряженную историю человечества как в прошлом, так и в настоящем. Вопрос об истинной вере, вопрос об истине один из самых драматичных в истории. За этим драматизмом скрывается ситуация духовного многообразия человечества и несоизмеримости различных религий, тех ценностей, картин мира и того понимания смысла жизни, который они проповедуют.

В современной гуманитарной науке, особенно под влиянием постмодернизма, культура понимается как знаковое и текстовое пространство, смысловое поле человеческой деятельности и социальных отношений. С этой точки зрения, городская среда мегаполиса представляет собой некую семиотическую среду, а существование каждого индивида развертывается в семиотическом континууме повседневности. Для водителя маршрутного такси в рабочее время очень значимо семиотическое пространство - маршрутная линия его движения. Маршрутная линия проложена в соответствии с названиями улиц, переулков, мостов, тоннелей и других важнейших объектов: на карте маршрута работниками транспортных служб обозначены начальная и конечная точка маршрута. Схема маршрута и ее описание от начальной к конечной точке есть некоторый текст, читаемый вербально и графически. В самой реальности маршрут проложен в семиотической структуре городского пространства: улицы (их названия), перекрестки, кварталы (их наименования), остановки (их названия). Обе семиотические реальности, вербально-графическая (письменная) и дорожно-архитектурная, идентичны с точки зрения своего смысла, иначе бы не состоялось передвижение маршрутного такси  по этой схеме мирового пространства. Но они, по-разному, в разных  кодах презентированы на бумаге, в городской среде и под черепной коробкой индивидов, где мозговое вещество декодирует эти смыслы. Смыслопредставления размещены в головах водителей, пассажиров, руководителей муниципального транспортного предприятия и чиновников городского транспортного управления.

Значения социальных и культурных предметов, вовлеченных в данный семиотический континуум, не исчерпывается только данными смыслами. Схема движения обозначена на маршрутном листе, существует маршрутное предписание, которое в свою очередь утверждено в городском управлении. Для водителя и пассажира разработаны некоторые правила поведения, которые изложены в виде определенных инструкций, в том числе, вывешенных в салоне маршрутного такси. Передвижение по линии маршрута осуществляется по графику в семиотическом континууме уличных светофоров и дорожных знаков. Обозначены остановки такси, но, в то же время, по маршруту следования потенциальные пассажиры подают сигналы движением руки с требованием «принять их на борт». Потенциальные пассажиры на остановках выделяют себя среди других лиц определенными жестами, в свою очередь, ориентируясь на номер маршрутного такси, который в ночное время специально освещен.

Если на указанной маршрутке решится проехать автор книги «Морфология реальности» Вадим Руднев, то он, наверное, прочтет, рассмотренный текст, следующим образом: «С точки зрения эпистемики, чтобы поехать маршруткой № 27 надо знать направление маршрута, его номер и конечную остановку. Темпоральный аспект предполагает знание пространственных характеристик маршрута, т. е., откуда выход, какова скорость перемещения в пространстве. Модальный нарратив, применительно к поездке в маршрутном такси № 27 по городу Краснодару, будет выглядеть так: войдя в маршрутку, пассажир занял свободное место и оплатил проезд (деонтика); в процессе поездки вел себя корректно (аксиология); в салоне было просторно, а маршрутка двигалась по графику и прибыла на место вовремя (пространство, время); аварий и нештатных ситуаций не случилось, и я прибыл благополучно (алетика).

Но в зависимости от состояния субъекта, психики реальность маршрута может быть прочтена иначе. Если перед нами индивид с измененным состоянием сознания (алкоголь, болезнь и пр.), то текст, в качестве которого выступает маршрут, может быть прочтен в совершенно ином аспекте. Допустим, что культурридером является некий психотик‑параноик. В таком случае поездка по обозначенному маршруту превратится в некий психотический бред. Такому пассажиру представляется: сосед странно на него посмотрел, встречный грузовик на громадной скорости чуть не врезался в маршрутку, совсем неожиданно вынырнула из-за угла скорая помощь, как специально, ведутся в неудачном месте ремонтные работы на дороге и это очень опасно. Все подстроено, отовсюду поджидает опасность. Надо быть начеку, ведь дорожки не посыпаны песком.

Модель прогулки придумана не нами, но она иллюстрирует, что чтение семиотического текста социальной реальности определяется во многом заботами и установками читателя культурного текста. Состояние субъективной реальности (психики, сознания) также коренным образом влияет на осознание реальности, ее понимание, а значит и на принимаемые решения. Получается, что между индивидами с разным содержанием и состоянием субъективности и прагматикой пролегают непреодолимые лакуны. И только страховые кампании, наверное, знают, сколько таких случаев, когда стоящий в тени КАМаз был принят водителем легковой за тень от стены забора. 

Пафос наших терминологических разъяснений состоит в том, чтобы продемонстрировать, что есть ряд таких однородных явлений из различных сфер познания, сознания, таких ключевые понятия нашего текста как «лакуны», «реалии», «проблемы», «противоречия», «антиномии», «парадоксы».

Лакуны (от лат. lacuna – пробел)– это «пробелы», «пустоты» в познании, «противоречия» и «темные места» в тексте, коммуникации. Такого рода явления исследовались в истории философии, в логике, гносеологии, психологии, лингвистике. Однако общего термина для их обозначения не существовало. Часто исследователи сосредоточивали внимание на гносеологических, логических или герменевтических проблемах этого вопроса, именовали их как «проблемы», «антиномии», «противоречия», «парадоксы» и др. терминами. Однако родового термина для обозначения этих и подобных им явлений не только гносеологического, но и онтологического, мировоззренческого характера не существовало, да, пожалуй, и не существует. Это необычайно редкая, исключительная ситуация для философии, в которой все термины как правило традиционны, а все проблемы носят «вечный характер».

Мы намерены продемонстрировать, что понятие и термин «лакуна» и явление лакунарности заслуживают философского статуса и могут быть использованы в качестве родового для целого ряда явлений.

В структурах повседневности лакуны постоянно возникают как «ситуации непонимания», «ситуации неправильного перевода» при взаимодействии разных этносов, культур, конфессий. На межличностном уровне лакуны являются результатом межличностной коммуникации и обусловлены различием персональных тезаурусов, лексического и этимологического богатства памяти.

Для упорядочения терминологии при рассмотрении расхождений в языках и в культурах на разных уровнях мы используем термин «лакуна», позволяющий анализировать несовпадения и фиксировать национально-культурную специфику контактирующих языков и культур. В самом общем понимании лакуна – это несовпадение, возникающее при сопоставлении понятийных, языковых, эмоциональных и других категорий двух или нескольких культурных общностей, приводящие к их отчуждению. Это отчуждение выражается в наличии своеобразной культурной, политической и пр. дистанции между социальными общностями и группами.

По мнению И. Владовой (1), в процессе перевода происходит своеобразный диалог между культурами, при котором «воспринимающая культура интегрирует в себя интеллектуальные, образно-эмоциональные и художественно-выразительные средства, сохраняя при этом свою идентичность, заложенную в ее глубинной сущности». Таким образом, проблема культурной непереводимости в итоге сводится к проблеме восполнения переводчиком определенных знаний, общеизвестных в культуре исходного языка, но отсутствующих у тех, кто воспринимает текст на языке перевода. Вербально лакуны обнаруживаются как отсутствия эквивалента слову в одном из языков.

Ю. Сорокин и И. Марковина (2) вводят понятие идиокультурной адаптации и предлагают несколько способов устранения лакун. Заполнение осуществляется посредством введения в текст перевода разного рода пояснений, комментариев, дополнений. При компенсации утрачивается национальная специфика исходного текста, так как в тексте перевода осуществляется замена реалий исходной культуры на реалию культуры реципиента, контекстуальная замена или полная замена контекста.

Может сложиться впечатление, что теория лакун монополизирована лингвистами, переводоведами, филологами. Однако очевидно, что эта теория имеет общегуманитарное и даже общенаучное и общекультурное значение.

В отечественной литературе используется понятие «политико-культурные лакуны». Термин впервые применил Л. Смирнягин (3) для обозначения территорий, резко контрастирующих по своему политическому сознанию и ориентациям деятельности с таксономической единицей более высокого ранга, в состав которой лакуны входят. А.В. Баранов также использует это понятие и говорит, что лакуны выделяются внутри сравнительно однородной региональной политической культуры собственной системой познавательных, эмоциональных и оценочных ориентаций (4). В зарубежной литературе методологически это соотносительно с теорией социокультурных расколов (С. Липсет, С. Роккан) и моделью диффузии инноваций (Т. Хегерстанд).

Мы в своих работах отстаивали точку зрения о лакунах как феномене культуры, а в настоящее время работаем над общей теорией лакун. Общая теория лакун может быть только междисциплинарной, это очевидно. Однако междисциплинарность обладает также ограниченностью, поэтому мы также развиваем идеи о том, что понятие и термин «лакуна» заслуживают философского статуса и могут быть использованы в качестве родового для целого ряда явлений.

С философской точки зрения, мы выделяем следующие виды лакун – мировоззренческие, онтологические, гносеологические, логические, социальные, деятельностные, коммуникативные.

Мировоззренческие лакуны – это лакуны глобального характера, обозначающие точки «нестыковки» в национальных, политических, религиозных, философских картинах мира. Это также различия в  системах ценностей, в способах понимания и стилях мышления всеобщего уровня. Гносеологически и логически они могут проявляться в виде познавательных проблем, противоречий, парадоксов. Лакуны обнаруживаются через свою языковую форму в процессе взаимодействия языков, текстов, в речи и коммуникации, при переводе. Поэтому не случайно, что лингвистика является лидером в исследовании этого феномена.

Различные направления лингвистики занимаются изучением лакун. Когнитивная лингвистика рассматривает лакуны как несовпадение в формировании языковой картины мира в результате познавательной деятельности различных народов. Кросскультурная психология, лингвистика, этнология изучают особенности поведения, языка, обычаев людей, принадлежащих к различным культурным общностям. Различия в вербальном и невербальном поведении, обычаях и обрядах, традициях и ритуалах представителей этих общностей в процессе межкультурного общения порождают «лакуны», которые являются причиной «разрыва в коммуникации», «коммуникативной неудачи», «дисконтакта», «языкового конфликта», «культурного шока», «непонимания» чужой культуры, иноязычного текста. Однако психологические, культурные, этнографические, мировоззренческие (религиозные, политические, философские, нравственные) факторы имеют не меньшее значение.

Познавательными источниками лакунарности являются как сами научные проблемы, так и реальные проблемы, ставшие предметом изучения. Например, незнание природы теплоты служило источником лакун, которые заполнялись научными и квазинаучными предположениями. Теория теплорода замещала незнание в этой области, компенсировала лакуну, однако не давала реального результата. Лакуна, даже если она и не осознана, должна быть замещена, компенсирована, независимо от того, существуют ли реальные условия для ее познания и элиминирования. Поэтому, если наука не в состоянии заполнить познавательную лакуну, то она будет заполнена псевдонаучным способом.

Лакуны могут быть вызваны коммуникацией. В ходе межкультурной коммуникации могут быть выявлены различия и несовпадения картин мира, менталитета, реалий, лингвистические различия. Различия картин мира и менталитета означает, что понимание мира и собственной идентичности у контактирующих социальных субъектов принципиально нетождественно. Выявляться это может различным способом – в ходе научных дискуссий, в образовательном процессе, в дипломатическом, политическом и идеологическом процессах в целом. Войны, терроризм и другие столкновения есть открытое проявление этих различий, которые могут, как осознаваться, так и не осознаваться.

Две политические партии США, имея консенсус по поводу базовых интересов своего общества, балансируют, решая то одну, то другую задачу, ибо акцент на социальной защите и помощи ослабляет экономический рост, а поддержка последнего ведет к усилению экономического и социального неравенства. Одновременно решить обе эти проблемы невозможно. Именно это, т.е. различные аспекты реальной политической и экономической деятельности делает каждую концепцию истинной по отношению к определенному типу задач. Однако в полной мере совместить то и другое не всегда удается, иногда из-за несовершенства знания, иногда из-за ошибок практики. Но, по мнению некоторых теоретиков, плюралистический характер какого-либо подхода заключается не в одновременном применении существенно различных типов анализа, а в готовности переходить от одного типа интерпретации к другому. Объяснение такому методологическому подходу состоит в том, что любой тип объяснения обладает определенной ограниченностью. А что же находится между двумя ограниченными типами объяснения? Конечно же, лакуна необъяснимого, непонятого.

Сказанное выше позволяет сделать вывод о том, что, вопреки классической эпистемологии, истина в постнеклассическом понимании может быть истолкована не только как воспроизводство объекта в знании, но и как характеристика способа деятельности с ним. Поскольку таких способов может быть много, допускается плюрализм истин и, следовательно, исключается монополия на истину. Но плюрализм истины нетривиален, так как в пространстве между истинностными объяснениями существуют логические, языковые и теоретические нестыковки.

Многие типы социального знания могут быть произведены одновременно с решением задачи его применения. В большей степени это относится к экспертному знанию, находящемуся на пересечении, с одной стороны, научного знания, а с другой - разных видов специализированной деятельности и повседневного опыта, и никогда не существующему до экспертизы. В ее ходе обнаруживается связь истины с интересами. В этом случае объективность знания состоит в нахождении наиболее адекватных интересам способов деятельности. Но фундаментальное теоретическое знание и экспертное ситуативное, оценочное знание в полной мере не стыкуются. Также как прикладное и фундаментальное знание также совершенно различны и специалисты из этих областей могут вообще не понимать друг друга, так как разговаривают на разных языках. Вообще, любая специализация ведет однобокости и ограниченности в рамках профессионализации.

Все более становится ясным, что вненаучные идеи могут пробить себе дорогу в обществе не с меньшей вероятностью, чем научно обоснованные, и что могут утверждаться такие представления, которые вообще не допускают научного обоснования. И хотя научные идеи и открытия могут стать основой современных мифов, между научным, мифологическим, религиозным и философским объяснением нетривиальных переходов не существует. Не случайно в постсовременном мире науки на арену методологии выдвинулся постмодернизм. Постмодернизм связан с сознательным принятием расщепленности проблемного поля науки, децентрацией логических начал, плюрализма методологии и истины. Стало очевидным, что сознание человека обладает не только целостностью, но и расщепленностью. И классические и постмодернистские подходы могут быть эффективными, одно не отменяет другое. Трагедия в другом между классикой и постмодерном как методологией нет полной стыковки. Хотя в технико-семиотическом аспекте выход уже найден. Это электронный гипертекст, который позволяет совмещать в себе особенности как линейного, так и нелинейного дискурса. На этой основе возможно развитие эклектики как методологии совмещения дискурсов модерна и постмодерна. Но это требует специального обоснования. Как отмечает западный социолог З. Бауман, ученые должны развивать не постмодернистскую социологию, соответствующую климату постмодернизма, а социологию, способную понимать постмодернистский мир. В этом смысле может возрастать значение концепций, являющихся классическими по способу своего построения, хотя они уже никак не могут вытеснить современные подходы.

Лакунарные явления исследовались в истории философии, в логике, гносеологии, психологии, лингвистике, переводоведении. Однако общего термина для их обозначения не существовало. Часто исследователи сосредоточивали внимание на гносеологических, логических или герменевтических проблемах этого вопроса, именовали их как «проблемы», «антиномии», «противоречия», «парадоксы» и др. терминами. Однако родового термина для обозначения этих и подобных им явлений не только гносеологического, но и онтологического, мировоззренческого характера не существовало, да, пожалуй, и не существует. Это необычайно редкая, исключительная ситуация для философии, в которой все термины как правило традиционны, а все проблемы носят «вечный характер». Поясним сделанное утверждение.

Онтологическими лакунами будем называть реалии, т.е., социальные, культурные, бытовые, экономические элементы образа жизни социума, индивида, группы, которые составляют его неотъемлемое качество и которые могут отсутствовать у другого народа, в другой стране. Элементарными примерами будут ландшафтные реалии, которые будут коренным образом отличаться у представителей степей, горных народов и у жителей речных, океанических цивилизаций. Экономические реалии товарного и нетоварного хозяйства также будут во многом противоположны и послужат основой для совершенно разных ментальных типов личности. Привычка питаться мясом и привычка питаться рыбой, есть ржаной хлеб или вареный рис – это не просто гастрономические пристрастия, но различные реалии, обусловленные способом адаптации этноса к сложившимся для него природным факторам выживания. Так, к гастрономическим пристрастиям японцев относится рыба, рис и овощи. Отсутствие мяса связано не с тем, что оно им не нравилось или им возбраняла религия (пищевые запреты никогда не играли особой роли в жизни основной части населения), а потому, что для разведения скота требуются пастбища. А вот этого японцы как раз позволить себе не могли.

Почти полное отсутствие скота в стране сыграло большую роль в оборонных делах. Дело в том, что когда в 1274 и 1281 гг. в Японию вторгались монголы, перед ними возникала серьезнейшая проблема прокорма: в стране не было мяса, а рыбу они считали существом «нечистым». Эта «диетическая катастрофа» послужила одной из причин того, почему монголы оба раза свертывали свои боевые действия очень быстро (6).

Реалиями будут не только вещные, но и духовные элементы бытия социума, например, привычные музыкальные инструменты, сама музыка, танцы, представления, игры и прочие универсалии культуры. Различия культурных универсалий является проявлением этнической, национальной специфики данного народа - своеобразие языка, обрядов, обычаев, традиций. Может потребоваться лингвострановедческий комментарий, который раскроет национальные особенности восприятия внеязыкового факта, восполнит недостающие фоновые знания, необходимые для понимания незнакомых реалий, а также выявит специфически национальные, культурно-бытовые или иные коннотации. Так, например, для правильного понимания японской пословицы «Ветер дует – бондарю прибыль» необходимо обладать следующим набором сведений:

1. ветер поднимает с земли песок;

2. песок попадает людям в глаза, и они слепнут;

3. слепцы становятся бродячими певцами;

4. певцы приобретают струнный инструмент сямисэн;

5. для изготовления сямисэна используется кошачья кожа;

6. количество кошек уменьшается, и появляются мыши;

7. мыши прогрызают бочки;

8. у бондарей появляется много заказов, и они становятся богаче (7).

Однако источником лакунарности являются не только актуальные, но и исторические факторы бытия личности, социума. Историческая память в своих различных проявлениях также служит источником разного понимания одних и тех же явлений. Поскольку историческое сознание гетерогенно, то у разных социальных групп и индивидов осознание исторического прошлого, опыта будет происходить по-разному. Влияние социальных интересов на этот процесс может быть столь различно, что детерминация прошлым может оказаться крайне неожиданной. Так, многие сторонники «возрождения корней» собственной культуры часто не подозревают, что обращение к прошлому также чревато варваризацией. «Красные» и «белые», «западники» и «почвенники» являются столь различными носителями исторической памяти, что между ними пролегает глубокая пропасть непонимания и исторической вражды.

Нельзя не сказать о влиянии внутрисубъективных факторов на возникновение лакун. Речь идет о том, что степень, глубина осознания тех или иных явлений могут коренным образом дифференцировать индивидов, социальные группы. Не говоря о том, что на понимание реалий и ситуаций могут влиять такие факторы как элементарная информированность или неинформированность. В условиях современного мирового финансового и экономического кризиса сложились разные позиции: от отрицания самого кризиса, до признания его как самого глубокого и масштабного в прошедшей истории. Ясно, что с точки зрения ментально-смысловой эти индивиды находятся как бы в разных измерениях. Субъективно-личностная позиция по отношению к любой ситуации может сильно влиять не только на ее понимание, но и на ее признание. Поэтому лакуны могут носить как социальный, так и индивидуально-личностный характер.

С точки зрения ценностной мировоззренческие лакуны также могут различаться. В зависимости от вида ценностей это могут быть эстетические, нравственные, религиозные, политические, правовые лакуны.

Наиболее ярко национально-специфические особенности проявляются через эмоции.

Эмоции и эмоциональные оценки в своей непосредственности наиболее чутко реагируют на культурные различия. Вербализация эмоциональных смыслов способна рационализировать и идеологизировать эти различия. Компаративная методика изучения фразеологических коррелятов разных языков показывает, что лакунарными могут быть все семантические компоненты, характерные для фразеологических единиц в разных языках (8). Например:

Ill eat my boots «даю голову на отсечение»;

Not room to swing a cat (очень тесно) «яблоку негде упасть»;

Under the rose «по секрету, тайком» (роза – символ молчания в древнем Риме);

On Shanks pony «на своих двоих»;

По мнению В.И. Шаховского, эмоционально-культурные концепты, будучи национальными по духу, часто непереводимы на другие этнокультурные планеты, что и объясняет их лакунарность. Эта лакунарность ощутима как в сфере человеческих эмоций, так и в способах и средствах их выражения (9).

Взаимодействие разных культур всегда сопровождается эмоциональными модальностями, и знание культурно-вариативных правил этих модальностей речевыми партнерами непосредственно влияет на эффективность их общения. В эти правила входят такие базовые знания, как знания об индивидуальном эмоциональном дейксисе и национально-этническом тренде речевого партнера. Так, например, у всех американцев доминирует патриотизм, гордость за свою страну, чувство превосходства над другими народами, которые не всем нравятся, но которые необходимо учитывать в общении с ними во избежание «эмоционального удара» по ним или от них (10).

 Интересным будет следующее наблюдение. Если сравнивать Америку и Россию по общенациональному индексу, то первое, что бросается в глаза, - это эмоциональная стабильность в одной стране и эмоциональная разбалансировка в другой. Это первый экстралингвистический контраст в сфере эмоциональной жизни русских и американцев, влияющих на их речевое поведение: самоуверенные, снисходительные, радостные интонации американцев контрастирующие с раздраженными, неуверенными, горестными у русских (11).

Вступая в контакт с «чужой» культурой, инокультурным текстом, реципиент осознанно и неосознанно оценивает ее в «кодах» своей культуры. Этим априорно закладывается основа для неадекватного распредмечивания специфических особенностей «чужой» культуры. Они могут быть либо неадекватно интерпретированы реципиентом, либо вовсе не поняты. Все, что в инокультурном тексте реципиент заметил, но не понимает, что кажется ему странным и требующим интерпретации, служит сигналом присутствия в тексте национально-специфических элементов культуры, т.е. лакун.

Неумение определить назначение объекта, подмена одного понятия другим – аналогичным – приводит к серьезным коммуникативным просчетам. Американская учительница, прожившая несколько лет в России, рассказывает: I bought a venick (birch branches with leaves for the banya) at the market. I thought they were bay leaves and put them in my soup for a year. At least they arent toxic! (12) – Я купила веник (березовые ветки с листьями для бани) на рынке и подумала, что это лавровые листья и добавляла их в суп в течение года. По-крайней мере, они не ядовитые. 

Одним из ярких примеров межкультурного непонимания стала ситуация, связанная с Н.С. Хрущевым. Когда в разгар холодной войны Хрущев приехал в США, он приветствовал представителей прессы, потрясая сцепленными над головой руками в знак дружбы между народами. Американцы интерпретировали этот жест в соответствии со своими культурными установками как символ победы, поэтому пресса истолковала смысл жеста как намерение СССР одержать верх над США (13).

Факторы лакунарности лежат на стыке ряда разнородных явлений, поэтому их иногда трудно собрать воедино. Первый фактор – это познавательный фактор. Гносеологически лакуны могут быть обусловлены проблемами, противоречиями, парадоксами процесса познания. Когда средневековые схоласты пришли к формулировке парадоксов о всемогуществе Бога («Может ли Бог создать такой камень, который сам не поднимет?»), то эта тупиковая ситуация означала, что в структуре западноевропейского средневекового мировоззрения наметился кризис. Он был обусловлен тем, что главный объект средневекового мировоззрения – Бог – превратился в лакунарное явление. Хотя об этом подозревали на начальной стадии, когда утверждали «Верую ибо абсурдно» (Тертулиан). Однако формулировка этого факта в виде логического парадокса означала, что в рациональной картине мира Всемогущему субъекту места нет. Это не исключает его наличия в религиозной картине мира, построенной на иных принципах. Но данный факт будет означать, что рациональная и религиозная картины мира несоизмеримы. Индивиды ‑ приверженцы таких картин мира, живут как бы в разных гносеологических и социокультурных мирах, и между ними существует проблема понимания/непонимания ‑ несоизмеримости картин мира. В определенных социальных условиях, условиях мировоззренческой конкуренции это непонимание становится источником конфликтогенности, ведет к социальным раздорам.

 

Литература

1. Владова И. Актуальные интегральные и дифференциальные процессы, наблюдаемые при создани текста перевода. Мапрял 2002 VIII международный симпозиум. Велико Търново, 2002. – С. 274.

2. Сорокин Ю.А., Марковина И.Ю. Опыт систематизации лингвистических и культурологических лакун: Методологические и методические аспекты // Лексические единицы и организация структуры литературного текста: Сб. науч. тр. – Калинин, 1983. – С. 23.

3. Смирнягин Л.В. Регионы США. М.:Мысль, 1989. - С.30.

4. Баранов А.В. Политико-культурные лакуны Юга России (сравнительный анализ).// Регионалистика и этнополитология/ Редкол.: Р.Ф.Туровский (отв. Ред.) и др.- М.:Российская ассоциация политической науки (РАПН).

5. Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2008. – 343 с. (Современная российская политическая наука).- С. 139-140.

6. Мещеряков А.Н. Книга японских символов. Книга японских обыкновений. – М., 2007. – С. 45.

7. Орлянская Т.Г. Национальная культура через призму пословиц и поговорок. // Вестник МГУ. Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. – 2003. - № 3. – С. 30.

8. Шаховский В.И. Лингвистическая теория эмоций. – М, 2008. – С 341.

9. см. Томашева И.В. Эмотивная лакунарность художественного текста: Дис. канд. филол. наук. – Волгоград, 1995.

10. Шаховский В.И. Лингвистическая теория эмоций. – М, 2008. – С 290.

11. Там же. – С. 299

12. Леонтович О.А. Русские и американцы: парадоксы межкультурного общения. – М., 2005. – С. 125.

13. Леонтович О.А. Введение в межкультурную коммуникацию. – М., 2007. – С. 258.

 

/p> (�1sy�R (� n-top:0cm' start=14 type=1>
  • Сартр Ж.-П. Портрет антисемита // Электронный ресурс: http://www.marksizm.info/index.php?option=com_content&task=view&id=2436&Itemid=1
  • 15. Скворцов Л.В. Толерантность: иллюзия или средство спасения? // Октябрь. № 3. 1997. - С.138-155.

    16. Трубецкой Е.Н. Смысл жизни. – М.: Республика, 1994.

     

     

     

     


     

    1 В опросе приняли участие жители Санкт-Петербурга (459 чел.) и Ленинградской области (41 чел.), среди них 275 женщин и 225 мужчин.

    1 Следуя Э. Гидденсу, под рефлексивностью  мы понимаем постоянную критическую оценку социальных практик и их трансформацию в связи с полученным знанием

     
     

    CREDO - копилка

    на издание журнала
    ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку